Невинная страсть - Бренда Хайатт

Несколько мгновений спустя все было решено, и Твитчелл направился в сторону доков. За ним по пятам следовал сыщик, нанятый для этой цели Ноуэлом. Сам же Пакстон с лордом Маркусом отправился на заранее оговоренное место встречи, расположенное в двух кварталах отсюда.

— Все прошло более гладко, чем я ожидал, — сказал Люк, подходя к ним. — Подозреваю, что у Твитчелла в заначке есть гораздо более значительная сумма, чем он назвал, и он надеется с ее помощью неплохо устроиться по любую сторону Атлантики.

— Там он станет проблемой уже не для нас, а для американцев, — усмехнулся Маркус. — Думаю, это следовало бы отпраздновать.

— Следовало бы, — согласился Ноуэл, — потому что мне предстоит выполнить еще одно дело.

Расставшись с друзьями, Пакстон отправился на постоялый двор, где его ждал Кемп с экипажем наготове. Ноуэл решил отправиться в Грин-парк один, чтобы можно было незаметно понаблюдать за загадочным Мистером Р.

Когда Ричардс будет арестован, Ноуэл сможет по всем правилам поухаживать за Ровеной. Направляясь в Грин-парк, он размышлял об этом, и, несмотря на темные тучи, собиравшиеся в западной части небосклона, при мысли о своем возвращении в Тайдберн с ней в качестве невесты Ноуэл снова улыбнулся.

Ровене удалось сохранять любезную улыбку на лице в течение двух часов, отведенных для визитов, и даже принимать участие в разговоре, в основном сводившемся к сплетням и флирту. Она предпочла бы уйти в свою комнату и подождать там до того времени, когда можно будет незаметно выскочить из дома, перейти через улицу в Грин-парк и забрать письма. Они, рассудила она, помогут скоротать время до возвращения Ноуэла.

Он, несомненно, вернется. Даже когда они поссорились и не разговаривали друг с другом, Ровена знала, что он слушает те же самые глупые разговоры и относится к ним так же, как она, и это помогало ей переносить пустую болтовню таких особ, как Фанни Маунтхит. Но теперь…

— Да, если лорд Эджмонт богаче лорда Хардвика, то некоторым он может показаться завидным женихом, — сказала она, с трудом подавив зевок. В течение последних двадцати минут мисс Маунтхит сопоставляла состояния всех холостяков Англии. — Однако следует, наверное, учитывать и другие факторы.

— Ну конечно, — согласилась надоедливая собеседница. — Я, например, никогда не вышла бы замуж за человека уродливого или старше папы по возрасту. Я говорю исключительно о подходящих джентльменах. Ты со мной согласна, Люси? — Она и ее сестра что-то защебетали в два голоса, а Ровена принялась лихорадочно придумывать предлог, чтобы уйти из гостиной.

К ее счастью, дворецкий доложил о приезде мистера Ричардса. Наконец-то появился шанс поговорить с умным собеседником! Она была так рада сбежать от сестер Маунтхит, что приветствовала его, возможно, с излишним энтузиазмом.

— Как приятно снова видеть вас, мистер Ричардс! — воскликнула девушка.

Едва поздоровавшись с остальными присутствующими дамами, Лестер сразу же подошел к Ровене:

— Я рад, что вы так говорите. Тем более вчера вечером мне удалось провести с вами так мало времени.

— Мама очень удивлена, что вам, мисс Риверстоун, удалось приобрести такую популярность за столь короткое время, — вмешалась в разговор Люси Маунтхит. — Должно быть, это потому, что вы являетесь подругой и протеже леди Хардвик.

Ровена не позволила язвительному замечанию юной леди задеть себя за живое. К этому времени она уже знала, что ни сестры Маунтхит, ни их мамаша никогда ни о ком не говорят хорошо — разве только если это служит их личным интересам, да и в таком случае крайне редко.

— Перл очень добра ко мне, — вежливо сказала Ровена. Мисс Маунтхит лишь хмыкнула и повернулась к сестре, позволив Ровене продолжить разговор с мистером Ричардсом. — Я должна извиниться за то, что вчера так рано ушла с бала. Я очень устала.

— Оно и понятно, — улыбнулся Лестер. — Ваши поклонники заставляли вас танцевать без передышки, не давая мне возможности станцевать с вами.

Ей вспомнилось, что он вчера говорил о танцах, но сейчас у нее не было желания спорить с ним.

— Я не привыкла к столь активным физическим упражнениям и, признаюсь, предпочитаю галопированию по бальному залу игру в шахматы или беседу.

На какое-то мгновение его лоб перерезала морщинка — возможно, Ричардсу было неприятно, что Ровена напомнила о шахматах.

Но он тут же снова улыбнулся:

— Это говорит о вашем уме, как и мнения по некоторым вопросам, которые совпадают с моими. Я имею в виду, например, предложения мистера Спенса.

Ровена сразу же заинтересовалась, весьма довольная тем, что такие вопросы все-таки не оставляют ее равнодушной.

— Мне кажется, что некоторые из его идей, возможно, вполне осуществимы на практике, — увлеченно сказала девушка. — Я поддерживаю, например, мысль о том, что землей должны владеть те, кто ее обрабатывает.

Мистер Ричардс наклонился и понизил голос:

— Не хотите ли узнать, что надеются сделать некоторые из его последователей, для того чтобы помочь осуществлению такого изменения?

У Ровены округлились глаза.

— Разумеется. Я боялась, что планы мистера Спенса умерли вместе с ним и остались лишь на бумаге. Вы хотите сказать, что все еще есть люди, активно занимающиеся претворением в жизнь его идеалов?

— Не говорите так громко, — сказал Ричардс, еще понизив голос. — В правительстве есть люди, которые считают бунтарством все, что угрожает существующей системе власти. Но действительно имеется группа прогрессивных людей, способных претворить в жизнь утопическую мечту Спенса о мире, в котором людей больше не приносят в жертву, как животных.

В эту минуту сестры Маунтхит поднялись, собираясь уходить, и Ровене пришлось прервать разговор, чтобы с ними попрощаться. Потом Перл и леди Норвилл спросили ее об изменениях на континенте после Венского конгресса, и Ровена, которая много читала об этом, некоторое время обсуждала этот вопрос. Когда она хотела продолжить беседу с мистером Ричардсом, он уже собрался уходить.

— Отведенные мне четверть часа истекли, — сказал он, взяв ее за руку, — и мне не хотелось бы злоупотреблять гостеприимством. Однако прежде чем уйти, я хотел бы пригласить вас прокатиться со мной завтра, чтобы я мог рассказать о тех прогрессивно мыслящих людях, о которых упоминал. Уверяю, вы узнаете много интересного.

Конечно, Ровену это заинтересовало, но что-то в его манерах настораживало.

— Я должна спросить у леди Хардвик… — начала было она, оглядываясь на Перл, которая все еще разговаривала с леди Норвилл.

— Я полагал, что вы человек самостоятельный и не нуждаетесь в разрешении.

— Ну конечно. — Она ведь всего-навсего ищет, чем занять время до возвращения Ноуэла. А тут, кроме ее писем, появляется возможность узнать что-то новое о спенсианцах. — Когда?

Ричардс улыбнулся, но от этой улыбки у Ровены мороз пробежал по коже.