Парень подруги. Ты не для меня - Елена Безрукова

— А что? Отличная идея!

— Между прочим, у нас есть такой человек, — поднялся Дима на ноги и призвал всех к вниманию. — Он здесь тоже с основания театра и почти дипломированный специалист. Он даже по бумажке скоро сможет официально управлять театром. А пока быть И.О.

— Кто? — покатились вопросы по залу. — Ланской?

— Да, Ланской! Он помогал здесь, даже кулисы вешал, когда только открывались.

Мир смотрел с офигевшим видом на происходящее.

— Мир, — позвал его Дима к сцене. — Иди сюда, народ тебя видеть желает.

— Чего это они? — спросил меня растерянный Ланской. Удивительное зрелище — Ланской растерялся!

— Режиссёром тебя видеть хотят, — улыбнулась я ему. — И между прочим, я с ними согласна. Ты мог бы. И сможешь.

— Ты так думаешь?

Зал уже скандировал его имя, а этого ему было недостаточно — он ждал моего мнения и одобрения.

— Да, — ответила я. — Если понадобится — я буду голосовать за тебя! Иди.

Он поднялся на ноги и, робко и обаятельно улыбаясь, прошёл на сцену.

— Итак, Мирослав, — обратился к нему Дмитрий. — Мы просим тебя занять место режиссёра нашего театра, потому что ты как никто знаешь этот театр с вешалки.

— Но вы уверены, что не хотите поискать кого-то более опытного? — спросил он.

— Мы хотим искать ещё кого-то? — спросил Дима зал.

— Не-е-ет!

— Пусть Мир будет! Он свой.

— И точно к девчонкам не полезет — у него голова повёрнута только в сторону Дианки!

— Да ты талант, Мирюх! Не бойся, мы тебе помогать будем!

— Ну… — развёл Ланской руками. — Если позволит министерство культуры, я всё же слишком молодой специалист, то… Пожалуй, мог бы попробовать.

— Ура-а-а!

— Ланской, ты просто космос!

* * *

— Ну что? Ты теперь режиссёр? — спросила я его, когда мы обнимались в гримёрке после репетиции, оставшись наедине.

Теперь некого опасаться, и можно больше не скрывать нашу любовь.

— Ага, — усмехнулся Мир. — Тебе, кстати, придётся спать с режиссёром, ты понимаешь? Обязательно ублажать его, пока не кончит. Иначе никаких тебе ролей, Ди.

Я беспечно рассмеялась.

— Мир, вот ты жук!

— Фу, что жук-то сразу? — сморщился он. — Не сексуально вообще. Назвала бы тигром, что ли…

— Потому что хитрый!

— Ну, тогда лис!

— На радуге завис.

— Ой, всё… — опустил он руки и глянул на меня. — Завтра на репетиции тебя заставлю три раза делать одно и то же.

— Пользуешься своим служебным положением, говнюк? — сузила я глаза.

— А ты что обзываешься? Я тебя вообще и уволить могу за это!

— Серьёзно? — подошла я ближе и посмотрела в серые глаза.

— Да!

— А если я извинюсь? — Изогнула я бровь.

— Не прокатит, я очень зол. Джульетту теперь будет играть Костик!

Снова разобрал смех.

— Джульетта ростом два метра и весом в сто кило?

— Я художник, я так вижу.

— Ну, Мир, — флиртовала я с ним без зазрения совести. — Я хочу извиниться перед вами, господин режиссёр…

Моя рука сначала легла на его грудь а потом пошла ниже. Ниже, еще ниже… И остановилась в районе джинсов, на ширинке.

— Ого, ты уже?

— Я всегда тебя хочу, Ди. Ты только подошла, уже всё.

— Ну, тогда я начну извиняться? — сжала я мягко пальцы там, где ощущался его твёрдый член.

— Да, — почти прошептал он и расстегнул ширинку. — Плохо извинишься — вытрахаю.

— О, я не против.

Опустилась на колени перед ним и обхватила твёрдый член рукой. Провела пальцами по гладкой горячей коже и задержалась на бархатной головке. На ней выступила светлая капелька смазки и я с наслаждением растёрла её по головке, мягко массируя её.

— М-м, — застонал он и опёрся руками о стенку.

Я делала это не впервые с ним. Пока опыта у меня было мало, но я сама кайфовала от его реакции, от того, как ему хорошо, и от того, какую власть я имею над ним в этот момент.

Мне совершенно не было противно. Наоборот, я только ещё больше возбуждалась сама от его стонов и откровенного удовольствия. Ласкала его так, как хотела бы получить удовольствие сама. Водила языком вдоль ствола, вбирала в себя плоть насколько могла и посасывала гладкую головку с чуть солоноватым привкусом его смазки…

В какой-то момент Мир вдруг взялся за мои джинсы, спустил их вместе с трусиками и подхватил меня под бёдра, прижав к стене. Вошёл в меня на всю длину, насаживая меня на свой член как можно глубже.

Быстрые ритмичные движения быстро довели нас обоих. Секс в гримёрке после репетиции казался ещё более острым и сногсшибательным, чем дома. Я вцепилась в его плечи и кричала от оргазма, пока он вбивался в меня. А потом резко вышел, чтобы излиться спермой на моё бедро…

* * *

Министерство одобрило кандидатуру пока ещё студента, но основателя молодого театра и практически выпускника. Мир стал проводить наши репетиции в качестве режиссёра. Правда, Ромео он так и остался и свою роль продолжал играть со мной и дальше.

Он оказался довольно способным режиссёром. Находил подход к коллегам и учился решать проблемы. Парни уважали его, ну а девчонки от него в роли режиссера пищали ещё громче, правда, пока не слышу я.

Мама моя по-прежнему не хотела ничего слышать о Мирославе. Когда мы созваниваемся, она спрашивает исключительно обо мне. В гости к ней мы ездили один раз, и всё прошло не очень удачно. Мама так и смотрела на него волком, и почти не общалась, хотя очевидно, что парень показался ей всё же интересным. Иногда она забывалась и начинала смеяться над его шутками.

Мир переживал, что мама пока не может принять его и простить ему этот глупый то ли спор, то ли не спор. Мы ждали, когда мама хоть немного остынет… Я уверена, что однажды она всё же поймёт меня. В конце концов, у нее нет оснований не доверять Миру теперь — уже несколько недель мы живем вместе и абсолютно счастливы. Когда-то это почувствует и мама.

В один из вечеров Мир усадил меня к себе на колени и завёл неожиданный для меня разговор.

— Ди, у нас проблема, — вздохнул он и серьёзно посмотрел на меня.

— Какая? — насторожилась я.

— Крайне серьёзная, которую нужно срочно решать.

— Ну, какая? Что опять у нас могло трястись?

— Правило, что служебные романы запрещены, пока всё ещё действует.

Мир загадочно глянул на меня, но его сигналов я не уловила.

— И что? — спросила я его.

— А все знают, что ты спишь с режиссёром.

Только и цокнула