На дальних рубежах - Incognito

При этих словах даже ко всему привычному Джейсу поплохело, но Карнз слишком пристально смотрел на него, чтобы дать врагу повод для злорадства.

— Больной ублюдок, — одобрительно фыркнул Гловер, но отрицательно покачал головой. — Это мы всегда успеем. А пока не будем слишком уж уродовать такое совершенство. Чуть освобожусь, хочу заняться им сам.

— Именно совершенство и надо ломать, — Карнз посмотрел на своего бывшего раба так, словно только они были посвящены в некую тайну. — Нетронутое совершенство скучно до невозможности. А вот сломай его, и узнаешь, в чем истинная суть. Тогда из него можно сотворить нечто более интересное.

— Пока отложим, есть другие дела. Хочу, чтоб к вечеру он был хоть немного вменяем. Ты-то с ним уже давно наигрался, Эл. Не жадничай.

На этом сеанс закончился и Джейса снова вернули в камеру. Как куклу в ящик убрали. Понадобится — достанут снова, если наиграются и не сломают — опять уберут. Вот только куклой он больше быть не собирался. Успеет ли вовремя подмога, он не знал, но собирался продержаться как можно дольше. Ждать спасения и позволять этим мразям веселиться, пока кто-то не вышебет дверь, не хотелось. Дверь обязательно вышибут, но ведь будет лучше, если и он не будет сидеть сложа руки! Но лучше рассчитывать на худшее, чтоб все хорошее было приятным бонусом. Джейс не знал, что взбредет в голову целым двум садистам, не знал, когда прискачет кавалерия. Пока что он был один.

Он собирался драться, даже если был обречён, но для драки нужны силы. И нужен подходящий момент. Джейс затаился, притворяясь, что ему значительно хуже, чем было на самом деле. Когда принесли воду и миску баланды, он отставил посуду идеально чистой. Его оставили приходить в себя, не приковывая к месту, а просто в соединённых меж собой ножных и ручных кандалах, так что едва охранник ушёл, а с едой было покончено, Джейс принялся за осмотр своей камеры. Железные стены, железный пол. И множество соединявших листы металла заклепок. Не могли же все они идеально быть подогнаны? Джейс оценивающе осмотрел края пустой кружки и миски.

Кора

Сон под действием лекарств продлился восемь часов ровно. Едва регенерация закончилась, организм проснулся сам. После этого на душе было погано, но тело хотя бы было готово к новым нагрузкам. Иначе было нельзя, ей предстояло взять на себя ключевую роль в операции, а это требовало физической и моральной готовности. С потерей такого бойца как Джейс, на Кору ложилась дополнительная нагрузка, и она обязана была её выдержать.

Первым делом Кора быстро привела себя в порядок и отправилась в кабинет. На ее групповой вызов ответили все участники ее "ополчения". Кора пересказала им события минувшего дня, сухо объяснила, что маячок в ошейнике подтвердил местонахождение Джейса. Без лишних подробностей, но и не скрывая сути вещей описала, у кого именно в плену находится ее человек, и почему ждать еще четыре дня означало не оставить парню шансов.

— Я не имею права подвергать вас риску, поэтому я не стану настаивать на вашей помощи, — тяжело проговорила она. — Но бросить человека, который пожертвовал собой, чтобы спасти меня, было бы подлостью с моей стороны. Я иду за ним. Если среди вас есть те, кто не хочет идти со мной, я пойму.

Фермеры смотрели на нее молча, а потом Макмиллан, один из старших в их общине, буркнул:

— Чего зря говорить, парня надо вытаскивать.

— Тогда выдвигаемся прямо сейчас. План тот же. Увидимся на месте, — отчеканила она и добавила мягче. — Спасибо.

Больше ничего не требовалось. Кора едва не разрыдалась от облегчения и благодарности, настолько резко спало напряжение. Она зря сомневалась в этих смелых суровых людях! Кора нажала отбой и откинулась на спинку кресла. Вдох-выдох. Теперь поднимать своих. И надо было что-то делать с Томом.

Говорить ему правду она не собиралась. Кора не могла эффективно выполнять свою боевую задачу, если ей пришлось бы ещё и присматривать за эмоциональным и импульсивным незнакомцем. Подхватив свою сумку, она решительно вышла из своих комнат. То, что все сидели на кухне, примерно так же, как и вчера, её не удивило.

— Всем доброе утро, — коротко кивнула она. Её работники были напряжены, выжидая, что же скажет или сделает их босс.

— Что вы намерены делать в связи с пропажей моего брата? — незамедлительно перешёл к главному Том.

— Возьму моих людей и поеду за ним. Сейчас же, — коротко сказала Кора, и, к их чести, все её работники засобирались. Она даже не успела спросить о добровольцах, видимо, этого и не нужно было. Единодушие её людей невероятно тронуло Кору.

— Я еду с вами, — заявил Том.

— Нет, не едете, — твёрдо ответила Кора. — Вы останетесь здесь. С моей стороны вашему брату не грозит ничего. Но я не хочу брать с собой человека, которого я не знаю и за которым придётся присматривать, чтоб он сам себе не навредил.

— Зачем вам столько людей, если не для облавы?! — наседал Том. — Почему над домом защитный купол? Что вы скрываете?!

— Том, мне сейчас некогда вам все рассказывать. Более того, я не обязана это делать, — Кора быстрым неуловимым движением достала пистолет. — Предупреждаю, если вы продолжите бунтовать, я прострелю вам ногу. Сядьте, Том. Пожалуйста.

Том приподнял руки в успокаивающем жесте и сел на один из освободившихся стульев. Кора благодарно кивнула, убрала пистолет.

— En caso de que no regrese, — на стол бухнулся толстый конверт с документами. — Consuela, eso es solo por ti!*

— Ay, m'hija… — Конни схватила конверт, прижала его к груди так, словно кто-то мог попытаться его отнять сию секунду, и перекрестила Кору. — Vayo con Dios!**

— До скорого, — попрощалась Кора и вышла. Конни

Том сделал движение, будто хотел подняться, но Кора очень демонстративно потянулась к кобуре. Злобно сверля её глазами, Том сел на место. На улице ребята уже забрасывали упакованное снаряжение в машины и занимали места. Многим пришлось ехать в кузове, но никто не роптал.