Беглянка. Дорога к счастью - Анна Бигси

Саша нервничал, как в первый раз, когда приглашал Ольгу в кабинет. Слишком многое стояло на карте, и большие надежды возложены. Он откровенно боялся провала, но отступать было некуда. Вложил все свои силы и умения в эту беременность, теперь пришло время лишь пожинать плоды.

— Готова? — спросил Саша, понимая, что Ольга нервничает не меньше, чем он сам.

— Готова.

Она шумно выдохнула, широко улыбнулась и направилась к кушетке.

Белов включил монитор, обильно полил живот Оли гелем и принялся водить датчиком по всей поверхности, вглядываясь в темный монитор.

— Как ты себя чувствуешь? — между делом спросил он, не отрываясь от экрана.

— В целом неплохо, слабость только…

— Это нормально, — пробормотал Саша и, заметив то, что искал, приблизил картинку. Облегченный вздох невольно сорвался с его губ. Все получилось. Он справился. Он сделал это.

— Саш, ну что там? — взволнованно спросила Ольга, не понимая по его лицу вердикт. Верила в него и не сомневалась, что все получится, а сейчас растерялась. Страх провала невольно зародился в душе и заставлял сильно нервничать.

— Все хорошо. — Саша довольно улыбнулся и посмотрел на нее. — Эмбрион в матке. — Он повернул монитор к Ольге и указал на крохотную точку на экране.

— Это значит да? — уточнила она, ощутив, как сердце забилось быстрее.

— Да, — коротко ответил и вернулся к монитору. Нужно было еще записать все показатели и ничего не упустить.

— Господи. Какое счастье. — Ольга закрыла лицо руками, едва сдерживая подступившие слезы. Даже не представляла, что предстоящее материнство вызовет в ней такой коктейль эмоций.

— Рано радоваться, теперь главное, чтобы твой организм не решил избавиться от инородного тела. — Саша поспешил вернуть ее с небес на землю. Сейчас главное не расслабляться. — Будь готова к частым анализам и УЗИ, недели до двенадцатой точно, а там посмотрим.

— Я на все согласна, — радостно воскликнула она и, поддавшись порыву, повисла у него на шее. — Спасибо!

— Пока не за что. — Саша аккуратно отстранился и протянул Ольге салфетки. — Вытирайся.

— Саш, ты просто волшебник! Я даже не могла представить, что это может произойти так быстро.

— Правильная подготовка и четкое выполнение инструкций, ну и немножко везения. — Он смутился, не ожидая такой реакции. Безусловно, похвала была приятна, но не более.

— Я даже не знаю, как смогу отблагодарить тебя…

— Знаешь, — напомнил Саша об их договоре. Теперь, когда выполнил свою часть сделки, мог требовать оплату.

— Ты про пригласительный? — Ольга вытерлась и, одернув футболку, села на кушетку. — Все в силе, завтра вечером возьму тебя с собой на прием. Дресс-код официальный. Заедешь за мной в шесть.

Саша почти не дышал, пока слушал ее указания. Не ожидал, что все случится так быстро, а ведь так и не придумал, что скажет Тане. Остался всего один день. Сутки до встречи с мечтой. Ощущал смесь волнения и предвкушения, но внешне сохранял абсолютное спокойствие и хладнокровие.

— Хорошо, — ответил, стараясь казаться как можно более равнодушным. Не хотел, чтобы Ольга догадалась, какие демоны живут у него внутри.

— Саш, зачем тебе это? — вкрадчиво поинтересовалась она. Давно мучил этот вопрос, а задать все не находилось повода.

— Оль, я не хочу это с тобой обсуждать, — честно ответил Саша, юлить и выкручиваться не было никакого желания. — У нас с тобой всего лишь взаимовыгодная сделка. На этом все. Давай не будем переходить черту.

— Я же от чистого сердца… помочь хочу. — Ольга обиженно надула губы. За тот месяц, что они провели бок о бок, думала, что смогла наладить их сложные отношения, но, как оказалось, это было лишь иллюзией.

— Не стоит. Просто устрой мне встречу, а дальше я сам. — Он встал и отошел к окну, наблюдая за тем, как тяжелые тучи снова затягивают небо.

— Не доверяешь мне? — усмехнулась она, верно разгадав его реакцию.

— А что, должен?

— Ты прав. — Она подошла и положила ладонь ему на плечо. — Прошлое так просто не забыть. Но я изменилась. — Перехватила его взгляд в отражении стекла. — Знаю, ты не веришь мне и видишь во всем подвох, но я искренне желаю тебе добра, и если вдруг понадобится моя помощь…

— Я понял, — коротко ответил Саша, продолжая смотреть в глаза. Искал в нем хоть один малюсенький намек на фальшь, но, как ни странно, не находил. Это удивляло. Он не помнил, чтобы Ольга хоть когда-то была такой открытой. Знал ее совершенно другой — циничной, меркантильной стервой и не особо верил в превращение гадкого утенка в прекрасного лебедя. Хотя Таня тоже казалась другой, а на самом деле оказалась ничуть не лучше…

— Саш, правда, обращайся. Как друг.

— Оль, тебе самой не смешно? — Он резко развернулся и сложив руки на груди, усмехнулся. — Как мы можем быть друзьями после всего, что между нами было?

— Почему нет? — Она удивленно приподняла бровь. — Когда отношения не обременены сексом, все возможно.

— Что на это скажет твой жених?

— Ничего не скажет. Я ему давно все рассказала, он понял меня и к тебе не имеет никаких претензий.

— Какой понимающий. — Саша вновь усмехнулся, вернулся к аппарату УЗИ и достал распечатанные снимки. — Вот тебе твои фотографии.

— Обещай, что подумаешь, — настаивала Ольга, следуя за ним по пятам. Ей непременно хотелось наладить с Сашей контакт и разрушить стену отчужденности. Что это, совесть или что-то другое, она не задумывалась, просто поступала так, как чувствовала.

— Обещаю, — согласился он и проводил ее до двери. — До завтра.

***

Утренний душ не помогал ни взбодриться, ни смыть с себя опостылевшие прикосновения. Таня усиленно терла себя мочалкой, но все равно ощущала грубую похоть на теле. Муж был беспощаден. Она пропустила момент, когда из нежного и заботливого мужчины он превратился в озабоченное чудовище. Как и обещал, Павел каждую ночь появлялся в ее комнате и принуждал к соитию. Никакие уговоры не действовали, он словно обезумел в погоне за ее беременностью, и если она пыталась сопротивляться, просто насиловал и уходил. А Таня, свернувшись калачиком, мучительно переживала свою боль.

Выдержка давала сбой, и мысли о суициде посещали все чаще. Уже месяц она была игрушкой в руках тирана, месяц персонального ада и тотального контроля. Круглосуточное наблюдение, прослушка всех телефонов и отслеживание интернета. Таня словно стала рабыней в своем собственном доме без единой надежды на спасение.

Каждое утро делая ставший обязательным по приказу мужа тест на беременность, она молилась, чтобы он не показал две полоски. Страшно боялась забеременеть от Павла, но методов контрацепции у нее не было и взять было негде. Несколько раз она заходила в аптеку, но за ней неусыпно следил охранник, пыталась позвонить в полицию, но звонок не доходил до абонента, даже интернет — и тот был заблокирован. Любой шаг был как на ладони, Паша знал о каждом ее вдохе, потому мыслей о побеге не возникало. Точнее, эта мысль ее не покидала ни на секунду, но возможностей пока не было. Любимый дом стал тюрьмой, а муж — тюремщиком.