(Не) Желанная герцогиня - Настя Любимка

Конечно, сомневаться в том, кто устроил все это, не приходилось. Точнее, в том, кто оказался исполнителем. Потому что откуда у простого капитана одного из отрядов королевской стражи такие мощные артефакты? А призыв грызунов и управление ими — это не заклинание, как я подумала, увидев мужчину в своем шатре, а действие артефактов, активированных заранее импульсом магии. Их нужно было вытащить в определенный момент и окропить кровью. Опять же различные травы и порошки, которые обнаружились в личной сумке Арлиса…

Вопросов было много, ответов вот только не нашлось. Однозначно было ясно лишь одно: ни мой сын, ни я не нужны в живых. Атака была направлена именно на нас с ним. Остальные шли довеском.

Вот еще почему так гнал Фолк, вот почему огибал населенные пункты и стремился увезти подальше от людей. Сделай мы привал дальше в лесу — и на его призыв вышли бы крупные звери. А там… Никто бы не дознался правды.

Все выглядело бы так, что мы сбились с пути, а потом нас задрали дикие звери.

Согласно карте Арлиса Фолка, которую нашли в его вещах, мы ни в коем случае не должны были попасть в крупные города, да и в герцогство Моррисон тоже. Капитан королевской стражи вел нас окольными дорогами, отмечая на карте путь, максимально удаленный от густонаселенных пунктов.

Уже ясно, для чего.

Когда все это вскрылось, мы повернули назад и спустя несколько дней оказались в Придорожье. Это самый крупный населенный пункт, примечательный тем, что находится на пересечении всех дорог. Он стоит на пути буквально всех странников, желающих попасть в столицу, в северные, западные или восточные земли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сегодня шли третьи стуки, как мы находились здесь. Отдыхали, лечили людей, благо в этом городе было аж три лекаря. И пытались понять, кому перешли дорогу. Точнее, кому помешали я и мой сын.

Сначала, конечно, на ум пришла Сарвенда. Казалось бы, кому, как не ей, мы мешаем. Но…

Во-первых, не стань сейчас нас с Илюшей — и ей сделают принудительную чистку чрева. Родить никто не позволит, потому что не будет первенца от законной жены (такие уж правила в местном гадюшнике), так что живой Илиас ей сейчас позарез необходим. Хотя бы до момента родов.

Второе — откуда у дочки мелкого купца такие дорогие штучки? Нет, она, несомненно, отлично наварилась на любви герцога, однако просто денег было мало. Необходимы знания и магия! И если первое она еще могла где-то отхватить, то вторым была обделена. Дара, даже латентного у нее не было (подтверждено Тирханом).

Учитывая все это и спектр воздействия, оказанного на Арлиса, я пришла к выводу, что помешали мы королевской семье (у принцессы точно был ментальный дар). Вот только мотива понять не могла. И наотрез отказалась писать письмо королю о нападении. На этом настаивал Тирхан, как и на том, что мы не должны продолжать путешествие, а должны дождаться ответа от Его величества, в котором тот укажет, как нам быть дальше.

— Анастейзи, да поймите же, что мы не можем самостоятельно принимать решения! — в который раз заявил Тирхан и взволнованно всплеснул руками. Ну никак у него не получалось переубедить меня. — Мы обязаны поставить Его величество в известность.

— С чего бы? Это его капитан устроил покушение, и мы лишь чудом выжили! Мало того, мы сбились с пути, и нам теперь до места добираться не меньше трех вехиманов. Снова!

А это, простите, потеря времени! Огромная потеря, потому что по моим подсчетам мы доберемся к землям Моррисон только в середине лета!

Да какое там! У нас вообще останется только один месяц лета! А как насчет посадок, которые я запланировала? Опять же сено для лошадей, которое еще скосить и просушить надо! Нет, я помню, что земли у меня не особо плодородные, но хоть какая-то трава там растет?

Опять-таки кто его знает, в каком состоянии там деревни. Может, отстраивать многое придется? Помимо того, чего бы мне хотелось? Тот же деревенский туалет бы не помешал, да и баня лишней не станет! А строить на мерзлой земле — такое себе удовольствие!

— Я понимаю Ваши сомнения, но Вы обязаны — как верноподданная! Его величество выделит дознавателей и новую стражу!

— А еще я обязана сохранить жизнь своим людям! Ментальный дар — прерогатива королевской семьи! Я еще не сошла с ума, чтобы сидеть и тихо ждать, когда меня снова прибить попытаются!

— Да с чего Вы это взяли?

— Что именно? Почему снова прибить захотят? Да тут все просто! Это покушение не удалось — устроят новое, раз я так сильно всем помешала!

— Я говорю о даре. С чего Вы взяли, что ментальный дар — прерогатива королевской семьи?

— А разве нет? Ее высочество пользовалась своим даром при мне. Я умею видеть и думать, Тирхан.

Сразу после покушения я настояла, чтобы наедине мы обращались друг к другу по именам. Право слово, столько успели вместе пережить — и соблюдать придворный этикет? На это просто не было времени!

— И я уверена в том, что королевская семья обладает активным ментальным даром. Мало того — если не у самого короля, то у принцессы было время, чтобы не только дать подходящие установки Арлису, но и снабдить его всем необходимым.

Нет, понятно, что плохо думать о той, что стала крестной матерью Илюше, не хотелось. Все ж таки ее Священная Пара одобрила, но… Чем черт не шутит?

Казалось бы, кандидатура принцессы сразу просится на ум и при этом выглядит подозрительно. Но сразу начинаешь искать оправдания ей и убеждать себя, что такого не может быть. Потому что непонятно, для чего ей это. Такие вот взаимоисключающие выводы…

С одной стороны, ее близость ко всем действующим лицам этой странной пьесы. С другой — ее положение, которое столь высоко, что я и мой сын, в общем-то, ей совершено не помеха.

Опять же их желание получить от меня и герцога еще потомство…

То есть, если призадуматься, то аргументов «против» будет больше, однако других кандидатов на роль убийцы с ментальным даром просто нет. Ведь для установки связи необходим контакт!

Опять-таки одобрение Священной Пары… Но значит ли оно хоть что-нибудь?

Боги этого мира не шибко-то вмешиваются в дела своих подопечных. Во всяком случае, повсеместно этого не происходит. Скорее, точечно, как в случае со мной. Стейзи умерла, но она еще была нужна миру,