Синица в руках - Борис Петров

— А я тебе говорю, вон там они все прячут. Все отходы свозились к нам, — безапелляционно заметила одна. — Мне тесть привозил дозиметр, там такой фон, а ты говоришь.

— Ты еще скажи, что они там закопали старый реактор! — возмутилась другая.

— И скажу, помнишь, Валентину, из пятого подъезда? Она проработала там сорок лет!

— Да кем она там работала? — возразила другая.

Даша отвернулась к окну, переставая слушать их разговор и стараясь настроиться на тренировку. В прошлый раз она была слишком невнимательна и постоянно мазала. Проигрывая в голове свои неудачи, Даша в очередной раз пришла к выводу, что ей мешал тот противный парень, то он случайно заденет ее, сбивая настрой, то вдруг громко заорет рядом. Если она и сегодня будет также мазать, то ее переведут обратно в позицию лежа.

«Стадион «Октябрь» — произнес мягкий голос диктора, и она ринулась к выходу, опережая приготовившихся штурмовать выход бабулек и смурных мужчин, медленно встававших со своих мест. До тренировки было еще полчаса, но ей хотелось первой занять лучшую позицию, подальше от этого придурка. Она выбежала из трамвая и побежала, что есть мочи к калитке в высоком заборе, где начинался стадион. Дорога уходила вниз, по проложенной лыжне проносились яркие лыжники, ее ботинки скользили по заледенелому асфальту главной аллеи, и, в конце концов, она поскользнулась, проехав на спине до заснеженного теннисного корта.

— Ха-ха-ха! Куда так спешишь? — захохотал этот противный парень, остановившись около нее вместе с группой своих товарищей. Они важно смолили сигареты, неуверенно и смешно держа их в замерзших пальцах.

— Куда надо! — Даша поднялась и стала отряхиваться. — Тебе какое дело?

— О, посмотрите, какая грозная девочка! — расхохотался другой пацан.

— Да ну ее, пусть еще полежит, — противный парень толкнул ее в ближайший сугроб, и вся компания, шумно смеясь, пошла вниз к тиру.

Ей стало так обидно от этого, что она не выдержала и заплакала, все еще не вставая с этого уже начавшего сереть сугроба. В какой-то момент она даже захотела пойти обратно, эта мысль все больше укреплялась в ее голове, подавляя возмущенную гордость.

— Так, Алешина, чего расселась? — рядом стоял тренер, протянув ей руку.

— Да это не я, это меня столкнули… — стала она объяснять, запинаясь.

— Знаю, я видел, — тренер помог ей подняться, твердой рукой возвращая ее в спокойное состояние. Он был уже немолод, сильно старше ее отца, но так сильно походил на него, как старший брат.

— Ты подумала о том, что я тебе говорил в прошлый раз?

— Да, Александр Иванович, но мне мешали сосредоточиться! А этот!

— А что этот? Ты про Попова? Ну а ты что? Почему не дала отпора? Думаешь в спорте иначе? Если ты не будешь уметь постоять за себя, то тебе делать здесь нечего, — он взял ее за руку и повел к тиру, сжимая ее локоть на каждом слоге.

— Я хочу! — воскликнула Даша. — Но что мне его, побить?

— Можешь и побить, — пожал плечами тренер.

— Но их там трое! Они меня…

— А ты попробуй, — он остановился и хитро ей подмигнул. — Защищай свою территорию.

— А можно меня подальше от него поставить, а?

— Нет, нельзя. Ты у нас на следующий разряд идешь, поэтому я тебя к разрядникам и определил.

Даша хотела выдать еще несколько доводов «за», но тон тренера усмирил ее желание спорить с ним, в этом они отличались с отцом, с папой она могла подолгу спорить, более того, ему это нравилось, он подбадривал дочь к развитию своей собственной, пускай и поначалу ложной, но своей мысли.

С первого шага при входе в тир ее обдал знакомый и уже приятный запах жженого пороха, видимо предыдущая группа уже отстрелялась, и старого железа, перемешанного с прогорклым запахом машинного масла и старого дерева. В раздевалке уже вовсю гудел народ, трое пацанов, завидев Дашу, вальяжно подошли к ней, один из них, будто бы случайно, толкнул ее в плечо. Даша, не раздумывая, ощутимо толкнула его в спину.

— Э, ты че? — повернулся он к ней, выпучив остекленевшие от злости и удивления глаза.

— А ни че! Нечего толкаться!

— А ты че на проходе встала, дура?

— А ты что, слепой? — парировала она, готовясь ударить его со всего размаху ногой в живот, если он двинется на нее.

— Зорин! — окликнул его тренер, — иди получать, что там встал.

— Хорошо, Александр Иванович, — с готовностью ответил он и обернулся к Даше, прошипев, — тебе не жить.

Даша смерила его насмешливым взглядом, но внутри у нее все закипело от восторга и страха. Надо бы с кем-нибудь уйти с тренировки, но тогда она опоздает на встречу с Женькой.

Получив свою пристрелянную винтовку, Даша умело провела ее осмотр, все было чисто и густо смазано, как она и оставляла в прошлый раз. На стрельбище стоял монотонный гул, ребята обсуждали, кто кого сегодня выбьет, желая друг другу попадать только в молоко. Она была единственная девочка в группе, девчонки приходили и уходили после двух-трех занятий. Когда Даша пришла в секцию, была разрядница Аня, но она стала часто забивать, а потом и вовсе бросила. А Даше это нравилось, тем более что она уже перешла в позицию с колена, когда как многие, с кем она приходила в секцию, до сих пор лежали на месте, стреляя по неподвижной мишени «из укрытия».

Во время тренировки к ней никто больше не приставал, только пару раз, когда она меняла мишень, возвращаясь с разбора предыдущей серии стренером, она чувствовала, как недобро и с усмешкой на нее смотрят те трое. Даша быстрее всех отстреляла свою серию и побежала чистить винтовку.

— Вот, теперь молодец, — подошел к ней тренер, когда все остальные отстрелялись и по одному входили в учебный класс чистить оружие. — Через две недели, если все так пойдет, будешь сдавать на разряд.

— Спасибо! — радостно воскликнула Даша, демонстрируя ему почищенную винтовку.

— Все хорошо, смазывай и собирай. Следующая тренировка будет в четверг, не забудь.

— В четверг? — Даша задумалась, придется прогулять химию. — Хорошо. Я приду!

— Ну, давай сегодня все отлично, так и держи дальше, — тренер пошел к молодым ребятам, еще судорожно разбиравшим оружие, боясь сделать что-то неправильно.

Сдав винтовку, она первая выбежала из тира. Дорога стала очень скользкая, и ей пришлось сбавить ход, поднимаясь вверх по пологому склону, у нее сильно скользили ботинки, и пару раз она чуть не упала. Мимо пронесся