Только однажды - Джилл Мэри Лэндис

В этом Джемма была уверена. Если бы у нее оставалась хоть капелька надежды, никакая сила на земле не заставила бы ее уехать. А поскольку путешествовать вверх по реке слишком уж сложно, скорее всего она больше никогда не увидится также и с Бунами, Нетти и Люси.

– Оставайтесь, Джемма, – попросила Ханна. – Напишите отцу. Он поймет.

Джемма покачала головой:

– Не могу. Я… Разве вы не понимаете, Ханна? – Она взглянула на Нетти, державшую ее за руку. – Если я останусь, то только и буду прохаживаться вдоль берега, поглядывая на реку в ожидании Хантера. Всякий раз, как отворится дверь фактории, я буду вздрагивать и смотреть, не он ли пришел, а когда окажется, что это не он, сердце мое в очередной раз будет истекать кровью.

Джемма еле сдержала слезы и бросила взгляд на Лютера. Он помогал пассажирам подняться на судно – такое большое и переполненное людьми, что оно походило на плавучий остров с ограждением и крышей.

По обеим сторонам крыши были закреплены огромные весла. Лютер, принимавший грузы и деловито расставлявший их на палубе так, чтобы равномерно распределить нагрузку, до того походил на Хантера, что Джемме было тяжело на него смотреть. Нетти с сочувствием сжала ей руку. Слезы струились из-под очков пожилой женщины.

– Я не могу остаться, – прошептала Джемма. – Не могу, потому что все, что я здесь вижу, чего касаюсь и что слышу, напоминает мне о Хантере.

– А что, если он вернется? – спросила Ханна. – Что мы ему тогда скажем?

– Скажите ему, что я должна была уехать. – Голос ее прервался. Даже спустя почти четыре месяца боль от потери была все еще свежа. Джемме с трудом удалось прошептать: – Он поймет.

Ной поднял узел с одеждой, которую Джемма завернула в кусок ткани. На первый взгляд казалось, что она увозит с собой почти то же самое, с чем прибыла сюда, – заштопанное шелковое платье, поношенный шерстяной зеленый плащ, брюки и рубашку, которые купил ей Хантер, мокасины.

И воспоминания.

Бесценные воспоминания, заполнившие все ее сердце и мысли. Ее собственные воспоминания, а не приукрашенные рассказы дедушки. Чудесные воспоминания, которые она будет хранить всю свою жизнь. Но главное, теперь она получила представление о том, как жить дальше. Впервые в жизни Джемма твердо знала, кто она и чего хочет.

Хантер Бун исчез из ее жизни, но она пережила трудное путешествие по девственным лесам и суровую зиму в Санди-Шолз. Она сможет вынести все. Даже разбитое сердце.

Ной нетерпеливо переступал с ноги на ногу, готовый отчалить и провести судно по мелководью. Остальным пассажирам на борту тоже не терпелось поскорее отправиться в путь. Чувствуя, что не в силах больше произнести ни слова, Джемма крепко обняла Нетти, потом Ханну и отвернулась, прикусив губу, чтобы сдержать их дрожь. Лютер как раз спустился на берег. Он остановился рядом, хотел что-то сказать, но потом просто обнял ее и крепко прижал к груди.

– Я очень хотел, чтобы все сложилось иначе, Джемма. – Лютер отпустил ее. Она смогла только кивнуть. – Мы будем сильно скучать и никогда не забудем того, что вы для нас сделали. Мне бы ни за что не управиться с севом, если бы не ваша помощь в фактории.

Джемма нашла себе удобное место у борта и уселась на бочку, надежно привязанную к перилам. Могучая река, желто-коричневая от ила, стремительно несла вперед свои полные воды, высокие и обильные из-за весеннего таяния снегов. Судно отошло от берега, и его подхватило течением. Девушка взглянула вниз, на мутный бурлящий поток, и к горлу мгновенно подступила тошнота – в памяти промелькнуло воспоминание о головокружительном падении в волны реки Хомочитто.

Джемма, опасаясь за свою жизнь, вцепилась в перила. Узелок со скудными пожитками сиротливо лежал у ее ног. Она уже горько жалела, что не осталась, хотя и понимала, что поздно кусать локти.

Стараясь перекричать рев перепуганной коровы, привязанной на корме, и взволнованные возгласы некоторых пассажиров, Ной во все горло отдавал команды гребцам. Джемма наблюдала за ним, поражаясь перемене, произошедшей с этим сильным молчаливым человеком. Он словно слился с судном в одно целое, интуитивно направляя его движение, будто кожей ощущая течение реки. Теперь Джемма поняла, почему он пользуется такой славой среди речного люда как опытный и умелый лоцман.

Неожиданно судно накренилось и застопорилось, краем зацепив песчаную отмель. Его сильно тряхнуло. Возникла серьезная опасность получить пробоину и пустить ко дну все надежды и мечты пассажиров. Когда движение вперед прекратилось и плоскодонка закачалась на волнах, из каюты послышался пронзительный крик женщины и следом вопли и плач детей.

Джемма никак не могла решить, то ли ей бежать в каюту и помочь успокоить перепуганных детей, то ли приготовиться прыгать за борт. Она уже хлебнула вод Хомочитто и не испытывала желания окунуться в бурную Миссисипи. Женские крики сменились рыданиями. Дети по-прежнему продолжали плакать. Каюта была не слишком далеко. Если действовать осторожно, то вполне возможно туда добраться.

Цепляясь за бочонок и за колесо тележки, привязанной рядом, Джемма начала пробираться к двери прямоугольной будки, возвышавшейся на палубе.

Клеть, набитая цыплятами, соскользнула с крыши каюты, с треском ударилась о перила и под пронзительные крики встревоженной птицы рухнула за борт в бушующий поток. Река мгновенно поглотила все. И клеть, и цыплята бесследно исчезли в пучине. Напрасно охваченные ужасом пассажиры смотрели на воду в надежде обнаружить хоть малейшие признаки злосчастных цыплят. Ни одного перышка не выплыло на поверхность.

Желто- коричневая вода опасно близко подступила к перилам. Джемма уговаривала себя сохранять спокойствие. Ведь на этот раз она не может надеяться на Хантера Буна. Он сейчас далеко и не появится, чтобы спасти ее, если что-то произойдет.

Гребцы налегли на весла, и плоскодонка, освободившись, снова устремилась вперед, подхваченная течением. Джемма оглянулась назад и бросила взгляд на факторию, которая все еще виднелась на крутом берегу над рекой. Ее друзья собрались у самой воды. Славные добрые люди, связанные между собой любовью. Они все еще махали ей, желая счастливого пути.

Джемма тоже помахала им в ответ, но не нашла в себе сил улыбнуться. Река сделала поворот, и Санди-Шолз скрылся из виду.

* * *

Путь, который Хантер предполагал проделать за три дня, растянулся до шести.

Наконец показалась долгожданная цель пути. До Санди-Шолз оставалось менее мили. Хантер непрестанно размышлял о Джемме, об их воссоединении, о том, что, возможно, ее вообще больше нет в Санди-Шолз. Он даже думать не хотел, во что превратится его жизнь без нее. Даже мысли не допускал об этом после долгих недель одиночества в верховьях Миссури.

Когда вдалеке показалась фактория, Хантер увидел, что из трубы над кухней идет дым, но нет никаких других признаков жизни. Выбравшись из-под деревьев, он взглянул на реку и с первого взгляда понял все, что хотел знать. Плоскодонка, две килевые лодки и каноэ стояли у причала.