Ласка скорпиона - Нора Робертс

Закончив устный телефонный отчет Уитни по инциденту с Гарнетом, Ева села писать письменный отчет с приложением видеозаписей.

– Возможно, когда ты с этим закончишь, тебе будет интересно послушать, что мне удалось узнать, пока ты там участвовала в кулачных боях, – сказал ей Рорк.

– Он меня караулил, когда… – начала Ева, но тут же вскочила и наставила палец на Рорка. – Ты ее взял?

– Нет еще, хотя я уже близок к развязке. Мне нужно еще немного поработать, чтобы все узлом завязать. Но я взял Гарнета и могу подать его тебе – или БВР, если хочешь, – на серебряном блюде.

Ева села и ухмыльнулась, отчего разбитая губа опять задергалась болью.

– Я тебя обожаю.

– Отличная новость. Но тебе придется это доказать хорошей порцией активного секса.

– Да мы занимались сексом несколько часов назад!

– Нет, несколько часов назад мы занимались любовью. Бьюсь об заклад, ангелы плакали. А за эту работу я требую секса, потому что у меня от нее голова разболелась, пока я пытался придерживаться твоей знаменитой линии. Я требую безумного секса с костюмами, а может, и с реквизитом. Пусть это будет тематический секс с захватывающим сюжетом.

– Хватит доить эту корову, приятель.

– Буду доить, пока не выдою досуха. – Рорк перебросил ей диск. – У него есть недвижимость на Канарских островах на имя Гарнета Джекоби. Джекоби – девичья фамилия его матери. Любительщина.

– Что за недвижимость?

– Для начала дом с двумя акрами земли. Оценивается приблизительно в пять с половиной миллионов. Джекоби заплатил наличными. В удостоверении говорится, что он предприниматель с британским гражданством. Он также владеет двумя автомобилями там, на месте, и лодкой. Яхтой, можно сказать. По документам Джекоби на несколько лет моложе нашего Гарнета, глаза у него скорее зеленые, а не карие, он потерял свою первую и единственную жену во время несчастного случая при восхождении на альпийскую вершину.

– Надо же, как трагично.

– У него внушительный счет на это имя и еще один, поменьше, я бы сказал деньги про запас, на имя Джекоби Люцерна. Люцерн – название улицы, на которой он жил в детстве. Все вместе – примерно шестьдесят миллионов долларов. Неплохие сбережения с зарплаты копа.

– А еще называл меня шлюхой, – пробормотала Ева.

Рорк присел на ее стол.

– Было бы очень жаль, если бы это тебя задело.

– Меня это не задело. Но, согласись, это ужасная несправедливость, когда тебя называет шлюхой такой сукин сын.

– С этим не поспоришь.

– Как насчет Рене? – спросила Ева.

– На это потребуется еще немного времени. Онаумнее и куда изобретательнее Гарнета. Думаю, я ее расколол, но хочу все собрать и еще раз проверить. Ты не хочешь спросить, как я получил данные на этом диске?

– Нет. Ты же говоришь, что придерживался моей линии. Жаль, что у тебя голова болит.

– А на это существуют болеутоляющие. Да, Бикс у меня на диске тоже есть. Это было нелегко, и я всерьез потребую секс-костюмов. Не хочу сказать, что он умнее Гарнета, но его задница прикрыта лучше, это точно.

– А вот это интересно.

– Бесспорно, – подтвердил Рорк. – Он деньги в общем-то не тратит, все в банк кладет. Несколько счетов на разные имена с разным гражданством. Небольшой домик в Монтане. По сравнению с виллой его напарника – просто халупа, о стоимости вообще нечего говорить. И еще у него есть внедорожник. Он коллекционирует оружие – тоже под разными именами, поэтому и остался незамеченным, даже рябь на воде не вызвал. Но все вместе составляет внушительный арсенал. И все же Бикс ведет себя скромно. Ничего экстравагантного.

– Он за деньгами не гонится. Он служака: ему велят, он делает.

– Я начал поиск по остальным и за вечер здорово продвинулся. Но я решил, что тебя прежде всего интересуют эти трое.

– Ты правильно решил. Есть что-нибудь по Бринкеру?

– Бринкер… – Рорк задумчиво прищурился. – Ах да… У него небольшой дворец в Баден-Бадене. Похоже, решил вернуться к своим корням. Кроме того, у него замок в Суррее и три любовницы.

– Три? Неудивительно, что он спит на работе. -

«Значит, Лайла ошиблась на его счет», – мысленно добавила Ева. – Ассертон или Слоун?

– Пока ничего не нашел. И никаких намеков по обоим, так что, скорее всего, ничего и не будет.

– Согласна. Оставь их, дожми остальных. Завтра мы преподнесем Гарнета Уэбстеру на блюде с гарниром из обвинений по сегодняшней стычке со мной. Он спекся. А то, что ты нарыл… это соус.

– Все эти остроумные кулинарные аналогии не могут отвлечь меня от того факта, что ты не хочешь подавать его на блюде одного. Ты хочешь посадить на то же блюдо Рене.

– Вкуснее будет, – признала Ева и взмахнула рукой. – Давай-ка отойдем от разговоров о жратве. Я была бы рада взять ее раньше Гарнета. Ее и всех остальных. Но это не обязательно. Он расколется, если мне будет нужно, и все равно сядет надолго. Если ты на сегодня с этим покончил, я не против.

– Я что – похож на слабака?

– Не заставляй меня улыбаться. Это больно.

– Я закончу работу. Если получу еще что-то значимое, запрограммирую поиск на автомат, и мы сможем немного поспать.

– Мне надо позвонить Уэбстеру.

– Ева, – проговорил Рорк с мягким укором, когда она потянулась к телефону. – Он сейчас с Дарсией.

– Да, и что? Ему нужно… – Она поморщилась, словно опять потревожила больную губу. – Думаешь, они сексом занимаются?