Wild Cranberry - Юлия Герина

— Ну что ж, раз так, то поезжай. Но в следующий раз ты так легко не отделаешься, учти!

— Само собой.

Следующие полчаса я наслаждался обществом Кэт, теплом ее плеча и бедра, которыми мы соприкасались друг с другом, периодически перехватывая на себе ее ядовитый взгляд. А ещё печеньем Светланы Владимировны и веселой болтовней Михаила Федоровича о детстве Кислинки.

При прощании с Кэт около ворот потянулся за дружеским поцелуем, а получил удар носком туфли по лодыжке.

— Не наглей!

— Злюка. — Отошёл на безопасное расстояние. — Тогда пока! Счастливых снов тебе с моим участием!

— А тебе продуктивных. Возможно, приснится новая мотивация!

Запрыгнув в машину, завел двигатель.

— Чур меня! Лучше ты голенькая! — Ударил по газам и уже не услышал возмущенных слов Кэт мне вдогонку.

24

В понедельник я стоял около окна в ожидании красной точки, а стоило ей появиться, вжался лбом в стекло, с жадностью всматриваясь и пытаясь разглядеть хоть что-то с такой высоты.

Она скрылась под козырьком, а я бросил взгляд на часы. Ну что ж, время без пятнадцати девять, Кэт была на месте, и я мог спокойно приступать к работе.

Около десяти зашёл Градов и сообщил, что объявился Зверев. Плохо. Это значит, нашим встречам с Кислинкой тет-а-тет пришел конец.

— Собери совещание в три, послушаем его планы и введем в курс дела.

— О'кей.

Не успела закрыться дверь за Градовым, как заглянул Смолин.

— Салют женихам!

— Салют женатикам!

— Так ты что, серьезно решил жениться? — Олег плюхнулся на диван. — Или вы с Соболь комедию разыгрывали?

— Возможно, и женюсь. — Под удивлённым взглядом Олега откинулся на спинку кресла. — Мать невест наприглашала, вот и пришлось отбиваться. Между прочим, мне эту идею отец подкинул.

— Лихо вы все провернули, ничего не скажешь. И кстати, вы с Соболь очень правдоподобно смотрелись в этой роли.

— Да? Хорошо смотрелись? — Для меня вдруг это стало очень важным.

— Отлично. Лучше скажи, почему она? Ты же вроде ее терпеть не мог и хотел уволить. Спор опять же…

— Тут как раз наша взаимная антипатия сыграла мне на руку. С Кэт я уверен, что все это останется лишь игрой на публику.

— Так, ну а спор?

Этого вопроса я ждал, но озвучивать свои резко изменившиеся планы в отношении Кислинки Смолину не хотелось, тем более сам толком пока ещё ничего не понимал.

— Предлагаю ничью, так как не вижу в нем на данном этапе никакого смысла. Соболь мне сейчас нужна для прикрытия, а от отцовства мне по-любому не отвертеться. Вы же все равно меня доканывать будете, пока я не соглашусь. Да и прикипел я к Еве, пока помогал ей родиться. Кто ж я теперь, если не крестный отец?

— Почему у меня ощущение, что ты мне сейчас мозги пудришь, а?

— Так ты согласен забить на спор?

— Да без проблем, главное мое условие будет выполнено.

— Вот и отлично. Ты слышал, Зверев вышел с больничного? Сегодня собираемся в три.

— Хорошо, забегу. Соболь тоже пригласите, познакомим и задачи проговорим.

Олег поднялся с дивана и собрался уходить, когда вдруг резко тормознул у моего стола.

— Да, и ещё один вопрос. Раз уж ты согласился стать крёстным отцом моей дочери. Ведь согласился?

— Ну да! Сказал же уже! Не тяни кота сам знаешь за что. Что надо?

— Хочу попросить тебя завтра посидеть пару часиков с Евой у нас дома.

— Посидеть? С Евой? Смолин, ты охренел? Хочешь доверить мне своего младенца? Ку-ку?

— У меня нет другого выхода. Няня с температурой, а нам необходимо посмотреть парочку домов. Помнишь, Вера в субботу рассказывала? С риелтором уже договорилась, так ещё один из владельцев в среду улетает, и другой возможности встретиться с ним не будет. Это буквально на три-четыре часа. Она проспит большую часть этого времени.

— Ты только что говорил про два! Смолин, где я и где дети?

— Привыкай. Раз уже невест в дом водить начал, скоро и до детей дело дойдет. Тебе Вера все расскажет. Ну сам посуди, не своей же матери мне ее доверить? Страшно подумать, что будет с ребенком! Она ей Камасутру вместо детских книжек показывать начнет. А Верина мать в Мюнхене. Выручай!

— Твою мать! Смолин! — Я завис в попытке найти вескую причину для отказа, но как назло в голову ничего не лезло. — Ладно. Но только с одним условием. Найдите няню на час или кто там ещё бывает, а я присмотрю за обеими.

— Какая няня на час? Я же говорю ребенок будет спать!

— Учти, если она проснется, ты со мной не расплатишься!

После ухода Смолина сидел, потерявшись в пространстве и времени. Как они могли такое придумать? Оставить меня одного с младенцем! Они с Верой просто чокнутые!

После двадцати минут полной прострации пришёл к выводу, что женская поддержка мне все же не помешает.

Но кого позвать? Любая из моих старых любовниц возню с чужим младенцем воспримет как прямой намек. Мать? Нет! Это вообще не вариант. Увидев Еву, она с меня живьём не слезет. Кто же тогда? Единственная знакомая мне женщина, у которой был опыт общения с детьми, — это Кэт. И она точно не горит желанием вить со мной гнездо и рожать мне детей. Кислинка — вот, кто снова мне нужен. Ты гений, Ветров! Теперь осталось только придумать, как ее заставить сотрудничать со мной и смолинским младенцем.

В три часа дня вошёл в переговорную. Все уже были на месте. Ждали только меня. Выхватил взглядом Кэт, которая чуть в стороне от остальных копалась в телефоне.

— Всем привет. — Пройдя мимо Смолина, Зверева и пары его сотрудников, уселся напротив Кислинки.

Наши взгляды встретились, и я подмигнул Кэт. Она же недовольно поджала губы.

— Как ваше здоровье Эдуард Васильевич? — обратился к