Царство демонов - Дж. Р. Уайт

— Зачем это? — вздохнула я, пытаясь отползти подальше, но цепи впились в мои запястья.

Императрица взяла инструмент и оскалилась.

— Это твое наказание, дорогая.

Мои глаза расширились, и я снова дернула за цепи, пытаясь вырваться, пока Лилит подходила ко мне с сумасшедшим выражением на лице.

— Маршал, держи ее, пожалуйста, — огрызнулась она, не сводя с меня глаз.

Когда Маршал появился в поле моего зрения с сочувствующим выражением лица, у меня защемило сердце. Несмотря на мое бедственное положение, его сильные руки сжали мою чувствительную кожу, когда он прижал меня к кровати, где я пыталась вырваться.

— Остановись! Пожалуйста, ты не должна этого делать!

— Я знаю. — Ухмыльнулась Лилит, взяв мой подбородок свободной рукой. — Но я хочу этого. Пришло время тебе узнать свое место, принцесса.

Слишком слабая, чтобы вырваться, я вздрогнула, когда она задрала мой подбородок, обнажив горло. Я попыталась в последний раз вырваться, но это было бесполезно. Резкая боль пронзила мою шею, и я ахнула, когда огонь разгорелся, а затем погас. Что это было?

— Теперь ты можешь отпустить ее, — приказала Лилит Маршалу, глядя пристально на меня. Маршал отпустил меня и поклонился, но прежде чем он смог вернуться на свой пост, голос императрицы остановил его. — О, и ты и твои люди освобождены от службы до конца дня. Големы будут достаточной защитой, и я советую всем уйти, если не хотите остаться глухими.

Он нахмурился.

— Почему, ваше величество?

Она наконец-то отвела от меня взгляд, встретив растерянный взгляд Маршала со злобной ухмылкой.

— Потому что через мгновение она не сможет перестать кричать, пока ее голос не сорвется.

На лице Маршала появилось беспокойство, а я уставилась на мать, надеясь, что она просто преувеличивает. Что может быть хуже того, что она сделала со мной в подземельях? Легкая щекотка коснулась моего плеча, и моя рука дернулась, пытаясь достать ее, но цепь остановила меня. Я подсознательно посмотрела в сторону и вскрикнула: там сидел крошечный янтарный скорпион.

— Люцифер, сними его! — закричала я, но он не сдвинулся с места, подползая все ближе к моему лицу.

Через секунду Маршал был рядом со мной, смех императрицы звенел у меня в ушах.

— Не двигайся, принцесса. — Его глаза изучали меня, пока я продолжала брыкаться и кричать, а мерзкое существо добралось до моей шеи, его острое жало приближалось все ближе и ближе. — Что это…

— Скорпион на моей шее, сними его!

Рука Маршала провела по моей шее, но, вопреки всякой логике, она не дрогнула.

— Там ничего нет.

Смех Лилит усилился, и он повернулся к ней. Ее улыбка расширилась.

— Именно. Этот кошмар у нее в голове.

Все в моей голове? Черт возьми. Я чувствовала, как его маленькие мерзкие клешни впиваются в мою кожу.

— Маршал… — заикнулась я, забыв о скорпионе, когда он обернулся. Его левый глаз выпучился, и желчь наполнила мое горло. — М-маршал? — Его лицо исказилось в замешательстве, но его глаз продолжал расти и искривляться с ужасающей скоростью. — Марш… — его глаз взорвался, и на меня брызнули кусочки крови и запёкшейся крови. Я выдохнула сквозь рыдания, сотрясающие мое тело, ужас охватил мою душу, пока я пыталась осознать происходящее.

— Принцесса…

— Оставь, Маршал, — сказала императрица. — Такова цена за ее непослушание и неповиновение.

— Что ты со мной делаешь? — Плакала я, зажмурив глаза от ужаса. Это не помогло. Тысячи крошечных клешней пронзили мою кожу, вырывая крики из моего горла. Когда я открыла глаза, скорпион был уже не один. Сотни других появились вокруг моего тела и окружающих одеял, их жала впивались в мою бледную плоть, вытягивая кровь, которая струйками стекала по коже.

Я боролась за свободу, за дыхание, за способность мыслить здраво — боль и страх захлестнули мой мозг. Смех императрицы сопровождал мою боль, и я дернулась к ней, готовая молить о жизни. Ее там не было, по крайней мере, той женщины, которую я знала последние семнадцать лет, но посреди комнаты стояло воплощение извивающихся змей с красными светящимися глазами.

Комната вокруг меня закружилась, так как скорпионы продолжали мучить меня. В другом конце комнаты что-то сдвинулось. Боясь посмотреть, но и боясь не смотреть, мое сердце остановилось. Райкер стоял в углу, его золотые глаза были расплавленной лавой, на лбу торчала пара рогов. Его черные губы приподнялись в отвратительной ухмылке, демонстрируя ряды острых зубов. Он бросился вперед, размахивая массивным топором. Я дернулась в своих оковах, но не смогла сдвинуться с места, и он вонзил топор прямо мне в живот. Боль и кровь вырвались наружу, и пока он откидывал назад голову и смеялся, я кричала, кричала и кричала.

Я не знаю, как долго была в сознании, но каждый раз, когда приходила в себя, кто-то снова вводил иглу в мои вены, и пытка начиналась снова, ужасы моего сознания становились реальностью. Снова и снова, и это никогда не заканчивалось. Я умирала тысячу раз, не имея ни малейшего шанса умереть. Големы раздавили мое тело под своими ногами. Огонь пожирал меня, превращая кожу в пепел. Каин, змея императрицы, сжимался вокруг меня, прежде чем сожрать меня заживо.

К тому времени, когда появились пауки… огромные, черные, чешуйчатые существа… у меня уже ничего не осталось. Я больше не могла ни кричать, ни отстраняться, ни даже плакать. Я просто лежала и позволяла им ползать по мне, каждая крошечная лапка словно тысяча иголок пронзала мою кожу, когда они окутывали меня своей паутиной, и я умерла, в очередной раз.

Глава 29

Приготовление

Сумасшедший смех заполнил мои уши, мой желудок скрутило, прежде чем мой мир взорвался болью.

Я резко проснулась, тяжело дыша, когда попала в мир белого цвета, пытаясь освободиться от своих оков. Моя рука наткнулась на что-то мягкое, что протестующе взвизгнуло.

— Успокойтесь, ваше величество, я сейчас приведу вас в порядок.

Что? Это был голос не демона, а девушки. Реальность медленно возвращалась, я стряхнула с себя последние остатки кошмара, и простыня, в которую я была укрыта, отодвинулась в сторону. Я больше не была прикована к кровати, и никакие ужасы не появлялись перед моими глазами, когда я обнаружила, что лежу на полу.

Медленно села, и мои ноющие и слабые мышцы запротестовали, отчего я почти упала обратно, пока меня не поймали за руку. Я заскулила от мучительной боли, но не протестовала, пока они помогали мне принять сидячее положение. Мои покои наполнились суетой служанок и женщин в белых одеждах, которые носились по комнате так, словно