Тропой необъявленной войны - Иван Иванович Савин

Позавтракав, мы отправились посмотреть на корову. Меня волновала не она а самочувствие Миха и я не сомневался, что найду его рядом с подарком Торреля.

И не ошибся, приемный сын сидел в выросшей за ночь беседке и задумчиво изучал аккуратный округлый загон, в который превратилось вчерашнее временное сооружение. Изгородью загону служила цепочка ровных кустиков, усыпанных самыми неожиданными плодами. От початков кукурузы, мелких рыжих тыкв и тугих кочанов капусты до пышно цветущих целебных трав.

Корова неспешно брела по кругу, хрупая все подряд и изредка подходила к колоде, куда неустанно текла тонкая струйка родничка. Лишняя вода переливалась через край и терялась в густой кудрявой травке, укрывавшей загон сплошным ковром. Той самой, какую так любил теперь старый садовник из Монтаеззи и в которой бесследно тонул любой мусор. Как и здесь тонули все коровьи «подарки».

– Мих, похоже, ты остался без работы, – пошутил я, заметив древней, подставляющих ведро под раздутое вымя.

– Они считают, – серьезно ответил парнишка, – что доить корову нужно каждые пять часов. Тогда молоко не успевает перегореть и его надаивается больше. Наша Зорька стала давать по пять ведер. Но деревенским это неудобно… у них летом другой работы много. А вот монахам надо подсказать. Они андь в лазареты отдают.

Молодец, сын. Снова показал себя с самой лучшей стороны, первым делом подумав, кому сможет помочь полученное им знание.

– Обязательно подскажем, – так же серьезно обещаю ему, – прямо сейчас пошлю вестника.

– Ты спрашивал, почему я ушел? – горько вздохнул севший рядом Фидди, наблюдая, как я торопливо пишу записку отцу Себастьяну, – потому что отец каждый раз сажал меня на декаду в хранилище проверять деньги, если узнавал, что я бесплатно даю клиентам полезные советы.

– А ты мог их давать? – осторожно справился я.

До этого момента мне и в голову не приходило, что Фидди может разбираться в каких-то банковских тонкостях.

– Он научил меня работать с абаком в двенадцать лет, а в тринадцать посадил за стойку банка. Не одного конечно, рядом с опытным чиновником. И у меня были четкие обязанности, которые непременно нужно было выполнить в срок. Банк держится на строгой дисциплине, говорит отец.

– Когда же ты учил задачи для кандидатов в ученики? – не понял я.

– Каждую свободную минутку и вечерами. Они были мне интереснее правил кредитования. Хотя отец и не запрещал. Он вообще считает, чем человек более образован, тем полезнее для банка. Легче раскусишь мошенника, который пытается взять большой кредит под пустое место.

– С твоим отцом такие шуточки не проходят, – буркнул тихонько подошедший Джан, бывший староста новичков, – мастер Грег, можно вопрос. Кто сегодня идет домой? И когда завтрак? А еще мастер Сардат велел нам помогать расставлять мебель, но сначала спросить, в какие комнаты?

– Сегодня уходит вторая часть старших учеников. Завтрак через пять минут, после него все вместе пойдем наверх. Иди, передай всем, мы вас догоним.

– Мне тоже идти? – тихо спросил Мих, воробышком устроившийся слева от меня.

– Сиди, – махнул на него Фидди, – я никаких секретов не открою. Вон слышал, что сказал Джан? Это все знают. Но все равно идут, потому что он даёт золото сразу. Но и дома забирает в тот же день, как закончился срок, если долг не закрыт. Никому не дает поблажек. Они рыдают, встают на колени… и я не выдерживаю, ухожу. А потом сижу декаду в подвалах, с другими казначеями. Нужно проверять поступившее золото и упаковывать в мешочки. Там я и ем и сплю… чтобы не терпеть процедуру обыска.

– Фидди… – Мих незаметно перебрался к своему спасителю и теперь тихонько гладил того по плечу, – и правильно делаешь, что не хочешь туда ходить. Завтра пойдем к морю, научишь меня плавать в волнах.

– А ты научишь меня все делать самому, – смущенно улыбнулся в ответ несостоявшийся банкир, – я ведь много раз видел, как это делают слуги… но даже подумать не мог, как все непросто на самом деле.

Глава двадцать пятая

Утром, с тоской наблюдая за снующими по дворцу гоблинами, я начал подозревать, что ремонт не закончится никогда. Так и будут ползти мимо окон трубы, ставни и связки досок, а потом кирпичи, изразцы и бесконечные ящики со всевозможной мелочью. Засовами, дверными ручками, замками и всем прочим, что, по мнению знатоков архитектуры, оказывается никак не может быть разномастным. Все должно иметь единый цвет, размер и узор.

И потому не поверил Сарду, когда вечером он пришел в мой кабинет и, устало рухнув в кресло, объявил:

– Всё.

– Ну?

– Что ну? – ехидно смотрели на меня черные глаза друга, – дом мы закончили. Осталось только собрать некоторые виражи полос препятствий, но это нам удобнее доделать дома, а потом древни принесут сюда. Они теперь все поверху таскают… вот сегодня Дорику весь завал из тоннеля перетаскали к морю.

– Зачем его надо было таскать так далеко? – Мигом почуял я подвох. – Сард, чья это была идея?

– Моя, – тотчас помрачнел он, – но я давно тебя знаю. Ты любишь жить в тишине и спокойствии. А тут куча учеников, учителей и еще наши дети.

– Ты хочешь сказать, что передумал и уже не против приводить сюда малышей? Но теперь ваши дети будут жить на пляже? – сообразил я и начал закипать, – а мы будем наблюдать из окна, как их треплет шторм? Или жарит солнце?

– Вот зачем сразу – шторм? – вдруг обиделся Сард, – ты же не купаешься в шторм? И им нечего тут делать в непогоду, духи обещали сразу уносить домой. Но когда хорошая погода, дети готовы весь день не вылезать из воды. А когда они живут в твоем дворце, то нужно ходить туда-сюда на обед… а им жаль тратить время. И выход нашел не я, а Дорик.

– Но просил тебя помолчать, – в комнату с подоконника спрыгнул мой напарник, перенес на руках Лин, – пока я все проверю.

.-Мне домой нужно, – вздохнул Сард, – а женщины спрашивают, нужно ли собирать вещи.

– Дор?

– Все очень просто, – сын уселся в кресло, втиснул рядом молчаливую Лин, – ночью духи заканчивали чистить сад, вернее, уже берег и возле гавани нашли старые склады. Очень добротные, из бревен, но с просевшей крышей. Они заросли травой и казались просто кучами песка. Вот я и подумал, если привести их