Лилия Для Повелителя - Мария Суворова

От этой мысли у меня перехватило дыхание. Я продолжал злиться на неё за обман, но одновременно испытывал благодарность всем проклятым богам за то, что она выжила.

Маленькая девочка, не старше пяти лет… светловолосая и испуганная с большими янтарными глазами. Девочка, родителей которой я собственноручно вывел на казнь к отцу. Девочка, которую я отпустил…

Хаосова Бездна!

Моя жалость к несчастной сиротке откликнулась мне спустя много лет. Лилия выросла и ворвалась в мою жизнь, чтобы отомстить.

И ей это удалось. Я не просто позволил этой лживой змее заползти мне в душу и заслужить моё доверие, я сам, черт возьми, показал ей, где хранится то, что ей нужно.

Дернувшись от дурных предчувствий, я рванул вверх по лестнице.

Едва заметил, как чуть не сбил с ног кого-то из слуг в коридоре. Обернувшись, увидел жавшуюся к стене испуганную молодую горничную. Да, беснующаяся от ярости и боли предательства Тьма — зрелище не для слабонервных.

Чтобы открыть портал, мне следовало успокоиться и начать мыслить более ясно. Иначе я мог бы занести себя Хаос знает куда. И перед встречей с янтарной не мешало бы утихомирить бушующее внутри пламя.

— Где мой брат? — спросил, безуспешно пытаясь подавить рвущееся из груди рычание.

— Г-господин был в… в… своем к-кабинете, — пискнула девушка, заикаясь.

Айрон, развалившись в кресле, с явно скучающим выражением лица слушал доклад о делах вверенной ему территории бывшей империи. Увидев меня, он выпрямился. Брайн, бывший и советником, и заместителем брата во время его частых отъездов, тоже замолчал, настороженно следя за мной.

— Оставь нас, — велел я молодому демону, опускаясь в кресло у камина и наливая себе полный стакан виски из удачно стоящего на столике графина.

— Видимо, тебе не понравилось то, что ты нашел? — брат выжидающе вздернул бровь, наблюдая, как я залпом опустошил стакан и нацелился на следующий.

— Не то слово, — хмыкнул, хотя уверен, моя усмешка больше напоминала хищный оскал, чем дружелюбную улыбку. — Время уже позднее, — я кивнул на уже темное ночное небо за окном. — И ты занимался делами?

— Брайн любитель длинных и подробных отчетов, ты же помнишь, — Айрон зевнул и, положив руки на стол, подался вперед, сверля меня пристальным взглядом. — И разве мог я пойти спать, не дождавшись тебя. Ты явно был чем-то озабочен. Что произошло, Эйт?

Я снова глотнул обжигающий нутро напиток. Сейчас я впервые в жизни жалел, что Тьма выжигает алкоголь в крови, не позволяя как следует захмелеть.

— Мне нужно вернуться в Аделхейм, — вместо ответа проворчал, целенаправленно заливая в себя виски в тщетной надежде, что хмель хотя бы немного притупит жгучую боль где-то в груди.

Проклятие! Никогда не думал, что буду страдать из-за женщины. Тем более из-за женщины, предавшей меня.

— Торопишься к ней? — брат с пониманием усмехнулся. — Не терпится объявить о помолвке?

При упоминании о Лилии и моих недавних планах Тьма внутри зарычала, снова отравляя душу черным ядом. И только, когда виски вперемешку с кровью потек по моей руке, я понял, насколько сильно сжал стакан. Зашипев, стряхнул осколки на пол.

— Да какого Хаоса с тобой происходит?! — Айрон рванул ко мне, но застыл в нескольких шагах остановленный моим взглядом.

Тьма в мгновение ока залечила порезы на ладони, о которых напоминала лишь засохшая на коже кровь.

— Ты… — Айрон на секунду запнулся, но продолжил, почему-то избегая смотреть на меня. — Ты узнал что-то про Лилию, да?

Возможно, его блуждающий взгляд или испуг, который он не успел скрыть, а я уловил, натолкнули меня на ужасающую мысль. Но нет. В это точно я не был готов поверить. Айрон не мог меня обманывать. Брату я доверял почти как себе самому.

— О чем ты? Что ты знаешь о ней? — глухо прорычал я, сверля брата тяжелым взглядом.

Он уловил мой мысленный посыл. Не врать.

— Бездна! — Айрон нервно взъерошил волосы. — Она просила не рассказывать тебе, и я… я не думал, что это важно!

— Говори, — велел я, торопя. Сердце пропустило удар. Айрон не мог меня предать. Нет. Если бы он знал правду о ней, он сказал бы. Непременно бы сказал.

— Помнишь, я ездил в Эзлор, когда там была зафиксирована вспышка светлой магии? — брат вздохнул, снова ероша и так уже растрепанные волосы. Словно не хотел нарушать данное девушке обещание, но, бросив на меня взгляд, все же продолжил: — Я встретил там Лилию.

— И ты не сказал мне?! — закричал я, вставая. Руки сжались в кулаки. — Ты же явно узнал ее на балу!

— Узнал, — не стал отпираться Айрон, смело встретив мой разъяренный взгляд. — Но повторю, я не думал, что это важно. Мы неплохо общались в Эзлоре, в некотором роде даже стали друзьями, — он хмуро улыбнулся, явно заметив как я сжал зубы, утихомиривая рвущуюся наружу ревность. Хаос. Я все еще ее ревновал. Все еще не мог смириться с мыслью, что придется вычеркнуть ее из своей жизни.

— И не надо так на меня смотреть, — нахмурился он. — Ничего такого, о чем ты явно подумал между нами не было, — я недоверчиво прищурился, и Айрон вздохнул, поднимая ладони в примирительном жесте. — Ладно, не было с ее стороны. Возможно, я хотел бы большего. Но ей явно было не до свалившегося на нее гвардейца. Изнурительная работа в таверне, больная бабушка…

— Чего?! Работа в таверне?! Зачем девушке из благородной семьи работать в таверне? — но ответа я не получил. Понявший, что выболтал все, что собирался и, возможно, не собирался, Айрон пожал плечами.

И только сейчас из-под пелены все еще отравляющей душу ярости, пробилось понимание. Я упустил из виду Сорелла! Он мог притворяться ее родственником, пока я считал ее полукровкой. Но родители Лилии оба оказались светлыми магами. Значит, никакого родственника из темных у нее быть не могло!

Бездна! Я упустил шпиона прямо у себя под носом! С этим тоже придется разобраться.

Но то, что Лилия жила в Эзлоре, работая в таверне, а не воспитывалась сбежавшими светлыми, стало сюрпризом. Должно быть, они отыскали ее не так давно, сломали печать, которую успела поставить мать перед смертью, и… бросили в логово врага. То есть прямо в демонам в лапы.

На мгновение представив, что испытывала оставшаяся без родителей сирота, вынужденная жить в нищете и тащить на себе больную пожилую женщину, я ошутил укол острой жалости в сердце. Моя вина. Это была моя вина.

Но тут же одернул себя. Она знала, на что нашла. Лилия целенаправленно обманывала меня, делила с ненавистным демоном постель, перебарывая отвращение…

— Я возвращаюсь в