Джентльмен-дьявол - Эшли Макнамара

Изабелле хотелось закрыть дверь у него перед носом, нет, даже захлопнуть, но он станет стучать и настаивать на разговоре. Чтобы не будить сына, она переступила порог, вышла в коридор и закрыта за собой дверь.

– Мой ответ – нет. Сейчас вернее, чем когда-либо прежде.

Джордж открыт рот. Значит, он собирается спорить? Пора его остановить.

– Скажи, ты делал предложение своей любовнице?

Он слегка покачал головой, как будто не совсем расслышал вопрос.

– Предложение Люси? Господи, да зачем мне это?

– Но ведь она быта в положении? – Изабелла нервно постукивала пальцами по бедру. – Или нет?

– Да, но…

– Поправь меня, если я что-то неправильно поняла. – Изабелла тщательно подбирала слова, что было нелегко при его полной душевной слепоте. Как же он не видит, что положение Люси так похоже на ее собственное? – Ты сделал мне предложение, потому что существовала опасность беременности, в то время как другая женщина уже носит твоего ребенка?

– Это совсем другое дело. Она быта моей любовницей и знала, что должна предохраняться.

– И в чем же разница? Мы обе служили одной цели.

– Нет. – Джордж ущипнул себя за переносицу. – Нет, с тобой все иначе. Даже не думай сравнивать себя с этой хищницей.

– Хищницей? Она носила твоего ребенка.

– Но не собиралась его выносить. – Джордж протянул к Изабелле руки, она прижалась к двери. – Ты же слышала, что сказала горничная. Люси привезла Бигглз, чтобы избавиться от беременности.

Ах да, Бигглз. Если бы Люси хотя бы день провела в деревне, она непременно услышала бы о Бигглз.

– И ты бы никогда не узнала об этом, если бы не приехала сегодня в город. – Джордж раздраженно махнул рукой и, отвернувшись, несколько мгновений смотрел в пустой коридор. – Просто Люси пыталась вытянуть из меня как можно больше денег.

Все ясно. Если он сам не понимает, Изабелле придется объяснить своими словами.

– Это никак не меняет того факта, что ты знал о ее беременности и бросил ее. То есть ты ничем не лучше Паджетта. Я не могу выйти замуж за человека, который на это способен.

В игорном доме стоял густой запах сигар и бренди. Сестры Джорджа называли это мужским духом, но здесь ему сопутствовал резкий запах потных, немытых тел.

Джордж пробирался между столами для игры в кости. Здесь, на вытертом от долгого использования сукне, растрепанные щеголи одним броском кости проигрывали годовое содержание.

В полумраке он разглядел свою цель – группу молодых людей у стола для игры в фараон. Вот она, потенциальная добыча. Появился служитель в потертой домотканой рубахе, который тут считался лакеем, и предложил бутылку бренди. Вот что значит слава – Джорджа здесь знали, но сейчас ему следовало сохранять трезвость ума, а потому он жестом отослал служителя прочь.

Кроме того, если он поддастся искушению и выпьет, то потеряет самоконтроль и станет думать об Изабелле. Джордж прекрасно помнил, как она отозвалась о его нравственном облике, и опасался, что в опьянении может посмотреть правде в глаза и прийти к выводу, что Изабелла права.

В его голове всплыл рисунок углем – Джулия и Рэвелстоук смотрят друг другу в глаза с таким видом, как будто остального мира не существует. По какой-то причине обожание в глазах Джулии вызвало спазм у него в горле. После этой истории Изабелла никогда не будет так на него смотреть.

Да будь он проклят, если не хочет, чтобы у них все было так, как у Рэвелстоука и Джулии, пусть даже придется изображать из себя идиота и пялиться на девушку как полоумный влюбленный! Черт подери все на свете, если он не самый тупой идиот из всех идиотов! Умудрился влюбиться и понял это, когда было уже слишком поздно.

Джордж тряхнул головой, отгоняя и мысли, и чувства.

Сегодня его единственная цель – осторожные ставки в фараоне, пока какой-нибудь простак не уговорит его сыграть в более умную игру. Выигрыш в пикете больше зависит от умения игрока, чем в фараоне, где главное – случай. Если Джордж будет осторожен со своим кошельком, то сможет преумножить его содержимое, чтобы расплатиться с долгами Саммерсби и своими собственными. Раз Изабелла его бросила, настала пора заняться восстановлением чести друга и, возможно, своей тоже.

Джордж, не теряя бдительности, подошел к намеченной группе сзади. В таком месте, как это, крепкая выпивка и отчаянная игра создавали весьма взрывоопасную обстановку. На этот случай у него в сапоге был нож, как для местных завсегдатаев, так и для лихих людей вне этих стен. Судя по внешним признакам, эти игроки из денди. Их напомаженные коки и отличного качества сюртуки говорили о немалых средствах. Как и у самого Джорджа.

– Добрый вечер, джентльмены. – Вечер. Это, конечно, шутка. Дело шло к двум часам ночи. – Можно присесть за ваш стол?

Один из игроков отставил недопитый стакан и с ног до головы смерил Джорджа взглядом. Явно оценивал. Но Джордж был одет не менее тщательно, чем тот, кто его разглядывал. Бархатный сюртук, в кармане парчового жилета цепочка. Пожалуй, он перещеголял местных денди. Чтобы вернее обеспечить себе теплый прием, Джордж вынул кошелек и взвесил его на руке. Соверены внутри сыто звякнули.

Мужчина подтолкнул локтем товарища и кивнул. Отлично. Пусть считают его легкой добычей.

– Кстати, мое имя Аппертон. – Он переводил взгляд с одного лица на другое. Трое явно моложе его, но джентльмен справа показался Джорджу смутно знакомым. – Вы не учились в Итоне?

– Конечно, учился. Я Мэттьюс.

Джордж полез в кошелек и поменял несколько гиней на фишки. Для начала немного. Основную часть денег следовало сберечь для дальнейшего, когда удастся втянуть кого-нибудь из них в игру один на один.

– Мне показалось, я где-то вас видел.

Мэттьюс протянул руку и подвинул стопку фишек к королю пик. Джордж с одного взгляда понял, что его подозрения справедливы, – его принимают за профана. Три короля из четырех уже вышли. Либо этот человек в стельку пьян, либо он делает вид, что плохо знает игру.

– А ваши друзья? – поинтересовался Джордж и пожал руку всем по очереди, запоминая партнеров – Эндрюс, Уильяме, Роберте. Самые простые фамилии, наспех слепленные из имен. Это явно не аристократы.

– Они все учились в Харроу – сообщил Мэттьюс. – И Паджетт тоже.

– Паджетт? – Джордж откинулся на стуле, так что проклятая развалина едва не перевернулась. Это невозможно, просто невозможно. В Лондоне полно игорных притонов, а он волею случая наткнулся на Паджетта. Если бы он намеренно принялся его искать, то не справился бы и за неделю. – Он здесь?

– Ненадолго поднялся наверх, – ухмыльнулся Роберте.

Наверху девицы легкого поведения ублажали клиентов на средства от выигрышей.

– Только лишь ненадолго? – с насмешкой спросил Джордж. – Я думал, он стойкий парень.