Чёрная зима - Ульяна Каршева

По толпе эльфов, узнавших младшего сына правителя Итерри, прошёл ропот удивления и недоверия. Тем не менее, некромант (Вальгард опустил руку) снял повязку с глаз и повелительно сказал Гароа:

- Иди за мной!

Астигар чуть не рассмеялся, завидя, как Гароа чуть пожал плечами и, явно чувствуя себя не в своей тарелке, последовал за Катэйром. Старший брат нисколько не завидовал тому, что выбрали не его. Глядя на протискивающегося между своими «десятками» младшего брата, он предположил: «Возможно, Гароа в будущем остепенится. Ведь не зря Катэйр назвал его эльфом с силой. Ведь для любого эльфа основная сила – это магия. Может, Гароа станет сильным магом в будущем? Любопытно, как Гароа станет запускать эту магическую систему. Объяснят ли ему маги, как она действует? Или используют его силу в качестве ещё одного артефакта?»

- А кто это? – спросила Таллия, старательно щурясь на Гароа. – Мне он кажется знакомым, но я отсюда не разгляжу, пока он спиной к нам.

- Мой брат, - коротко сказал Астигар, тоже стараясь пробраться ближе к столу и посмотреть, как брат будет выполнять распоряжения некроманта.

Они нашли место, буквально притиснувшись к краю столешницы. И застыли в ожидании. Глядя, как Гароа внимательно слушает некроманта, Астигар понял, что удивлён только одному: что значит – Гароа имеет силу прошлого? Спросить младшего брата чуть позже? Но, судя по недоумевающему лицу Гароа, он и сам не совсем понимает, в чём дело.

Наконец стоявшие перед столом замерли, затаив дыхание.

Гароа постоял немного, будто задумчиво глядя на расставленные по нему метки, а потом протянул руку и, кажется, что-то сдвинул из артефактов. Ещё одно движение – и Вальгард чуть не оттолкнул его в сторону, хищно склонившись над ингредиентами магической системы.

Катэйр сделать то же самое опоздал лишь ненамного.

Оба склонились над столом так низко, что в первые мгновения показалось – они пытаются что-то вынюхать. И так быстро, словно хотели клюнуть носом во что-то.

Некромант, не разгибаясь, медленно поднял руку со сжатым кулаком.

- Получилось, - чуть не сквозь зубы проговорил он. – Получилось даже без двух меток! Вооружайтесь и выходите на поверхность, эльфы! Ещё немного – и эти твари станут беспомощными перед вашими клинками! Не трое суток! Нет! Сегодня! Сейчас!

Забряцало-зазвенело холодное оружие, взметнулись в воздух снятые с заплечья луки – эльфы и люди загомонили, забыв о странном Гароа, чьими стараниями начиналась иная война.

Астигар выкликнул свою боевую «десятку».

Другие командиры последовали его примеру.

В подземелье не просто зашевелились, а замельтешили все те, кто имел отношение к вылазкам наверх. Воины, бросаясь на голоса своих командиров, сбивались в свои отряды. Мельком Астигар заметил, что Гароа, отойдя от ошеломления, уже собрал вокруг себя своих воинов.

Один разок они встретились взглядами: Гароа – кивнув, взметнул брови: «Как ты, брат?», Астигар – ухмыльнулся: «Воюем, брат!»

- Под твоей рукой уже две «десятки»! – ахнула Таллия. – И бегут ещё!

- Ночные, - напомнил тот, оглядываясь и маша рукой: «Ваш командир здесь!»

На поверхность из подземелья бежали так, словно за ними гнались все злые духи нижних уровней. Все понимали, что сейчас можно будет застать вампиров врасплох – и не только потому, что выскочат на поверхность очень уж неожиданно для них. Нет! Если некромант уверен, что твари прямо сейчас начнут терять свои крылья – значит, они будут в растерянности. Что значит – смертельно уязвимы!

А потому выскакивали на улицы человеческого города – не прячась!

Нападали на беззащитных людей и эльфов целой уничтожающей волной?!

Прочувствуйте на себе, каково это – когда нет возможности защититься!

Отряд Астигара выбрался на заснеженные улицы первым. И точно не прятался. Мало того – по всем улицам раскатился такой громовый боевой клич, что показалось – город содрогнулся!

Из презренных нор, в которые вампиры, словно крыс, загнали эльфов и людей, хлынула армия, уверенная в своей победе! И в своём праве убивать бескрылых убийц!

Не пробежали половины улицы в обе её стороны, как из домов начали появляться визжащие твари, которые пока ещё не понимали, что с ними происходит. Но уже чуявшие, что их сила исподволь уходит…

И в городе началась новая бойня.

Глава 19

Раненый вампир забился в угол, образованный глухой стеной полусгоревшего дома и невысоким забором-плетнём. Тварь выла от боли, но, стоило воинам шевельнуться, как начинала угрожающе верещать и так сильно, что, в конце концов, давилась собственным хрипом, резко становясь безголосой. И замолкала, стараясь отдышаться.

Братья стояли напротив вампира, приглядываясь к нему, одновременно прислушиваясь к окрестностям. Слышно было, как то там, то здесь, неподалёку, раздавались заполошный визг и вопли, резко обрывающиеся.

- Нам повезло, - сам охрипло сказал Астигар, всё ещё держа меч в боевой готовности.

При звуке его голоса тварь завопила, но ранее дранное горло не произвело того устрашающего звука, на который вампир надеялся.

- Ты… имеешь в виду Вальгарда? – не глядя на старшего брата, спросил Гароа.

Вампир выпялил на него обезумелые глаза. Потом опустил взгляд, следя за покачивающимся клинком… Уже несчитаное количество раз вампир резко дёргал плечами назад – собираясь взлететь. И, вскрикивая от ярости и отчаяния, на мгновения застывал в этой позе. Кажется, твари до сих пор не верили, что в небо им больше не взлететь... Время – день перевалил за полдень. Тем не менее, ни одна тварь не собиралась сдаваться на милость победителя.

Этот – переступил конечностями: сильные бёдра, толстые, когтистые лапы, узкая грудь, неравномерно покрывавшая тело чёрная шерсть. Эта тварь дралась так, будто не понимала, что ей в самом деле пришёл конец. Казалось, её больше заботило не то, что её могут убить. Больше – крылья.

Точнее – их отсутствие.

- Да, дракона, - подтвердил Астигар, с любопытством ожидая, дойдёт ли до мозгов вампира, что его положение безнадёжно, и соизволит ли он сдаться. Ведь, что ни говори, а вампир – тварь разумная.

Гароа же смотрел на загнанную в угол тварь, испытывая смешанные чувства. Да, кровожадная