Телохранитель для дочери - Юлия Вернер

– Нормально будет, когда я оторву ему руки по самые плечи, – угрожающе тихо отозвался мужчина. – Это уже ни в какие рамки не помещается…

Я скривилась и сжалась в комочек, чувствуя себя не комфортно рядом с разъяренным мужчиной.

Вот говорила же себе…

Шумно вздохнув, Марк посмотрел на меня.

– Переезжай жить ко мне.

Я открыла от удивления рот и замерла, будто он не переехать предложил, а выйти за него замуж.

– Что ты на это скажешь?

Я закусила губу и посмотрела вокруг, не подслушивал ли нас кто, но всем было плевать на парочку воркующих голубков.

– Марк, я не могу, – нахмурилась я. – Это слишком серьезный шаг…

– Ты сомневаешься в серьезности моих намерений в отношении тебя? – приподнял он бровь.

– Нет, – поспешила ответить. – Просто, понимаешь, мы с тобой вместе всего две недели, а ты уже предлагаешь переехать к тебе.

Марк фыркнул.

– Я же знаю, что ты не хочешь возвращаться домой. И твой отец ничего не предпримет против нас – ты совершеннолетняя и сама вправе решать, как тебе поступать. Если ты переживаешь из-за денег, то это ерунда, я зарабатываю достаточно, чтобы содержать тебя. Мы даже можем снять отдельную квартиру или купить дом и жить вместе, как ты захочешь…

Я почувствовала, что мне становится тяжело дышать, будто меня накрыло морской волной. Марк не заставлял меня переехать, но настойчиво предлагал мне это сделать, а я не была готова на такой серьезный шаг. Вот хоть убейте, но мне казалось, что это не правильно.

– Марк, подожди, – не выдержала я. – Ты не понимаешь, дело не в этом. Я просто не готова к такой резкой смене обстановки. Я не могу просто так взять, собрать вещи и переехать к тебе!

Мужчина какое-то время смотрел на меня, а потом нахмурился и отвел взгляд.

– Ладно, – тихо сказал брюнет. – Я не буду тебя заставлять делать то, чего ты не хочешь, – он поднялся. – Отвезти тебя домой?

– Да, – пролепетала я. – Если не сложно…

Всю дорогу до дома мы не обмолвились даже словом, а когда подъехали к моему дому, Марк сказал что-то вроде «звони, если что» и уехал, а я поплелась в дом.

Настроение мое быстро опустилось ниже некуда, и до самого вечера я просидела в своей комнате, заглушая внутреннюю пустоту музыкой в наушниках.

POV. Марк

Я перегнул палку.

Когда Ника призналась в том, что Иван ударил ее, мне сразу же захотелось забрать девушку из этого сумасшедшего дома, и я предложил ей переехать ко мне. Даже если она не согласилась жить в родительском доме, я бы снял или купил квартиру, дел-то…

Но похоже не с того надо было начинать, я не давил на Нику, но слишком настойчиво предложил ей это сделать, потому что был слегка на взводе. Сам все и испортил.

Мне казалось, что я поступаю правильно, ведь таким образом уберег бы ее от слетевшего с катушек отца и от потенциальной опасности со стороны его врагов и Александра Борзова.

В общем, хотел как лучше, а получилось как всегда.

Я не совсем понял, что так смутило Нику, и почему она отказалась от моего предложения. Стоило объяснить ей, что я это делаю не из-за того, что хочу торопить наши отношения и начинать жить вместе, а ради ее же безопасности, ведь она постоянно будет у меня на глазах, и я буду знать, что она в порядке.

POV. Ника

– Так, не всхлипывай, а расскажи все так, как есть! – Ксюша нависла надо мной, держа руки на бедрах.

Стоило мне только-только вернуться, как я позвонила подруге и попросила забрать меня к себе на ночевку, потому что я не могла оставаться там, где давили на меня стены. Девушка стояла у моего дома уже спустя полчаса и закидывала в салон машины мой рюкзак с вещами.

– Марк предложил мне переехать к нему, – ответила. – Я отказалась, а  он разозлился… – я шмыгнула заложенным носом.

Блондинка нахмурилась.

– Ну, он же не просто так предложил тебе это? Сама сказала, что у тебя отец с ума сошел, может Марк тебя обезопасить хотел.

– Может и так, но я не готова переезжать к нему, – уперлась я.

Ксюша закатила глаза.

– Почему, Вероника? Чего ты боишься? Вы уже настолько сблизились, что… – она запнулась, делая большие глаза. – Просто признайся, что ты боишься перемен или не уверена в нем. Вот и все, – девушка села рядом. – Вот скажи мне – ты уверена в том, что у Марка в отношении тебя серьезные намерения?

Я пожала плечами.

– Я не знаю. Он никогда не говорил мне ни о чем подобном. Даже в любви, элементарно, не признался.

Блондинка закатила глаза.

– Признание в любви – это последнее, о чем тебе стоит волноваться, толи дело поступки! Смотри – он тебя спасал, мстил, защищал, даже убивал из-за тебя… – она скривилась. – Ты точно ему дорога, не придумывай чепуху.

Я нервно засмеялась и стерла со щек горячие слезы.

– Спасибо, что приехала за мной, – проговорила я.

– Да разве я могла иначе? Кто как не ты будет мне сопли подтирать, если у нас с Сережкой начнутся разногласия?

– Да ладно, – проворчала я. – У вас хорошие отношения. Вон как вы вчера развлекались…

Блондинка хитро улыбнулась.

– Да не так, как вы с Марком.

Я покраснела и опустила взгляд.

– Все странно. После аварии я совсем иначе стала смотреть на него, а потом поняла, что влюбилась.

– Мозги на место просто встали, – засмеялась подруга, за что я пихнула ее ладонью в плечо.

– Перестань, – буркнула я.

Ксюша стала серьезной.

– А вот ты сама говорила, что любишь его? – она хмыкнула. – Нет, не так – ты сама-то его любишь или только влюблена?

– Я не знаю, – пожала я плечами. – Мне грустно, когда его нет рядом, а когда мы вместе, у меня внутри бабочки порхают.

Ксюша почесала подбородок и улыбнулась.

– Любишь, – констатировала факт она. – Видишь ли – это не придурок Артем, за которым ты бегала…

– Я не бегала, – возразила.

– Не перебивай! – прошипела блондинка. – Так вот. Марк другой, он надежный и ты рядом с ним другая. Ты, наверное, не заметила, но с того момента, как ты вернулась с Кубы, ты стала другой, более взрослой, хотя и несешь иногда полнейшую чушь.

Я фыркнула, закатывая глаза к потолку.

– А помнишь, как вы сцепились на вечеринке? Это было что-то с чем-то, а то, что он сбросил тебя в бассейн, я вообще никак не ожидала! Хотя, правильно сделал – женщину нужно правильно расположить к себе, – и опять засмеялась.

– Ну да, – проворчала я. – Кое-кого вообще чуть собака не съела.