Не устоять! - Сюзанна Энок

Не хватало еще, чтобы после разговора с его братцем Лис ударилась в бега!

— Я и не думала, что это тебе понравится.

— Ему что, мало мучить меня? Лис не сделала ничего дурного!

Скажем, ничего сверх того, к чему он ее поощрял.

— Куин просто очень предусмотрительный человек.

— Лучше бы он держался подальше от моих дел, честное слово! Ему бы неплохо знать, что в случае чего я его отлуплю за милую душу!

— Какая трогательная братская любовь! — с усмешкой проговорил незаметно подошедший к ним Куин. — Полагаю, ты мне угрожаешь?

— Черт побери, вы двое, оставьте меня наконец в покое! — процедил Рейф.

Собеседники нарочито пропустили его слова мимо ушей, что отнюдь не улучшило ему настроения. Все было проще некуда, пока он не отправил в Лондон эти чертовы письма. Если жалеть о разрыве с Робертом Филдсом особо нечего, то Куин — совсем другое дело. Похоже, о попытках получить ссуду можно забыть, тем более после сегодняшнего вечера. Повел он себя и вправду как бешеный бык и скорее всего до смерти перепугал Лис.

— Ну так что? — негромко поинтересовалась Мадди, ласково взяв мужа под руку и прижимаясь к нему.

Маркиз слегка пожал плечами.

— Как всегда, неразбериха.

— И что дальше? — отрывисто спросил Рейф, злясь на их нежности и совершенно теряя терпение.

— Мы тоже уезжаем, — сообщил ему Куин.

— На ночь глядя?

— Похоже, в Чешире это становится доброй традицией, — усмехнулся брат и одарил Рейфа добродушной улыбкой, чтобы смягчить язвительность своего ответа. — Мы обещали нанести ответный визит дяде Малколму, и я не думаю, что тебе стоит все усложнять.

Рейф ничего другого и не ожидал. Хотя он никогда не признался бы в этом на людях, но в душе он всегда восхищался тактичностью брата и его спокойной мудростью. И было больно узнать, что его брат в сложной ситуации предпочел умыть руки.

— До моего отъезда из Англии я тебе напишу.

— Ладно. Хотя бы дай нам знать, на какой континент ты отправился, — мягко попросила Мадди.

Рейф посмотрел на них обоих, и в душе его как будто открылась пропасть неуверенности, в которую ох как не хотелось сваливаться.

— Обещаю, — ответил Рейф и сделал несколько шагов в сторону двери. — Помогу вам собраться.

— Думаю, что могу ссудить тебе двадцать тысяч фунтов при разумном проценте, — неожиданно бросил ему вслед Куин, и от этих слов Рейф застыл на месте. — Надеюсь, мне не придется напоминать, чтобы ты присылал регулярные отчеты о том, как идет ремонт.

Рейф медленно повернулся к брату.

— Я… я полагал, что Фортон-Холл не лучшее место для вложения денег, — проговорил он, разрываясь в душе между чувством искреннего восторга и жутким страхом при мысли о том, что Куин сказал это всерьез.

— Для вложения денег Фортон-Холл плохое место, — согласился с ним Уорфилд.

— Тогда зачем…

— Место не самое лучшее, — повторил маркиз, — но речь то о тебе. Я подготовлю все нужные бумаги и открою тебе кредит. Только помни: чем меньше потратишь, тем легче будет выплачивать долги, если ты вдруг передумаешь.

— Рейф молча посмотрел на него и сказал лишь:

— Спасибо.

Куин покачал головой:

— Через неделю ты возненавидишь и меня, и это место. Я же тебя, Рейф, знаю как облупленного!

— Порой мне кажется, что я себя совершенно перестал понимать, — признался Рейф.

— Так ты, в самом деле, хочешь заняться тем, о чем говорил?

— Да.

Час спустя Рейф сидел на широких ступеньках парадного входа и смотрел, как карета Уорфилдов исчезает в темноте. С их отъездом Фортон-Холл вдруг показался ему каким-то заброшенным, грустным и дряхлым. Куин был прав. Что делать дальше, он просто не представлял.

Рейф знал, почему все это затеял, по крайней мере думал, что знает. Согласившись взять двадцать тысяч соверенов в долг только ради того, чтобы увидеть, как улыбнется Фелиси-ти, даже для него было бы несусветной глупостью. Нет, тут было нечто серьезнее. Какая-то часть его самого страстно хотела узнать, сумеет ли он восстановить усадьбу, справится ли с тем, что начал вообще-то помимо своей воли. Такими делами ему почти не приходилось заниматься, и ни брат, ни отец никакими советами помочь ему не могли. Он был предоставлен самому себе.

— Я, конечно, не знаю, как там принято в Лондоне, — сказала Фелисити, садясь рядом с ним на ступеньки, — но полагаю, что твои друзья установили рекорд наикратчайшего визита за всю историю Англии.

Прозвучало это более чем дружелюбно, и Рейф вздохнул с облегчением. Боясь чем-нибудь ее снова рассердить, он решился лишь кивнуть в ответ и коротко заметить:

— Это были не гости — просто орда одержимых головорезов. Не понимаю, как я их столько времени выносил! Фелисити покосилась на него и снова перевела взгляд на едва видневшуюся в густых сумерках поляну. — За что ты ударил мистера Филдса?

Вопрос был из тех, на которые он предпочел бы не отвечать, пока не разобрался в причинах своего поступка. Однако он уже успел узнать Лис достаточно близко, чтобы не понимать: молодая женщина все равно добьется ответа.

— Он… высказывал такие намеки, которые я никоим образом не мог принять!

— Возможно, это была правда?

Рейф из-под ресниц глянул на Лис и несколько раз нервно провел ладонями по бедрам. Разговаривать с Куином и то было легче.

— Да.

— Тогда почему…

— Если бы он знал меня или хотя бы был осмотрительнее, то никогда не стал бы такого говорить. Куин куда более тактичен.

— Но твой брат тоже уехал.

— Да, но по другой причине, — усмехнулся Рейф. Фелисити молча ждала, и Рейф со вздохом продолжил: — Похоже, он наконец решился дать мне достаточно длинную и прочную веревку, чтобы повеситься!

Лис посмотрела на него с изумлением и подозрением, потом губы ее дрогнули, расслабились и их тронула легкая улыбка. Рейф почувствовал себя как впервые влюбившийся школьник.

— И что же это за причина? — тихо спросила она. Рейф пожал плечами. По крайней мере она, похоже, все еще симпатизировала ему. Он вовсе не считал, что причина в том, что ключи от Фортон-Холла теперь у него в руках, но и не был настолько глуп, чтобы легко отмахнуться от слов брата. Уорфилд обладал глубоким чувством здравого смысла.

— Куин дал мне денег взаймы, — сказал он.

— Да, ты мне говорил. Две тысячи фунтов. Я рада.

— Двадцать тысяч, — поправил ее Рейф. — На полное восстановление и ремонт поместья.