Нас связала любовь - Джо Гудмэн

Уолкер отложил книгу.

— А в чем, собственно, дело?

— Не спрашивала. Я только обещала найти тебя.

Уолкер поднялся:

— Я подойду туда через несколько минут.

— Ты должен работать, как и все мы.

— Именно этим я сейчас и занимался, — возразил он. — Я читал «Историю семьи Гринвилов».

— Это я видела, хоть и не понимаю, с чего это вдруг ты заинтересовался ею?

— Я интересуюсь всем, что представляет угрозу для мистера Парнела. — Уолкер беззаботно улыбнулся. — В том числе и привидением Гамильтона Гринвила.

Потягивая после обеда виски, Джонатан Парнел изучал программу научно-технической выставки. Он воздерживался от комментариев, пока не дочитал до конца. Внимательно наблюдая за ним, Уолкер пытался заметить в нем хоть малейшие признаки беспокойства. Но Парнел держался так же, как всегда.

— Молодец, что принес это, — сказал Парнел. — Я читал о выставке в «Кроникл», которую ты мне прислал, но здесь все, конечно, подробнее. Список весьма внушительный. Надеюсь, ты позаботишься о дополнительных мерах моей безопасности?

— Что вы имеете в виду? — спросил Уолкер.

— Я буду там на виду, поэтому может произойти новое покушение. Конечно, их не было уже несколько месяцев, но думаю, мои враги не отказались от своих планов, а просто решили выждать. — Парнел отложил бумаги. — По-моему, нужно обыскать каждого, кто придет слушать мой доклад.

— Обыскать? — переспросил Уолкер. — Обыскать всех?! Обыскивать этих людей?! — Уолкер не сомневался, что Парнел найдет предлог отказаться от участия в выставке, но не ожидал, что это будет такой удачный предлог. Интересно, чья это идея: его или Корины? — Это несерьезно.

— Ты отказываешься?

— Я не смогу этого сделать, — ответил Уолкер, — и сомневаюсь, что кто-нибудь за это возьмется. Ну сами подумайте, неужели такие люди, как Морган и Рокфеллер, позволят себя обыскать?

Парнел пожал плечами.

— Но если они захотят послушать мой доклад, то им придется пойти на это.

— Если вы настаиваете, то я, конечно, постараюсь что-нибудь придумать, но вряд ли это у меня получится. Вы будете читать доклад в пустом зале. Те, кто собирался послушать вас, не потерпят подобного унижения.

— Может, ты и прав. Наверное, мне придется отказаться от участия в выставке. Иного выхода нет. «Вот так, — подумал Уолкер, — получается, что Парнел не будет участвовать в выставке из-за меня». Но если бы Уолкер и согласился на это, Парнел нашел бы другой предлог.

— Если бы сказали мне о выставке раньше, — проговорил Уолкер, — может, я и нашел выход из положения.

— Я забыл о ней, — спокойно признался Парнел. — Я слишком занят работой, и о таких вещах мне нужно напоминать.

— Да, конечно, — согласился Уолкер, — получилось нехорошо. Жаль, я не знал заранее. — У Парнела, видимо, отлегло от сердца. — Пошлите устроителям свои извинения, но я еще поразмыслю над этим. Представляю, как вы расстроены! — Уолкер заметил страх, мелькнувший в глазах Парнела.

— Кто там? — раздраженно спросил Парнел, услышав робкий стук в дверь.

Увидев Энн Стэплхерст, Уолкер поднялся и вышел.

Энн была смущена.

— В чем дело, Энн?

— Мистер Парнел, мне нужно с вами поговорить.

— Что случилось?

— Не хочу показаться навязчивой, сэр, но, по-моему, это касается вас.

— Говори, не стесняйся.

— Я услышала сегодня кое-что любопытное, — начала она, — и решила сообщить вам об этом. — Почувствовав на себе его пристальный взгляд, Энн пожалела, что пришла сюда. — Кажется, у мисс Деннихью есть пистолет, — пробормотала она, не поднимая глаз.

— Пистолет? — удивился Парнел. — Ты видела его?

— Нет, сэр.

— Так откуда ты об этом знаешь? Тебе сказала мисс Деннихью?

— О нет! Она и не подозревает, что мне это известно. Мне сказал Мэтью. — Парнел усмехнулся, и Энн поспешила объяснить: — Конечно, Мэт совсем маленький, но он весьма смышленый. Иногда я просто поражаюсь его наблюдательности. Взрослые нередко разговаривают при детях, совершенно о них забывая. А дети все запоминают, и потом иногда… Сегодня мисс Деннихью водила Мэта на Лебяжий пруд. Вскоре после этого он стал говорить что-то о пистолете. Сначала я не обращала на это внимания, но потом заинтересовалась.

Парнел насторожился:

— Он так и сказал, что у мисс Деннихью есть пистолет?

— Да, я поняла его именно так.

— Наверное, мне нужно поговорить с мальчиком?

Энн покачала головой.

— Боюсь, вам он ничего не расскажет. А если и расскажет, то вы скорее всего ничего не поймете.

— Но ведь ты поняла его?

— Я — его мать, — ответила Энн.

— Твой сын видел пистолет?

— Не знаю. Думаете, мисс Деннихью носит его при себе?

Парнел перебил ее: — А они ходили на пруд вдвоем? Энн кивнула.

— Они гуляли не более двадцати минут. Я уже собралась идти за Мэтом, но мистер Кейн сказал, что приведет его.

— Мистер Кейн… — задумчиво повторил Парнел. — Значит, к пруду ходил и он.

Энн показалось, что Парнел понял ее не совсем правильно. Она не собиралась приплетать сюда Уолкера Кейна.

— Он был там несколько минут. Вскоре они все вернулись.

Этого Парнелу было достаточно.

— Спасибо, мисс Стэплхерст. Можете уйти. Навсегда, — добавил он. — Я увольняю вас. Хэнк отвезет вас на станцию. Я скажу миссис Ридинг, чтобы она обо всем позаботилась.

Услышав это, Энн изменилась в лице и побледнела:

— Но, сэр, я не… Он поднял руку:

— Ты предала свою подругу. Тебя приняли на работу только благодаря мисс Деннихью, и ты видела от нее только хорошее. Теперь же, когда она снова вернулась, ты считаешь, что ей здесь не место. Я не собираюсь увольнять ее, и поэтому уехать придется тебе.

— Но я поступила так ради вас, сэр! Парнел презрительно скривил рот:

— Не считайте меня дураком, мисс Стэплхерст. Вы сделали это только ради себя. — Он встал. — Я подготовлю вам рекомендации и деньги. Жду вас в библиотеке через час. Прошу не опаздывать!

Услышав шаги за дверью, Скай насторожилась. Солнце уже село, и в комнате горел свет.

Она закончила распаковывать вещи. Гардероб, куда Скай переложила часть одежды, был открыт.

— Да! — крикнула она. — Кто там? — Ей не ответили. Скай подошла к двери: — Кто там? — Она услышала за дверью всхлипывания.

Едва Скай открыла дверь, в комнату вошла плачущая Энн. У Скай сжалось сердце.