Идеальный мерзавец - Жасмин Майер

— Завтра в ЗАГСЕ, Юра, — ответила я. — Не забудь паспорт.

Разумеется, он не пришел. Я и не думала, что развестись будет просто. После с угрозами мне звонила теперь уже бывшая свекровь. Обвиняла в том, что я раскрутила Юру на свадьбу, а потом загуляла. Я вежливо попрощалась и занесла номер в черный список.

— Дурью маяться уже перестала? — поинтересовалась через четыре недели мама.

— Нет, — ответила я и положила трубку.

Свадебное платье из магазина сэконд-хэнда я выкупила за свои деньги, а после сожгла его ранним субботним утром в парке в арендованном для шашлыков железном мангале. Пусть на мне череда невест у этого невезучего платья прервется. Я куталась в куртку и смотрела, как чернеет в огне фатин, а вокруг облетели деревья. Октябрь месяц подходил к концу.

Я отработала последнюю неделю менеджером по продажам среднего звена и получила расчет. Купила суши, чтобы отметить, но ночью стало плохо. Опять отравилась. Приняла решение отложить и суши, и соленья на потом.

Все выходные провела над объявлениями и составлением CV, изредка отвечая на телефонные звонки мамы, которая узнала, что я уволилась и теперь пыталась наставить на путь истинный.

Мама есть мама. Добавить ее в черный список я не могла, но поступать предпочитала так, как считаю сама нужным.

Воскресным вечером мама поинтересовалась все-таки, куда я думаю устраиваться, я сказала, что если что пойду к Зое продавать авиа-билеты, если не найду подходящей должности по специальности.

— Ну, неплохой вариант, да, — согласилась мама, помолчала, а потом добавила: — Знаешь… А ведь к Юре там уже одна ходит… Котлеты носит.

Я пожала плечами.

— Рада за него. Может, он на развод быстрее согласится.

— А ты все-таки… не думала вернуться? Хороший же мужик.

— Нет, мама. Я не вернусь.

— Ну как знаешь…

Но в понедельник моей новой жизни я с трудом собралась на собеседования. Хотя ничего такого запрещенного я не ела накануне, утро снова началось не с кофе. Возможно, нервы. Слышала, такое бывает именно на нервной почве.

Кое-как собралась и все-таки отправилась на собеседования, ведь нельзя было терять время даром. Проведенный в коридоре день не лучшим образом отразился на моем состоянии, стоило выпить кофе, как меня тут же вывернуло наизнанку. Я ушла, так и не выстояв очередь, потому что терпеть запах кофе было выше моих сил.

Прогулка в холодном и пустом осеннем парке помогла провериться, а съеденный горячий крендель с чаем помог унять бунт в желудке.

Снова зазвонил телефон. Прошла четвертая неделя с моей свадьбы, чего мне до сих пор бояться? Может быть, они действительно хотят предложить всего лишь скидку или пригласить на новое шоу? Узнаю и потом с чистой совестью смогу отправить абонента в черный список.

К тому же, вкусная еда и горячий чай сделали меня добрее.

— Алло, — выдохнула я.

— Вера? Добрый день. Это Ольга Воронцова, администратор ночного клуба «Пламя». Я бы хотела встретиться с вами и передать вам одну вещицу. Вы забыли ее в клубе.

Я бы могла сказать, что оставила в ее клубе много чего. Например, гордость. Честь. Остатки собственного достоинства. И не знаю, что из этого она могла бы мне вернуть.

Я не хотела встречаться, но Ольга умела быть настойчивой. Я специально выбрала кафе через дорогу через парк, зная, что это на другом конце города от «Пламени», а еще сказала, что никогда не переступлю порог ее ночного клуба и если ей надо, то пусть едет сама. Ольга спорить не стала.

В парке за это время я основательно продрогла, так что отправилась в кафе, где заказала горячий борщ и пампушки, пока ждала Ольгу. Долго ждать не пришлось. Не знаю, ко всем ли гостям администраторы несутся на всех порах даже через четыре недели после шумной вечеринки, и я не переставала этому удивляться.

Что же она могла передать мне? Я не представляла, что такого ценного могла забыть в клубе, что стоило такого внимания со стороны администрации.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Красивая стройная Ольга впорхнула за столик и тут же заказала кофе.

Мне бы сразу насторожиться, но я не успела. Как только на столе оказалось ароматное капучино с корицей, борщ тут же попросился обратно.

Я вылетела пулей, сбивая с ног официантов и стулья. Рухнула, дрожа с головы до ног, перед унитазом и распрощалась с таким вкусным обедом. Меня колотило крупной дрожью, и тогда же на мои плечи опустилась рука Ольги. Она почему-то пошла за мной, а я уже отчаялась понять мотивы для такой заботы.

Ольга помогла мне встать, подвела к раковине, и я увидела ее квадратные от удивления глаза в зеркале позади своего плеча. Ростом она была даже чуть ниже меня.

— Это нервы, — глухо ответила я, прополоскав рот. — Всего лишь нервы.

— Нервы, — повторила Оля. — Конечно.

Я вспыхнула от ее тона. Развернулась, отшвырнув от себя бумажное полотенце в урну.

Оля смотрела на меня встревожено. Какого черта ей надо? Откуда столько жалости во взгляде? Ах ну да, это в ее ведь туалете она застала меня с Марком. Может быть, себе Бестужева забрать хотела?

— Вера, ты беременна?

Я снова нагнулась над раковиной, зажмурив глаза с такой силой, что перед глазами поплыли звезды. Потом открыла. Напрасная попытка, Ольга с ее внимательным темным взглядом никуда не делась.

— Ты делала тест?

Я покачала головой.

— Была на УЗИ?

И снова «нет».

Ольга достала из сумочки телефон. Сердце сделало кульбит, и я чуть не выбила его из ее рук.

— Я не буду звонить Марку, — ответила Оля. — Я хочу вызвать мужа, чтобы отвезти тебя к врачу.

И тогда натянутая струна нервов, доведенная до предела за недели, что я держала себя в ежовых рукавицах, лопнула. Я расплакалась.

— О, боже мой, Вера, — выдохнула Оля и бросилась ко мне. Обняла за плечи и нежно провела по волосам, как никогда не делала даже мама. — Просто позволь тебе помочь. Я никому ничего не скажу, если ты сама не захочешь. Обещаю.

Оля обнимала и гладила меня по волосам, а потом тихо сказала:

— Машина на месте, поехали.

Теперь я не просто шлюха.

Теперь я беременная шлюха, которая позволила мерзавцу трахнуть себя в туалете без резинки в ночь собственной свадьбы и даже не подумала о последствиях, поскольку была пьяна, как и он сам в тот вечер. А после… было не до того.