Разжигать - Мелани Харлоу

Она вздохнула.

— У тебя и правда есть такая склонность.

— Это было так унизительно, Элл. — Я опустилась на табурет и уронила голову на руки. — Я сказала ему, что люблю его.

— Конечно, сказала.

Я украдкой взглянула на неё. — Не издевайся надо мной. Я действительно думала, что в этот раз всё по-другому. Неужели я настолько глупа?

Вздохнув, Элли налила нам ещё по рюмке.

— Ты не глупа, Вин. Ты просто легко любишь людей. Это то, кто ты есть.

— Наверное. — Я уставилась на свою вторую рюмку. — Я чувствую себя так, словно нахожусь на том рисунке с лестницами, которые никуда не ведут. Мне кажется, что поднимаюсь наверх, но потом оборачиваюсь и оказываюсь внизу. Я не могу выбраться.

— Я знаю, детка. И мне жаль. В один прекрасный день ты влюбишься в парня, который тебя заслуживает.

— О Боже. — Я с тревогой посмотрела на неё. — Теперь я твоя должница, не так ли?

— Я тут подумала, возможно на этот раз, я дам тебе поблажку. — Она пожала плечами. — Учитывая, что я поощряла тебя переспать с этим парнем.

— Спасибо. Мне и без того плохо, чтобы добавлять к этому ещё и унижение.

— Но это всё, что ты получишь. Если ты встретишь мистера Совершенство в Род-Айленде к Рождеству, ты моя должница. — Она взяла свою рюмку и подняла её вверх.

Я чокнулась с ней своей. — Договорились.

Мы вместе выпили по второй и поставили рюмки.

— А теперь давай съедим немного тако и соберём тебя в путь для нового приключения, — сказала она с улыбкой. — Потому что, хотя я никогда не прощу тебе, что ты оставила меня разбираться с Джанни Лупо в одиночку, ты всё ещё мой человек, и я очень рада за тебя. Всё хорошее впереди, Вин, я это чувствую.

— Спасибо. — Я улыбнулась в ответ, благодарная за неё. — Может, у меня и отстойный вкус на парней, но вот выбор друзей — безупречен.

Элли осталась до полуночи, помогая мне собираться, смеша меня и делая всё возможное, чтобы отвлечь мои мысли о Дексе. Я очень любила её за это и крепко обняла, когда она уходила. Но когда я осталась одна в своей постели, всё, что я могла делать, это думать о нём по ту сторону стены и гадать, был ли он так же несчастен, как и я, или испытал облегчение, избавившись от меня.

Была ли я для него только забавным сексом на стороне? Мог он держать свои истинные чувства взаперти? Могла ли я ошибочно принять все его милые жесты, идеальные поцелуи и тёплые, оберегающие объятия за то, чем они не были? Было ли это ещё одним звеном в цепи увлечений, которые я раздула до предела?

Я не могла заставить себя поверить в это.

То, что я испытывала к Дексу, было настоящим. То, что было между нами — было настоящим.

То, что всегда будет заставлять меня гадать, так это чем мы могли бы стать.

Глава 23

ДЕКС

Я почти не спал в субботу, а в воскресенье не пошёл в церковь. Как бы мне ни хотелось видеть там девочек, я даже не чувствовал, что смогу посмотреть им в глаза после того, что я сделал. Меня тошнило всякий раз, когда я думал об этом.

Вместо этого я весь день прятался в своей квартире, как преступник — а именно так я себя и чувствовал.

Я совершил что-то непростительное. Я украл что-то ценное. Я испортил что-то прекрасное.

И солгал тому, кто заслуживал правды.

«Но она знала, — возражал упрямый голос в моей голове. — Она с самого начала знала, чем это должно быть. Не важно, что я чувствую на самом деле. Какая ей польза от того, что она услышит эти слова?»

Я любил её — конечно, любил. Но эта любовь не была стабильной и надёжной. Такая любовь не была прочный фундаментом. Она казалась сильной, но это была иллюзия. Что любовь делала, так это истощала твои силы и отнимала способность принимать правильные решения.

И ты не можешь противоречить себе. Если я чему-то и научился, будучи снайпером ВМС так это тому, что я должен был доверять себе и принимать решения за доли секунды при самых стрессовых обстоятельствах, которые только можно себе представить — не было времени на сомнения или неуверенность. Это был вопрос выживания.

Я спас нас обоих.

У нас с ней ничего не вышло бы, даже если бы она осталась здесь. Она была слишком молода. У неё всё было впереди: замужество, дети и её грёбаный третий десяток. Я был так далеко от того этапа жизни, когда всё кажется возможным, и все твои мечты ещё живы. И у меня уже были свои дети. На чём мне нужно было сосредоточиться, так это на их воспитании.

Она была прекрасным отвлечением, но теперь всё закончилось.

Меня убивала мысль о том, что она страдает, прямо по ту сторону стены, но я оставался сильным.

Когда-то она меня поблагодарит.

* * *

В понедельник после обеда я пошёл в спортзал на несколько тренировочных занятий, во время которых рявкал на ребят больше, чем нужно, и заставил их работать в пять раз усерднее. Обычно они благодарили меня после тренировки, или задерживались и немного общались со мной, но сегодня все до единого сбежали, как только мы закончили.

Не то чтобы я их винил.

По дороге домой я думал заехать к Джастину и Бри, но я не разговаривал с ними с субботнего вечера и не испытывал желания снова переживать расставание. Оно всё ещё было свежо в памяти.

Я знал, что должен извиниться перед сестрой за то, что накричал на неё, и я бы извинился, но я ещё не был готов. Если бы она начала набрасываться на меня со всем этим дерьмом о том, что я боюсь кого-то любить, я бы снова сорвался.

Вернувшись домой, я принял душ и приготовил себе ужин, но аппетита не было. Растянувшись на диване, я попытался уговорить Фредди Муркьюри посидеть со мной, пока я смотрел телевизор, но он отказался.

— Что я тебе сделал? — сказал я, когда он показал мне свою задницу и поднял хвост вверх, прежде чем уйти.

Я посмотрел на свой сотовый на журнальном столике, в миллионный раз испытывая искушение позвонить Винни и спросить, как она себя чувствует.