Лишняя в его доме - Кристина Майер

— Он ненавидел его, считал виновным в позоре семьи, — страшно открывать правду. Руки трясутся, прячу их на коленях в складках юбки из плотной ткани.

— А ваш дядя?

— Испытывал схожие чувства, но редко об этом говорил, — у меня сохранилось лишь одно такое воспоминание. Дословно не помню, мне тогда не было и десяти лет. Дядя хотел отдать меня в детский дом, потому что я живое напоминание о позоре, который навлекла на себя моя мама, связавшись с водителем, который к тому же другой веры и национальности.

— На сегодня все. Мы проверим полученную информацию, если у нас появятся вопросы, мы вас вызовем, — подписывает мне пропуск. Беру трясущимися руками. Не представляю, во что выльются мои откровения.

Гасанов ждет в коридоре, хотя я говорила, что ждать меня не надо, я вернусь домой с Георгием. Мы спускаемся на первый этаж, проходим через турникет. Со стороны и не скажешь, что мы муж и жена. Идем на расстоянии метра друг от друга, не смотрим в сторону друг друга, не разговариваем, хотя мне бы хотелось узнать подробности двух этих уголовных дел.

— В особняк, — командует Гасанов, когда мы садимся в машину.

«В особняк? Мне не послышалось?»

— Я хотела бы вернуться домой, — убирая в сумку кожаные перчатки, расстегиваю пуговицы, в машине работает печка, мне уже жарко.

— Тебя ждет бабушка, — холодно сообщает Эльдар. — Ей два месяца назад сделали операцию на колене, она пока не выходит из дома.

Получаю в сердце укол вины, я не знала, что бабушке делали операцию.

— Я не знала, что у нее проблемы с суставами, — проговариваю вслух.

— Она неудачно упала, — сухо информирует. Мне совсем не хочется видеть Малику и Арама, но беспокойство о бабушке сильнее гордости и неприязни к свекрам.

Здесь тоже охрана…

Въезжаем в ворота. Встречать на крыльцо выходит Магомед. Его я рада видеть, даже не пытаюсь скрыть улыбку, тем более она взаимная.

— С возвращением, красавица, — подмигивает деверь. — А твой муж что такой злой? — интересуется у меня, хотя Эльдар стоит рядом. Пожимаю плечами, у меня нет настроения обсуждать Эльдара. — Заходи в дом, а то замерзнешь, — распахивает входную дверь, запуская в дом морозный воздух. — Бабушка в гостиной, — сообщает Магомед до того, как я спрашиваю.

Братья немного отстают, а я, скинув верхнюю одежду, уверенной походкой следую в знакомом направлении. В гостиной бабушка не одна, она сидит на диване, охраняет сон правнучки, которая уснула рядом с ней…

Глава 56

Диана

Радуясь встрече с бабушкой Атаной, крепко ее обнимаю, целую старческие морщинистые щеки, но при этом украдкой наблюдаю за Гасановым. Он пытается сдерживать улыбку, но у него плохо получается.

— Моя девочка вернулась… — плача, произносит бабушка Атана, поглаживая мягкими теплыми ладонями мое лицо. — Красавица…

Магомед не скрывает свою улыбку. Глядя на него, я чувствую тепло. В этой семье не все меня приняли, но те, кто принял, стали поистине мне дороги.

Эльдар, тихонько двигаясь, подходит к дивану, опускается пред спящей дочерью на колени. Я не могу рассмотреть черты ее лица, чтобы понять, на кого она похожа. Малышка во сне сосет большой палец. Волосы у нее темные, но не такие иссиня-черные, как у отца. Эльдар убирает витой локон с личика, целует почти невесомо в лоб. Смотрит на нее с огромной любовью, нежностью, восторгом. Трогательная картина задевает потайные уголки моей души. Я никогда не чувствовала и уже не почувствую родительскую любовь. Уже вроде взрослая, через многое прошла и выстояла, а так хочется, чтобы обняла мама…

Аяна рано потеряла маму, но у нее есть папа, который будет любить, заботиться, защищать. Никто не догадается, что мои слезы связаны не только с радостью. В доме новая прислуга. Нам приносят чай, закуски на тарелочке и вазочки со сладостями. Не сговариваясь, мы общаемся шепотом, чтобы не потревожить сон Аяны. За окном давно стемнело. Я удивляюсь, почему малышку не будят, ведь ночью она не будет спать. Кто я такая, чтобы задавать вопросы или что-то советовать?

Мага, задержавшись на несколько минут, засобирался на встречу, на которую уже опаздывал.

— Заеду на днях в гости, ты же не против? — спросил деверь, прежде чем уйти.

— Буду рада.

Гасанов сидит рядом с дочерью, охраняет ее сон.

Я пересказываю бабушке Атане разговор со следователем. При упоминании Карима уголки ее губ опускаются, она неодобрительно покачивает головой. Он ведь не только моего отца убил, но и ее старшего сына.

Я не спрашиваю о свекрах, но постоянно поглядываю в сторону входа, жду появления Малики. Вряд ли она игнорирует мое присутствие, скорее всего, ее нет дома. Свекровь бы не упустила возможности сунуть в мои дела свой царский нос и показать, что недовольна моим присутствием в ее доме.

Мне хорошо и спокойно рядом с бабушкой Атаной. С удовольствием бы забрала ее к себе, присутствие бабушки разбавляло бы напряженную обстановку, которую создал Гасанов своим переездом. Я не знаю, что нужно сделать и сказать, чтобы он съехал.

— Пей чай, а то остынет сейчас, — шепчет бабушка Атана, двигая ко мне чашку.

Хочу попросить ее погостить у меня, но так и не решаюсь. Не думаю, что бабушка Атана согласится переехать теперь, когда она может проводить время с единственной правнучкой. Посматривая на малышку, она просто светится изнутри. Правильно говорят, что малыши — лучшее лекарство для стариков.

— Добрый вечер, — я всё-таки пропустила появление свекрови. Обычно она стучит каблуками, сообщая о своем приближении, а тут, видимо, шла босиком и на цыпочках. Так и есть.

— Здравствуйте, — поднявшись со стула, сухо здороваюсь с появившейся в гостиной свекровью.

— С возвращением, — пусть неискренне, но она мне улыбнулась. Строго обвела всех взглядом, предупреждая не шуметь. — Не просыпалась? — обращается к бабушке Атане.

— Нет, — мотает головой старушка.

— Я купила гель, что прописал врач, — отчитываясь перед сыном, кладет коробку на стол. Мне показалось, она ревностно смотрит на Эльдара, который продолжает сидеть рядом с малышкой, не подпуская к ней никого. — Не думаю, что он поможет, но я уже не знаю, что делать, чтобы она не мучилась, — произносит Малика. Несмотря на отстраненность, я чувствую беспокойство за ребенка, пока свекровь не добавляет: — Скорее бы ее зубки прорезались.

Теперь становится понятно, почему малышка спит в это время суток. У кого-то была бессонная тяжелая ночь… А папа в это время ночевал в другом доме…

— Спит? — в гостиной появляется свекор. Малика начинает шикать на мужа, который забыл, что нужно говорить шепотом. Заметив меня, он