Бархатная клятва - Джуд Деверо

Да она и не могла говорить, так как находилась под впечатлением от того, что совершила, убив человека.

— Стивен здесь, — объявил Гевин. — Он сделал подкоп, и камни рухнули. — Подойдя к Уолтеру, он поставил на него ногу и выдернул меч. — Ты разрубила ему позвоночник, — холодно заметил он. — Теперь буду знать, что нельзя поворачиваться к тебе спиной. Ты наносишь мастерские Удары.

— Гевин! — раздался от двери знакомый голос.

— Рейн! — прошептала Джудит, и слезы потекли у нее по щекам.

Гевин подскочил к двери и открыл засов.

— Ты в порядке? — спросил Рейн, обнимая брата за плечи.

— Да. Где Стивен?

— Внизу, с остальными. Мы с легкостью взяли замок, как только рухнули стены. Горничная и твоя теща ждут внизу. С ними Джон Бассетт. Но мы не можем найти Джудит.

— Она там, — равнодушно произнес Гевин. — Присмотри за ней, пока я разыщу Стивена. — Пройдя мимо Рейна, он вышел из комнаты.

Рейн шагнул внутрь. Он не сразу увидел Джудит, сидевшую на сундуке и одетую в мужскую рубаху, из-под которой выглядывали ее голые ноги. Она подняла на него полные слез глаза. У нее был такой несчастный вид, что у Рейна защемило сердце. Забыв о раненой ноге, все еще стянутой бинтами, он бросился к ней.

— Джудит, — прошептал он и нежно обнял невестку.

Джудит не колеблясь уткнулась в его плечо и разрыдалась.

— Я убила его, — сквозь слезы с трудом выговорила она.

— Кого?

— Уолтера.

Рейн нежно прижал ее к себе, оторвав при этом от пола.

— Он заслужил, чтобы его убили! Джудит не подняла головы.

— Я не имела права! Господь…

— Тихо! — приказал Рейн. — Ты сделала то, что должно. Чья это кровь на стене?

— Артура. Он был вассалом Уолтера.

— Ну ладно, не плачь. Все будет хорошо. Пойдем вниз, твоя горничная поможет тебе одеться. — Он не хотел знать, почему ее одежда изрезана в лохмотья и валяется на полу.

— Мама в порядке?

— Да, и это еще мягко сказано. Она смотрит на Джона Бассетта такими глазами, будто он сам мессия, спустившийся с небес.

Джудит отстранилась от него.

— Ты богохульствуешь!

— Не я, а твоя мать. Ты заговоришь по-другому, когда она начнет зажигать свечки у его ног!

Она укоризненно взглянула на Рейна, потом улыбнулась. Слезы высохли.

— Как же здорово видеть тебя снова, — радостно произнесла она, крепко обнимая его.

— Ты всегда уделяешь моему брату больше внимания, чем мне, — внезапно раздался преисполненный грусти голос.

Оглянувшись, Джудит увидела Майлса, пожиравшего глазами ее голые ноги, но не вспыхнула от смущения — слишком уж много ей пришлось пережить за последние дни. Рейн опустил ее на пол, и она кинулась обнимать Майлса.

— Было очень плохо? — спросил он, прижимая ее к себе.

— Даже хуже.

— Ну, а у меня есть новость, которая поднимет тебе настроение, — сообщил Рейн. — Король призывает тебя ко двору. Кажется, ему все уши прожужжали о тебе и о твоей свадьбе, и ему захотелось взглянуть на нашу златоглазую сестренку.

— Ко двору? — переспросила Джудит.

— Давайте пойдем вниз! — с наигранным беспокойством обратился Рейн к Майлсу. — Ты слишком долго держишь ее в объятиях, чтобы это можно было назвать братской привязанностью.

— Просто все дело в ее туалете. Думаю, это положит начало новому течению в моде, — ответил Майлс, отпуская Джудит.

Она взглянула на братьев и улыбнулась. Но тут слезы снова полились из глаз.

— Я так рада видеть вас. Пойду оденусь, — сказала она, поворачиваясь.

Рейн снял с себя плащ и накинул его ей на плечи.

— Иди. Мы будем ждать тебя внизу. Мы сегодня же уезжаем. Я больше не хочу видеть это место.

— И я, — прошептала Джудит, в памяти которой навсегда запечатлелась эта ужасная комната.