Ловкие женщины - Дженифер Крузи

— Нет. Но это помогло. Он ушел. А как ты?

— Еще не поняла. Нужно подумать. Не могу представить, как буду жить без Джека. Но и этого напряжения мне больше не вынести. Он вправду считает, будто я ему изменяю, но это не так. Честное слово, не так.

— Сюз, мы с тобой. Мы верим тебе, — мягко напомнила Нелл.

— Но мне хотелось бы изменить.

— Знаем, — кивнула Марджи.

— Иногда хочется, чтобы Джек исчез, как Стюарт. Навсегда. Просто испарился.

— Не стоит. А что, если он вернется? — спросила Марджи.

— И ты считаешь, что Стюарт вернется? — удивилась Нелл.

— Бадж хочет, чтобы я получила страховку. Говорит, на два миллиона долларов я могу купить кучу «Фиеста веа». Дескать, не стоит оставлять такие деньги страховой компании.

— Это не его дело, — бросила Сюз.

— Он просто заботится обо мне. Вдруг я получу страховку, а Стюарт объявится? Придется отдавать деньги. И что тогда?

— Он уже вернулся? — спросила Нелл, ненавидя себя за вопрос.

— Не думаю. Но с него станется. Он полное дерьмо!

— Марджи! — осуждающе воскликнула Сюз и тут же рассмеялась, на миг забыв о своих горестях.

— Настоящее дерьмо, — подтвердила Марджи.

— Значит, ты считаешь, что Стюарт жив, — уточнила Нелл, чувствуя себя последней негодяйкой за то, что никак не оставит Марджи в покое.

— Нет, — покачала та головой, — думаю, он мертв. Но иногда боюсь, что он все-таки возникнет — как ни в чем не бывало.

Нелл кивнула, ожидая, что Марджи добавит что-нибудь, но вместо нее заговорила Сюз:

— Ну и как насчет пыла?

— Господи милостивый, да еще какой! — воскликнула Нелл и позволила подругам подтрунивать над собой весь остаток завтрака, втайне удивляясь, как это все обернулось так, что она счастлива, а у них — сплошные неприятности.

А Гейб с Райли в это время пили кофе в приемной.

— Итак, — сказал Райли, — ты и Нелл.

— Как это ты догадался? — Гейб прищурился на увеличенный снимок отца с Тревором, висевший на стене. Оригинальный способ украсить офис! До чего Нелл изобретательна!

— У меня большие способности к дедукции. — Райли уселся на край секретарского стола. — Кстати, вчера вечером приходила Сюз. Искала ее.

Гейб кивнул и перевел взгляд на семейный портрет. Хлоя выглядела ребенком, а держала на руках маленькую Лу. Кому-нибудь не мешало дать ему по морде в свое время! Но некому было Хлою защитить. Родители ее умерли, его мать тоже, а отец сказал только: «Хороший выбор. От нее неприятностей не жди».

И так оно и было.

— Я отвез ее домой, и мы столкнулись с Джеком, — сообщил Райли.

Гейб оглянулся:

— Что?

— Сюз. Когда я подъехал к ее дому, у дверей стоял Джек.

— И что было дальше? Очень плохо?

— Плохо, — кивнул Райли. — Но она запретила мне выходить из машины. Сказала, что он ее не ударит.

— Не ударит, — согласился Гейб. — Он всего лишь спесивый эгоистичный сукин сын.

— И изменяет ей.

— Ты ей сказал?

— Нет.

Гейб кивнул и вернулся к снимку:

— О чем я только думал тогда, черт побери?

— О том же, о чем и прошлой ночью, — съязвил Райли. — Лучше взгляни, какой я здесь мальчишка! А ты посылал меня работать на улицах.

— Не я, — поправил Гейб. — Отец. И ты сам хотел.

— Знаю. Черт, и вправду девчонка. О чем ты только думал!

— Вовсе не о том, о чем прошлой ночью.

Гейб попытался представить, что сказал бы отец насчет Нелл. Возможно, посоветовал бы бежать куда глаза глядят. С Хлоей он понятия не имел, во что впутывается, что такое семейная жизнь, зато вчера с Нелл отчетливо сознавал, какие беды навлекает на собственную голову. И плюнул на это.

Впрочем, как и сегодня.

Он перешел к следующему снимку: отец с матерью в день свадьбы. Мать — темноволосая, яркая, в приталенном платье, натянутом на животе, отец — темноволосый и энергичный, в полосатом костюме, такой счастливый, каким Гейб редко его видел.

Родители склонили головы друг к другу, но не обнялись, оба веселые, ибо и не подозревают, что впереди у них двадцать лет скандалов. Гейб еще раз взглянул на отца: «Он все равно женился бы на ней. Потому что очень любил».

— Гейб, — сказал Райли.

«И с Нелл будет то же самое, — подумал Гейб, глядя на светящиеся глаза матери. — Но я не отступлю».

— Гейб! — снова позвал Райли. — Иди сюда, смотри.

Кузен стоял перед семейным портретом.

— Ну что тебе?

— Хлоя.

— А что случилось с Хлоей? — удивился Гейб, близоруко прищурившись.

— Серьги.

Гейб шагнул к фотографии:

— Не может быть!

На Хлое были бриллиантовые серьги-кольца.

Гейб ринулся к двери. Райли последовал его примеру.

Они ворвались в спальню Хлои и вытрясли на туалетный столик содержимое шкатулки с драгоценностями. Среди груды серебряных анков, золотых звезд, покрытых эмалью лун, перепутанных цепочек сверкали два идеально правильных золотых кольца, усыпанных бриллиантами, каждое размером с пятицентовик.

— Они? — спросил Райли.

— Да, серьги Хелены. — Гейб выудил серьги из общей кучи. — Ну вот, теперь придется начать Новый год с Тревора.

— Ты уже начал с Нелл, — напомнил Райли.

— Точно, — согласился Гейб, взирая на свидетельство вероломства собственного отца.

Нелл позвонила Гейбу в начале десятого. Она знала, что он и Райли провели день с Лу: Джейс долго жаловался на это, когда по телефону поздравлял мать с Новым годом.

Она набрала номер и долго ждала ответа. Наконец Гейб взял трубку:

— Алло?

— Я кое-что узнала насчет Стюарта, — сообщила она и подумала: «Не слишком много, но все же».

— Прекрасно. Я приеду. Китай или Италия?

— Пицца надоела. Давай китайскую стряпню. — Она улыбнулась, чувствуя себя счастливой, несмотря на все беды Сюз и Марджи. Конечно, это предательство, но что может быть лучше мужчины, который везет тебе ужин? И возможно, ляжет с тобой в постель?

— Надень свою голубую шелковую штуку, — велел он и отключился.

«Определенно ляжет». Нелл задохнулась.

Стоило подумать о нем, и она задыхалась. О, это небрежное упоминание о том, что они снова будут вместе спать! Начни он заикаться, она смутилась бы, и вышло бы неловко. А ведь они никогда не испытывали неловкости, с самого первого дня, когда она посмотрела на его стол и поняла, какая работа ей предстоит.