В паутине предательств - Адриана Максимова

– Чтобы король открыл ворота, – сказал Оскар и попятился к выходу.

– А Августин? – От самого вопроса у Кордии перехватило дыхание.

Оскар мотнул головой и стал спускаться вниз. Кордия чуть помедлила, бросила взгляд на пылающий лес и стала спускаться следом.

Прижимая руку к животу, Кордия осторожно спускалась по ступенькам. Она напряженно соображала, что делать дальше. Лейф не поддастся, он не обменяет жизнь матери на открытые ворота, в этом сомнений не было. Но нужно было понять, как обезоружить Пилар. Оскар в двух словах рассказал о том, как их брат и дочка генерала сбежали. Кордия до боли закусила губу. Она понимала, что теперь, когда он на свободе, он не пощадит никого. Сабола, шедший следом, тяжело вздохнул. Вероятно, он думал о том же. Или переживал за судьбу графини Локк.

– Я нашел место, где Августин прятался, до того как пришел к тебе, – обернувшись, сказал Оскар. – И кое-что обнаружил там.

Он достал из кармана флакон из темного стекла, похожий на тот, в котором была кровавая чернявка, и довольно улыбнулся.

– Думаешь, это противоядие? – с надеждой спросила Кордия.

– Мне кажется, что да, – ответил Оскар. – Скоро проверим.

– Король знает про заложницу?

– Бальтазар пошел ему сообщить.

– А где они сейчас?

– Во дворе, у ворот. Поближе к главной цели, – с нервной усмешкой сказал Оскар. – Ты только не вмешивайся, а то я тебя знаю.

Кордия кивнула, хотя Оскар уже отвернулся и не мог этого видеть. Он начал спешить, и королева поняла, что не может двигаться так быстро. Она пропустила Саболу вперед и, дав себе передышку, снова стала спускаться.

* * *

Пилар Монро выглядела так, словно сбежала из ада. Взгляд у нее был безумный, глаза лихорадочно блестели. Из-за порванной одежды было в образе девушки что-то от базарного скомороха. Она крепко держала графиню за волосы, приставив к ее горлу кинжал.

Кордия вышла во двор одновременно с Лейфом. Их тут же окружили, прикрывая собой, Мариан, Джулиан и Бальтазар. Королева бросила взгляд на мужа, лицо которого выражало недовольство в сочетании с легкой брезгливостью. Он лишь мельком взглянул на мать и тут же напустил на себя равнодушный вид. Графиня выглядела затравленной, ее бледные губы что-то шептали, но Кордия не смогла прочесть слов. Наверное, это был какой-то заговор или заклинание. Возможно, она забыла о том, что больше не чародейка. Кордия вдруг вспомнила их короткие разговоры, когда она была в тюрьме, как слова графини поддерживали ее, не давая сойти с ума. Ей захотелось броситься к Матушке Дрю и вырвать ее из лап этой негодяйки Пилар, которой она в прошлом тайно восхищалась.

– Открой ворота, и я сохраню ей жизнь! – протрещал голос Пилар.

– Почему меня должна волновать жизнь какой-то графини? – холодно произнес Лейф.

– Можешь не притворяться: все знают, что она твоя мать! – издевательским тоном произнесла Пилар.

– Эта женщина никак не может быть моей матерью, – сказал Лейф и собрался уйти.

– Граф Локк говорит другое! – бросила ему в спину Пилар. – Он нам с генералом Монро много чего успел рассказать о ваших отношениях и твоих слабостях.

– Он здесь? – Лейф обернулся. На лице Пилар отразилось торжествующее выражение, которое она тут же постаралась скрыть язвительной ухмылкой. Графиня Локк умоляюще посмотрела на сына.

– И вот-вот будет праздновать победу в этой крепости! Ты ведь будешь рад его видеть, король?

– Очень, – глухо ответил Лейф. Кордия подумала, что еще никогда не видела его таким мрачным.

– Неужели сердце не дрогнет, если я сейчас перережу ей горло? – теряя терпение, прохрипела Пилар.

– Ты ошиблась с заложницей, – сказал Лейф. Он вздернул подбородок и посмотрел на Пилар. – Мне абсолютно наплевать, что будет с этой женщиной. И для всех остальных, кто решит вдохновиться подобным поступком, я не торгуюсь с преступниками.

– Мне нужно, чтобы ты открыл ворота! – В голосе Пилар проскочили истерические нотки.

«Что-то не так!», – стрелой пронеслось в голове у Кордии, и ее снова накрыли нехорошие предчувствия. Она сомневалась, что Пилар могла сделать такую глупость и не просчитать последствий. Может, конечно, пытки и отчаяние заставили ее стать более рисковой и менее здравомыслящей, хотя королеве не особо в это верилось. И ее тревожил самый главный вопрос: где Августин?

– Обезвредьте ее! – приказал Лейф чародеям.

– Если ты воспользуешься магией, я убью ее! – прокричала Пилар.

– И умрешь следом, – резонно заметил Лейф. – Впрочем, у тебя в любом случае нет шансов выжить.

– Просто открой ворота! – Голос Пилар сорвался на визг, и она начала пятиться спиной к выходу, таща за собой графиню.

И Кордия все поняла. Один момент поставил все на свои места. Чародеи включили магию, собираясь скрутить Пилар.

– Нет! – крикнула Кордия, но ее крик потонул в гуле магии. Она увидела, как графиня Локк превратилась в черное существо, похожее на демона, с воронкой в центре. Оно притягивало к себе магию чародеев, лишая их силы. Магия вырывалась из них белым потоком, и Кордия собралась было броситься вперед, чтобы остановить это, как кто-то подошел к ней сзади и прижал нож к горлу. А в следующую секунду, она увидела, как в сторону Лейфа летит кинжал, и Джулиан успевает броситься вперед, чтобы спасти своего короля.

– А теперь, сестренка, ты выведешь меня отсюда! – прозвучал возле уха Кордии голос Августина.

– Ты все равно не сможешь победить, – тихо, но твердо сказала Кордия.

– Я уже победил, – ответил Августин и потащил ее к воротам.

Глядя, как Мариан и Сабола бьются на земле в судорогах, а Джулиан лежит с кинжалом в груди, Кордия поняла, что защищать крепость больше некому: вряд ли с таким делом смогут справиться две ведьмы, одна из которых на самом начальном уровне, а вторая…Враг добился того, чего хотел. Они остались без магической помощи. Августин, прикрываясь ею, как щитом, двигался к воротам. Она старалась как-то оттянуть от шеи его руку с ножом, брат был на взводе и мог убить ее случайно, лишь сильнее прижав лезвие к горлу. Слезы градом бежали у нее по щекам, хотя она не собиралась плакать, но ее израненное и измученное тело не выдерживало. Ей хотелось, чтобы ее спасли, и она был готова смириться с тем, что неизбежно. Хотелось, чтобы все, наконец, закончилось, и понимала, что должна бороться. Она поискала глазами Дора. Его не было видно. Вот и хорошо: не надо ему видеть ее в такой ситуации.

– Если кто-то попытается приблизиться, я убью ее! – проорал Августин, видя, что Лейф сделал пару шагов в их сторону. – Брось оружие! На колени! Иначе я прикончу