Лишняя в его доме - Кристина Майер

— Здравствуйте, — отвечаю едва слышно. Обстановка с появлением свекров изменилась, стала слишком семейной, а я в этой семье чужая. Хочется как можно скорее покинуть этот дом. В этот момент просыпается малышка, начинает тут же плакать. Эльдар подхватывает ее на руки, начинает успокаивать, целовать. Трогательная милая картина, но мне пора…

Будет очень некрасиво, если я уйду по-английски?

— Я поеду уже, — сообщаю бабушке Атане, подхватывая со стула сумку. Сжимаю ее пальцы, быстро наклоняюсь, целую ее в щеку. Все внимание отдано малышке, думаю, они не обидятся, что я ушла.

— Дианочка, куда ты? — растерянно и расстроенно спрашивает бабушка Атана, привлекая к нам внимание.

— Мне уже пора ехать, — сообщаю обернувшимся родственникам. — Я и так задержалась, злоупотребила вашим гостеприимством. Аяна болеет, ей нужны ваша забота и внимание, — строчу словно из пулемета. Я не хочу становиться частью этой семьи, прикипать душой к малышке, желать ее обнять и утешить.

Мне дороги бабушка Атана, Магомед, но даже ради них я не стану соглашаться на условия Эльдара. Не представляю, как можно жить с мужчиной, у которого помимо тебя есть еще «любимые» женщины. Закрывать на все глаза? Терпеть? Ложиться с ним в постель, словно ничего не было? Рожать от него детей?

Под осуждающим взглядом Гасанова мне становится душно, но меня поддерживает свекровь.

— Да, конечно, уже поздно, а тебе еще за город ехать, — неважно, с какой целью она меня спроваживает, главное, что спроваживает. Малышка начинает рыдать в голос, Малика хочет забрать Аяну, но Гасанов не отдает дочь.

— Ты можешь остаться здесь, твоя спальня никем не занята, — сверлит меня тяжелым взглядом Эльдар.

— Спасибо, но я поеду, — не смотрю в его сторону, но боковым зрением замечаю, что он передает малышку матери. — Я еще приеду, — сообщаю бабушке Атане. Мне хочется ее подбодрить, стереть с лица расстроенное выражение.

— Я провожу, — холодным, не терпящим возражений голосом.

Надевая пальто и шапку, мысленно готовлюсь к выговору. Я чувствую, что Гасанов кипит.

— Она всего лишь ребенок, — выговаривает, как только мы выходим за дверь. — Ты имела право недолюбливать Алину, но Аяна ни в чем не виновата перед тобой, — едва сдерживая злость.

— Мой уход никак не связан с твоей дочерью, — спокойно заявляю, глядя Эльдару в глаза. Подхватываю сумку, которая сползает с плеча. — Я лишняя в этом доме, поэтому и хочу уйти, — во взгляде Эльдара что-то меняется. — Ты нужен своей дочери, иди и займись ребенком, — разворачиваюсь, медленно спускаюсь к машине. Гасанов больше не останавливает меня.

Заметив мое настроение, Георгий всю дорогу молчит. Я долго думала и анализировала свою реакцию. Пришлось себе признаться: лишенная родительской любви, я очень хотела настоящую семью, где у меня будут дети и заботливый любящий муж…

Ложась спать, я с грустью думала о том, что моим мечтам не скоро суждено осуществиться…

— В моей жизни ты никогда не будешь лишней, — будит меня холодное прикосновение губ…

Глава 57

Диана

Утро, но я чувствую себя разбитой. Не хочется вставать с постели, спускаться вниз. Не выспалась. Ночной визит Эльдара и сказанные в тишине слова разбередили сердце. С трудом, но я не подала виду, что проснулась и все слышала, хотя хотелось кричать! Кричать от боли и обиды. Кричать, что я не верю ни одному его слову.

Не буду лишней?

Я была лишней три года! Меня пинали, словно футбольный мяч. Его родители до сих пор меня не приняли. В его жизни есть другая женщина, возможно, не одна, но мне теперь отвели главную роль. Я должна быть счастлива? Неприятные мысли заняли добрую часть ночи, были моменты, когда я вспоминала то хорошее, что сделал для меня Гасанов, но потом во мне просыпалась обиженная недооцененная девочка, которую обманули, и я начинала злиться. Как при таких вводных можно было уснуть?

Приходится напомнить себе, что скоро сессия, нужно готовиться, пора засесть за учебники. Наверстать пропущенные за последние дни лекции. Я еще не приняла окончательного решения, что буду делать после каникул. Если Эльдар не отпустит меня в Екатеринбург, придется вернуться в родной университет. Отказываться от образования я не стану. Мне неудобно лишь перед подругами, не хочется объясняться и оправдываться, я не верю, что они с пониманием отнеслись к этой истории, но прятаться не стану.

Последние годы не могу назвать тяжелыми, но я многому научилась. Меня закалили происходящие события. Свою жизнь я могу сравнить с бушующим океаном, в который меня бросили, ожидая, что я утону. Как бы я ни относилась к Гасанову, но он всегда был рядом, протягивал руку помощи и направлял. Он не стал меня спасать и прятать, он научил меня плавать.

На часах почти девять. В доме никого. Удивительно. Где Светлана? Не помню, чтобы она отпрашивалась у меня. Или теперь у нее новый хозяин?.. Ревностное неприятное чувство ковыряет нутро.

В гостиной на столе букет свежих цветов и коробка шоколада, сверху лежит записка.

«Светлана вчера поскользнулась, вывихнула лодыжку, несколько дней придется обходиться без нее. Вечером приглашаю поужинать в ресторане», — выведено красивым уверенным почерком.

Я сама приготовлю себе ужин, а ты можешь ужинать со своей любовницей!

В холодильнике полно еды, не выходя из дома, я могу продержаться тут неделю. На завтрак я жарю два яйца, грею отварную грудинку, нарезаю листья салата, помидор, добавляю кусочек сыра.

Принеся учебники в гостиную, сажусь заниматься. Цветы убираю со стола, шоколад отправляю на кухню. На сладкое меня сегодня не тянет. Не могу никак настроиться. Отвлекаю себя звонком Антонине и бабушке. Они переживают, а я ужасно скучаю.

— Как Эльдар себя ведет, ни к чему не принуждает? — спрашивает обеспокоенная бабушка.

— Нет. Нет, конечно, — мотаю головой. Для убедительности даже улыбаюсь. — Все нормально, бабуль.

— Ты звони, все рассказывай, если что, я сразу прилечу, — приятно, когда за тебя переживают.

— И я прилечу, — вмешивается Тоня.

— А тебе учиться надо, — обрывает ее бабушка. — Она мне и так все уши прожужжала, уговаривает отпустить ее на каникулы к тебе, — неодобрительно произносит, а у меня сердце от радости трепещет.

— Было бы замечательно, если бы вы вместе прилетели, — не могу настаивать, но очень хочу, чтобы они были рядом. — Я бы вас встретила, мы бы вместе отметили Новый год… — мечтательно.

— Посмотрим, внучка. Может, и прилетим, — такое ощущение, что бабушка ждала моего приглашения, просто не могла попросить прямо.

Антонина визжит и прыгает от радости на заднем плане. Обещает все две недели провести у меня. Мы прощаемся, с моих губ долго не сходит улыбка.