Высокий, сильный, опасный - Хизер Грэм

– Мне пора на работу, – просто сказала она.

Эдгар стоял в дверях с серебряным подносом в руках. Лекарства для Эбби. Он посмотрел на Дженнифер с нескрываемой симпатией.

– Конар, – услышала она голос матери. Сейчас Конар последует за ней.

Она обернулась.

– Я не хочу, чтобы он ехал со мной, мама. Я хочу жить нормально, поняла?

Она вышла в вестибюль и покинула дом. Сбежала вниз по широким ступеням и, когда подошла к машине, совсем не удивилась, обнаружив за спиной Конара.

– Я возражаю, – сказала она, не поворачиваясь. – Я хочу побыть одна. Оставь меня.

Он крепко сжал ее руку, повернул лицом к себе и потянулся к ключам, которые она судорожно сжимала в кулаке.

– Ты только что сделала все, чтобы расстроить мать еще сильнее, – возмутился он, – и мне плевать, чего ты хочешь, а чего нет. Дай ключи.

У нее не было сил бороться с ним. Он разжал ее пальцы, и она уступила. Она обошла автомобиль, храня молчание. По дороге на студию оба молчали.

Даг поджидал ее в гримерной. Ему не терпелось узнать, все ли у нее в порядке.

– Прекрасно. Все прекрасно, – кратко отрезала Джен.

– Не ври, я же вижу, – настаивал он, – выкладывай, что случилось?

Она села перед зеркалом.

– Мать собирается сделать операцию.

– Молодчина! – воскликнул Даг.

– Даг, она может умереть. Разве ты не понимаешь? Сейчас она жива, чувствует себя то скверно, то получше, а что… если вообще ни-че-го?

– Она боится потерять тебя, ты знаешь.

– Конар поддерживает ее в этом безумном решении.

– И ты злишься на них обоих.

– Это неудивительно.

– Разумеется.

– Я имею право!

– Конечно. Но давай разберемся: он старается помочь Эбби, пытается заставить тебя понять, что она чувствует. И он спас тебя от нападения. Я скажу, мы здорово отделали того типа.

Она повернулась к нему.

– А если Конар и есть убийца?

– Что? – выкатив глаза, произнес Даг. – Ты с ума сошла… Бренда была мертва, когда его самолет еще не коснулся земли. – Какой-то момент он стоял, молча качая головой. – Ты очень расстроена, да? Хочешь, я поживу у вас несколько дней?

– Нет-нет… я только что сказала какую-то чушь. Он приехал охранять меня. Наверное, я злюсь, потому что он должен, потому что я должна взять на себя такой риск.

– Джен, мне все в тебе нравится, ты знаешь. Я готов снова приехать на уик-энд. Как бесстрастный наблюдатель.

Она задумалась. Матери не будет дома. Возможно, ей действительно не стоит оставаться в доме вдвоем с Конаром.

– Что ж, пожалуй, это кстати. Приезжай на уик-энд.

– Дженнифер! На грим! – Торн Маккей стоял за дверью.

– Как ему удается так многозначительно произносить одну коротенькую фразу? «На грим!» – передразнил Даг, рассмеявшись. – Увидимся позже. Я внес кое-какие изменения в сегодняшнюю сцену, когда ты узнаешь, что беременна.

– Я беременна?

– Я полагаю, ты еще не видела окончательного варианта сцены. Поверь мне, это великолепно. Правда, правда… Хотя, конечно, чушь ужасная, если так можно говорить про свою работу. Я думаю, ты спала со своим собственным, но почти уже бывшем мужем, а также и с экс-мужем своей сестры и еще, конечно, с сыном своих соседей. С которыми враждует твое семейство.

– По-моему, с ним это было в прошлом.

– Нет, ты спишь с ним и сейчас.

– И я уже знаю, что беременна?

– Мы сделаем временную отбивку. Таким образом, в настоящий момент большинство людей тебя ненавидят. Верона – потому что это может быть ребенок от ее мужа. Твой собственный муж – так как он подозревает, что ребенок не его. А новый любовник не хочет ссориться из-за тебя со своей собственной семьей.

– Из-за того, что соблазнил меня?

– Нет, черт возьми, просто из-за того, что был не очень осторожен. И разумеется, он не может не понимать, что твоя семья захочет с ним разделаться.

– Прекрасно. Но зачем я рассказываю всем, что беременна?

– Ты никому не рассказываешь. Ты делаешь этот тест дома, и когда ты принимаешь душ, в ванную входит Верона, чтобы поговорить. Из-за шума воды ты не слышишь шагов, а она входит… видит тест… и вуаля.

– Я только и делаю, что стою под душем.

– Ты будешь такой чистой, просто душистый букет для покорителя сердец, – весело подмигнул Даг.

– Дженнифер! – послышался нетерпеливый голос Торна Маккея.

Даг отворил дверь.

– Опять эта парочка, – буркнул Торн. – Вы знаете, это моя работа. Это не профессионально! Я вынужден пожаловаться Джо и Энди, что вы мне мешаете.

Даг и Дженнифер переглянулись.

– Он собирается наябедничать на нас, – подмигнул Даг.

Она усмехнулась:

– Увидимся позже.

Даг закрыл дверь. Торн вздохнул:

– Оказывается, ночью на тебя напали? Осторожнее, Дженнифер. Ты прямо-таки притягиваешь зло. Ты понимаешь это? – серьезно произнес он.

– Торн, я просто оказываюсь не в том месте и не в то время.

– Еще и эти две убитые девушки. – Он сокрушенно покачал головой. – Тучи сгущаются, Джен.

– Я не притягиваю зло, – резко бросила она.

– Может быть, дело в доме?

– Триш Уайлдвуд никогда не гостила в Грейнджер-Хаусе. Торн, я должна выйти на площадку через две минуты.

– Ну конечно, теперь ты спешишь. Сама заставляешь меня стоять под дверью, пока у тебя с Дагом тет-а-тет, а теперь начинается спешка.

Она простонала:

– Торн, умоляю, поторопись.

Лайам не хотел оставаться на студии, и они с Конаром отправились в кафе-бар на соседней улице. Они уселись за маленький столик в укромном уголке.

Конар заказал черный кофе, Лайам кофе-мокко с горой взбитых сливок, щедро посыпанных шоколадной стружкой. Девушка, казалось, приняла заказ с некоторым замешательством.

– Не понял, в чем проблема? – сказал Лайам, смешивая взбитые сливки и кофе.

– Это чересчур дамское питье.

– Разве?

– Никак не сочетается с твоим мужественным видом. Вот почему у нее были такие глаза, – засмеялся Конар. Лайам кивнул. – Итак, что случилось? Выяснилось, что наш бродяга не убийца?

Лайам слизнул сливки с соломинки.

– Мы получили ориентировки из ФБР.