Лето длиною в жизнь - Натали Морган

Кэт, я надеюсь, что за этот час ты, наконец, сыграешь как следует. Я не так много прошу, правда?! Что случилось? — он провел по ее руке от плеча до кисти и обратно. Такой вроде ничего не значащий дружеский, поддерживающий жест, но меня пронзила яростная стрела, попала в сердце и стала там медленно тлеть, обжигая и плавя его ткани. Николь накрыла своей ладонью мою сжавшуюся непроизвольно в кулак руку. Я перевела на нее взгляд. Она покачала головой, как бы говоря, что не надо так реагировать, оно того не стоит.

— Я постараюсь, Джеймс. — негромко ответила Кэт, посмотрев прямо ему в глаза. Там не было вызова, а только какая-то глухая печаль.

— Малышка, не расстраивайся, все будет отлично! — к ней подскочил Кевин, обнимая за плечи. — Ты просто звезда наших съемок! Особенно, когда лежишь мокрая перед объективом моей камеры!

— Кевин, — резко произнесла Кэт, сбрасывая его руку со своего плеча. Она обвела нас всех вспыхнувшим яростью взглядом, развернулась и быстрым шагом пошла прочь с площадки.

— Умеешь ты, Кев, настроить на нужный лад! — хмыкнул Пол.

— Ничего ты не понимаешь, — воскликнул Кевин, — я пощипал ее нервишки, зато теперь она вновь вспыхнула! А то была как потухший фитиль! Зато теперь пылает. — хохотнул он. — Хотел бы я увидеть, какая она настоящая в гневе и как бы хотел почувствовать этот гнев на себе! Ух, я бы ее успокоил!

— Извращенец! — фыркнула Николь.

— Да, я такой, детка! — подмигнул ей Кевин и улыбнулся.

После ужина съемки продолжились и, к счастью, Кэт не подвела ожидания Джеймса. Она отлично сыграла эмоции и внутреннюю борьбу чувств, показав их глазами, выражением лица.

— Стоп! Снято! — голос Джеймса из рации прозвучал удовлетворенно.

— Как же я устала! — протянула Николь, потягиваясь. — Не думала, что это так напряженно.

— Кто будет пиво? — Джеймс высунул голову из окна трейлера, держа в руках две бутылки пива, он стукнул ими друг о дружку и они издали призывный звук, который не мог не вызвать желания сразу же откупорить крышку и припасть к горлышку, глотая холодный горьковатый напиток.

Парни наперегонки кинулись к его трейлеру и уже через минуту притащили почти целый ящик с пивом под тент.

— У тебя там скрытый пивоваренный завод? — удивленно спросила я.

— Практически. — кивнул он мне, лукаво улыбаясь, склонив голову на бок. — Не хочешь посмотреть? — он смотрел мне прямо в глаза, не мигая, затопляя своей синевой.

— Вот как пиво закончится, то сразу пойду на разведку. — согласилась я.

— Так, парни, поднапряглись! — весело откликнулся Джеймс на мои слова, и мы все засмеялись.

— Кэт, крошка, а ты не присоединишься к нашему автопати? — Кевин возник рядом с ней, но уже не пытаясь дотронуться.

— Не люблю пиво! — ответила она. — Пожалуй, я пойду, вам и без меня весело.

— Кэт, останься! — вдруг вырвалось у меня. — Чего ты будешь одна слоняться по отелю или сидеть у себя в номере? Мы ж вроде как дружим.

— Вроде как, — повторила она за мной последние слова и взглянула на Джеймса. — Спасибо, Эмили, но я, правда, устала.

— Кэт, завтра за завтраком обсудим, что снимаем. — сказал ей Джеймс.

— Хорошо. — кивнула она и пошла торопливо вдоль берега, подальше от нашей шумной компании.

— Я же говорил вам, — Люк посмотрел ей вслед, — абсолютная ледышка!

— К ней просто нужен правильный подход, старина! — хлопнул его по плечу Кевин. — Я бы с ней спелся, но у нее совсем другие вкусы. — он подмигнул Джеймсу и отпил пиво. — Ладно, малыши, я побегу, у меня сегодня встреча назначена.

— Ты когда-нибудь отдыхаешь? — спросила у него Николь.

— Вот как раз и отправляюсь туда, где меня расслабят. — лучезарно улыбнулся он ей, посылая воздушный поцелуй, на который Николь лишь покачала головой, закатив глаза.

Мы просидела с парнями до глубокой ночи, до того момента, пока Джеймс не сказал, что ему нужно снимать натуру.

Мы с Николь попрощались и отправились к себе в номер. Только выйдя из душа, я поняла насколько устала, поэтому без сил рухнула на кровать и мгновенно заснула. День выдался очень насыщенным!

Глава 56

Николь лежала в кровати и пялилась в потолок. Было раннее утро, она отчего-то проснулась и больше не смогла уснуть. Через шторы пробивались первые солнечные лучи, еще не такие яркие и слепящие как днем. Она рассеяно бродила глазами по потолку, мысли текли сами собой в голове, но ни одна не задерживалась и не вызывала интереса. Четыре дня съемок пролетели как один день. Ей нравилась вся эта слаженная работа на площадке, какой-то особый запах, который исходил от горящих софитов. Когда она смотрела на то как играют Люк и Кэт вживую, то порой она не понимала и не улавливала, почему Джеймсу что-то не нравится, почему он нервничает. Но когда она несколько раз оставалась перед монитором вместе с Эмили, а не по обыкновению рядом с камерой Пола, то она сразу же видела эту разницу — эмоции перед камерой и эмоции на экране. Это было удивительно, но экран преображал героев, каким-то немыслимым образом менял выражение лица, глаз, делая их ярче. Конечно, все дело было в свете и ракурсах, но этот процесс преображения походил на какую-то мистику или волшебство.

Сегодня была пятница и Джеймс обещал, что съемки будут только в первой половине дня. Николь бросила взгляд на прикроватную тумбочку, потом потянулась к верхнему ящику, выдвинула его, нырнула рукой внутрь и выудила свой мобильный телефон. Ровно неделю назад она отключила его. Она не могла однозначно объяснить даже себе самой, почему она это сделала. Ей казалось, что таким способом она закроет дверь в состояние ожидания, когда каждая минута строится на страхе — позвонит или нет, а вдруг позвонит, а она пропустит звонок. Ей не хотелось этой зависимости. А еще она думала, что таким способом наказывает Смарта, показывает свое безразличие и равнодушие. Хотя, как бы он узнал об этом, ведь наверняка он ей не звонил. С чего бы ему это делать? Но даже допустить саму мысль, что такое могло бы быть, доставляло внутреннее удовольствие.

Она покрутила телефон в руке, прислушиваясь к ощущениям. Включить или нет? Странное волнение и томление покалывало изнутри.

Николь достала зарядку, воткнула ее в розетку и подключила телефон, нажав кнопку включения. Сказать, что она волновалась — это ничего не сказать. Сердце сжалось в маленькую горошинку, ладони вспотели, пока она смотрела на голубой экран телефона при загрузке.

Телефон сразу же завибрировал и выдал практически канонаду из звуков, которые были установлены