Внебрачный ребенок - Слава Доронина

Полина

Почти пять лет спустя

— Мама!

— Мама!

Сафина и Дамира наперебой требовали моего внимания с самого утра, но у меня была такая слабость, что я с трудом оторвала голову от подушки и заставила себя спуститься вниз. Если чутье меня не подводило, то сегодня я отправлюсь в роддом. Ноющие боли внизу живота со вчерашнего вечера все больше походили на настоящие схватки, а не тренировочные… И если все пройдет удачно, то новогодние праздники мы проведем дома, но уже в расширенном составе. Я доходила до максимально безопасного срока, тридцать девять недель для двоих малышей — отличный результат.

— Мам, можно мы сегодня выйдем погулять одни, если ты не сможешь? — ко мне подбежала Дамира и обвила маленькими ручками мой огромный живот. — Я хочу лепить снеговика.

— А я позвала в гости Дину… — Сафина встала рядом и посмотрела на меня вопросительным взглядом. — Все нормально, мам? — спросила она, заметив, как я нахмурилась.

— Да, все хорошо… Сегодня погуляете одни, — отозвалась я спустя полминуты, когда низ живота отпустила резкая боль. — Только смотри за сестрой, хорошо? — Мышка кивнула и поцеловала меня в щеку.

Перекусив, я позвонила Алене и попросила ее приехать с Динаром к нам в гости. Дамира всегда переживала, когда я долго отсутствовала дома, а визит ее лучшего друга должен был ее немного отвлечь. Няне я тоже позвонила и попросила отложить все дела на сегодня и остаться детьми.

— Полина, что-то не так? — Белла Ренатовна, услышав, что я вызвала няню в ее выходной, подошла ко мне и посмотрела на меня внимательным взглядом. — Мне звонить Роберту? — я снова ощутила сильную схватку, и прикрыла глаза, пережидая тянущую и неприятную боль.

— Я сейчас сама ему позвоню… — встала со стула, и почувствовала, как по моим ногам потекли воды.

— Так… — Белла Ренатовна в ту же секунду взяла меня под руку, поддерживая. — Идем наверх, Полина. Я помогу тебе переодеться и собрать вещи, — ее голос задрожал от волнения. — Тамила, звони Роберту и приглядывай за Дамирой.

Сколько бы не принимала участие в процессе рождения детей, но одно дело помогать маме и малышу встретиться, находясь в роли врача, а другое, когда мне самой сегодня предстояло хорошо потрудиться, чтобы дать жизнь двум малышам, и еще постараться, чтобы все прошло без осложнений для нас троих.

Беременность наступила с первого же цикла после отмены противозачаточных таблеток, а на одиннадцатой неделе Тамара, мой врач, огорошила меня, что у нас с Робертом будут близнецы. Для меня это оказалось большим потрясением, собственно, как и для всех членов семьи. Мне до сих пор не верилось в происходящее: пока я даже не представляла, как это быть мамой сразу четвертых детей.

Белла Ренатовна помогла мне переодеться, и мы спустились вниз. Сумку с вещами и документами я приготовила заранее из-за рисков наступления преждевременных родов, которые в моем случае были значительно выше.

Алёна с сыном и Роберт приехали почти одновременно. Схватки становились чаще и сильнее, и я мечтала поскорее оказаться в роддоме под присмотром Тамары и других врачей, потому что переживала за малышей: их внутри было двое, и для меня это была двойная ответственность, особенно, учитывая перерыв, с которым я шла в роды.

— Как ты? — спросил Роберт, просмотрев на меня в зеркало заднего вида.

Я выдавила мучительную улыбку, сказав, что со мной все в порядке, и вцепилась пальцами в кожаную обивку сиденья от боли, которая потихоньку начала вытягивать из меня силы. Мы стояли в пробке больше часа. Движение встало из-за серьезной аварии. Роберт сильно нервничал, без конца спрашивал у меня, как я себя чувствовала, и сжимал руль с такой силой, будто собирался его вырвать.

Наконец движение возобновилось, а я облегченно выдохнула, но ненадолго: каждые пять минут поясницу словно растирали раскаленным жгутом, боль была такой силы, что мне казалось, из глаз сыпятся искры, а все вокруг вот-вот вспыхнет ярким пламенем.