Остановись, мгновенье - Нора Робертс

— Сменную одежду, зубную щетку. Мак, не паникуй.

— Я знаю. Знаю. Это логично, это разумно. Но мне захотелось провалиться сквозь землю или закатить истерику. Нет, я не сделала ничего подобного, но очень хотела. Ты только посмотри на мое барахло. Его так много. Если все это смешать с его вещами, как я потом что-нибудь найду? А что, если мне вдруг понадобятся шмотки, которые я оставила у него?

— Ты сама прекрасно понимаешь, что просто выискиваешь отговорки. Я права?

— Тщетные поиски проблем еще не означают отсутствие проблем. Я только привыкаю к тому, что мы официально вместе, а он уже предлагает мне место в своем шкафу. Мне бы со своим разобраться.

— Ты справишься.

— Ну, кое-какой прогресс намечается.

— Как и в твоих отношениях с Картером. Люди и их отношения всегда развиваются.

— Да-да, ты права. Только… Я хочу разложить все по местам. Я хочу организовать свою жизнь, хочу ее контролировать. Внести ясность. Я хочу понимать, что и почему делаю.

— Ты его любишь?

— А как это узнать? Я все время спрашиваю себя и все время отвечаю «да». Да, я его люблю. Но люди постоянно влюбляются и перестают любить. Начало любви пугает и волнует, но конец ее ужасен. Сейчас все прекрасно, и мне не хочется ничего менять.

— Знаешь, как мне хотелось бы полюбить мужчину, который любит меня?

— Вряд ли ты побежала бы выбирать букет невесты.

— Ошибаешься. Если бы у меня было то, что есть сейчас у тебя, я не стояла бы столбом посреди хаоса, пытаясь организовать свою жизнь, а бросилась бы создавать новую. Если ты… — Эмма осеклась, услышав хлопок входной двери.

— Эй, Мак? Ты дома?

— Что Джеку здесь понадобилось? — удивилась Эмма.

— Ой, совсем из головы вылетело. Поднимайся! — крикнула Мак. — Он приехал поговорить с Паркер, и я попросила его заглянуть сюда, посмотреть мой шкаф. По-моему, разумно проконсультироваться с архитектором.

— Тебе нужен архитектор — мужчина — Джек, — чтобы организовать свой гардероб?

— Нет, чтобы дать мне представление о том, как это сделать.

Эмма с сомнением взглянула на Мак.

— Ты вторгаешься на территорию Паркер.

— Возможно, но ты же видела ее шкаф! Наверное, такой шкаф у английской королевы. Только у Паркер нет странных шляпок. Джек! Я ждала тебя с нетерпением.

Джек остановился в дверях, высокий, в обтягивающих джинсах, рабочей рубахе и сапогах — настоящий мужчина и при этом очень красивый.

— Я не могу войти. На месте преступления ничего нельзя трогать.

Мак кивнула на шкаф.

— Вот единственное преступление. Пустой шкаф с одной идиотской палкой и полкой. Ты должен мне помочь.

— Я еще во время ремонта говорил, что шкаф нужно переделать.

— Тогда я спешила, а сейчас не спешу. Я точно знаю, что мне нужно, как минимум, две палки — одну пониже — и больше полок, и, может, ящики.

Джек окинул взглядом горы вещей.

— Тебе нужна шлюпка побольше.

— Я освобождаюсь от лишнего. Пожалуйста, без комментариев.

Джек вошел, остановился перед шкафом, зацепив большие пальцы за ременные петли джинсов.

— Просторный.

— Вот именно. Я просто чувствовала себя обязанной заполнить его. Но ты можешь его усовершенствовать.

— Разумеется, могу. Любая система хранения из «Хоум Дипо» решит проблему.

— Я их видела, но я хочу что-то более… В общем, другое.

— Если будем строить сами, то лучше из кедра. У тебя достаточно места для встроенных систем. Может, короткую палку сбоку и несколько полок-ящиков. Не знаю. Подумаю. Есть один парень, который смог бы сколотить все это.

Мак ослепительно улыбнулась.

— Вот видишь. Я знала, что ты сумеешь помочь.

— Но запихивать свое барахло будешь сама.

— Не обсуждается. И раз уж ты здесь…

— Спроектировать тебе шкафчик для метелок и швабр?

— Нет, но спасибо за предложение. Мне нужна мужская точка зрения.

— Это у меня всегда с собой.

— Когда ты предлагаешь женщине оставлять ее вещи в своем доме, что это значит?

— Как я получил сотрясение мозга?

— Чего еще от него ждать, — пробормотала Эмма.

— Эй, она сама спросила.

— Это женщина, с которой у тебя близкие отношения. И больше ни с кем, — пояснила Мак.

— И поэтому она хочет оставлять свои флакончики и баночки в моей ванной. А потом ей понадобится ящик. И не успею я опомниться, как она завалит кровать разноцветными подушками и потеснит в холодильнике мое пиво диетическими напитками и обезжиренным йогуртом. А по воскресеньям вместо футбольных матчей она будет таскать меня по антикварным лавкам.

— Ах так? — возмутилась Эмма. — Конечно, она может спать с тобой, но, не дай бог, оставит зубную щетку в твоей ванной или займет немного места в твоем ящике. О, какая наглость! Тогда почему бы просто не оставлять деньги на комоде и называть вещи своими именами.

— Стоп. Я вовсе не это…

— Зачем создавать ей удобства? Зачем впускать ее в свою жизнь? А вдруг она посягнет на твое бесценное время, на твое священное пространство? Ты жалок. Вы оба достойны сожаления.

Эмма вылетела из комнаты, а Джек изумленно уставился на пустой дверной проем.

— Что это было? Почему она так на меня разозлилась?

— Моя вина. Все началось с меня.

— В следующий раз предупреди, чтобы я успел увернуться от рикошетов. У нее проблемы с парнем?

— Нет. Никого особенного у нее нет. У меня есть, и она расстроилась, так как думает, что я мало ценю это… его. Она ошибается. Я ценю. Но она права в том, что мои мысли катятся по той самой наклонной плоскости, которую ты только что нарисовал. И еще она права в том, что это жалкое зрелище.

— Не обязательно катиться вниз. Может, кого-то и устраивают йогурты и антиквариат. Зависит…

— От чего?

— От того, кто оставляет вещи в твоем ящике. У тебя есть пиво?

— Есть.

— Угости меня пивом, а я набросаю эскиз. Если тебе понравится, я пришлю плотника. Он сделает замеры и сколотит начинку.

— На это не жалко пива. Они отправились на кухню.

— Значит, ты и Картер Магуайр.

— Я и Картер Магуайр. Так странно.

— Почему?

— Не знаю. Может, потому что мы были знакомы в средней школе, когда я давала волю своему творческому темпераменту, а он был занудой. И он натаскивал Дела по литературе, когда я страдала от обязательной влюбленности в Дела.