Долго и счастливо - Сара Дессен

– Понятно, – сказала я. – И как хорошо ты его знаешь?

Снова хихиканье.

– Ну, мы проболтали весь полет, а потом он пригласил нас поужинать. У него здесь есть дом, куда он приезжает, чтобы подзарядиться и сбежать от «бессмысленной олимпиады».

– От чего?

– Это еще один термин из его книги. Соревнования, в которых мы ежедневно учувствуем, прикладывая все силы, чтобы опередить друг друга. А какой главный приз? Его просто нет!

А вот теперь я начала беспокоиться.

– Уильям с тобой?

– Конечно. Он рядом. Сейчас.

В трубке раздался шорох.

– Привет, Лу. Дома все хорошо? – Приглушенный голос Уильяма звучал вполне привычно.

«Слава богу», – подумала я, а ему ответила:

– Да. Как у вас дела?

– О, замечательно, – успокоил он. – Правда, все думают, что я консьерж. Но хотя бы дают хорошие чаевые.

Мама с Уильямом рассмеялись. Вот только мне было не до смеха, так что я вернулась к беспокоившему меня вопросу.

– Мне показалось или мама немного сходит с ума?

Он рассмеялся.

– Очень похоже. Она как влюбленная кошка. Ты бы видела ее, когда этот парень появляется рядом! В ее глазах вспыхивают сердечки, как в мультиках.

– Серьезно?

– Абсолютно. – Мама что-то сказала ему на заднем плане, и он ответил: – Ой, да ладно, я ни капли не приукрашиваю, и ты это знаешь. Если бы я не любил тебя так сильно, то от ревности заработал бы депрессию. Представляешь, до чего меня это довело бы, учитывая, что здесь все напитки включены в счет?

Они снова рассмеялись, а я принялась искать свой солнцезащитный крем.

– Подожди-ка, – сказала я Уильяму, – так маме действительно нравится этот парень?

– Знаю, это невероятно. А ведь они только познакомились! Представь, он сегодня позвал ее пообедать на яхте.

– Но она же ненавидит воду.

– Видимо, здесь все по-другому. Или она стала другой. – Он фыркнул. – Но ты не переживай, мы вчера полночи просидели в интернете и нашли о нем все, что только можно. И ничего ужасного. Он не в моем вкусе, конечно. Но не всем так везет.

– Мы просто друзья, – донесся голос мамы. Видимо, она пыталась меня успокоить, вот только это не удалось, потому что следом прозвучало: – По крайней мере, пока.

Мой телефон запищал, оповещая о звонке Джилли на второй линии.

– Мне пора, – сказала я. – Позвони мне позже, хорошо?

– Хорошо, – весело откликнулся Уильям. – Скучаю по тебе!

– Люблю тебя! – крикнула мама.

«Они оба явно сошли с ума», – подумала я, переключая звонок.

– Привет, – сказала я Джилли. – Встречаемся в десять? Все в силе?

Она вздохнула, невольно отвечая на мой вопрос.

– Не получится, прости. У Китти заболело ухо, и мне нужно срочно отвезти ее в больницу. Даже если это не инфекция, ей явно не стоит лезть в воду.

– Ох, – выдохнула я, – ну давай я поеду с вами и присмотрю за детьми?

– Это так мило с твоей стороны, – ответила она, когда на заднем плане раздался визг кого-то из Бейкеров. – Но, честно говоря, Майкл Салем предложил свозить их в парк вместе со своими братьями и сестрами, а затем мы собираемся перекусить у фургончиков с едой. Можем встретиться там, если хочешь.

– О, все в порядке. Я тогда побуду дома, наверное.

– Прости, – еще раз извинилась она. – А какие у тебя планы на вечер? Вы с Беном наконец договорились?

– Мы планировали созвониться днем, когда он закончит смену на работе.

После прошлых выходных и его приглашения в «Мир вафель» мы пытались встретиться еще раз. Но ему пришлось остаться в «Смузи Джамбо» до закрытия, потому что его сменщик не вышел на работу. А вчера он освободился только в девять, но я к тому времени успела поужинать у Бейкеров – они решили попробовать новый сэндвич «большой плавленый гауда-ли», – и совершенно никуда не хотелось. Так что мы договорились встретиться в другой раз, хотя бы для того, чтобы у меня появилось еще одно свидание для пари.

– Хорошо, напиши мне, если наконец решите куда-то выбраться, – попросила она. – Освобожусь к семи, если не случится ничего непредвиденного. Но знаешь, как обычно все бывает.

Знаю. И все же я пообещала ей, что увидимся позже, а затем повесила трубку и прислонилась к стене. Еще только утро, а, значит, впереди меня ждет целый день, который я, скорее всего, потрачу, отвечая на бесконечные вопросы Эмброуза о свадьбе. Я все ждала, когда вновь запиликает мой телефон, пока переодевалась и вновь спускалась. Но он молчал. В моем сердце уже давно поселилось одиночество, но впервые за много лет я действительно почувствовала его.

«Все к лучшему», – подумала я, поднимаясь к себе в комнату с чашкой кофе в руках. Мне все равно нужно было перебрать вещи перед поездкой в колледж. Я и так откладывала это целую вечность. Так что, схватив два пакета: один – для вещей, которые можно отдать на благотворительность, а второй – для тех, что на выброс, – открыла двери гардеробной и принялась за работу. Через час сумки наполнились до краев, я вспотела и чихала от пыли, а рядом образовалась стопка из вещей Джилли, которые она оставляла у меня. И нужно было что-то решить лишь с одним нарядом, который висел в стороне.

В те выходные я везла на свадьбу Колби черный сарафан в чехле для одежды и новенькие сандалии в коробке. Вернувшись в номер в то воскресное утро, я, окрыленная чувствами, хотя не спавшая ни минуты, бросила все в пакет для стирки, который вытряхнула дома с изрядным количеством песка, а затем отдала сарафан в химчистку. Потом я не раз жалела о своем решении и прижималась к ткани в надежде уловить хоть какие-то остатки аромата Итана, океана и той ночи. В итоге я просто повесила его на крючок, а сандалии выставила под ним, как напоминание о той девушке, которой я когда-то была и которой уже никогда не буду. Но с того момента прошло уже девять месяцев. И, возможно, уже пришло время их убрать.

Я откинула волосы со лба, взяла стопку одежды Джилли и вынесла ее за дверь, затем подошла к сарафану, протянула руку и прикоснулась к лифу, провела пальцами по крошечным, почти невидимым блесткам на подоле. В голове тут же вспыхнули картинки из прошлого: как Итан стягивает бретельку с моего плеча, как развевается юбка вокруг моих голых ног, пока мы танцуем на краю света. Я прикусила губу, представляя, как сниму сарафан с вешалки, аккуратно сложу его и спрячу в сумку для пожертвований. Платье не унесет с собой мои воспоминания, они навсегда останутся со мной. Теперь я это знала, но все равно не могла заставить себя проститься с ним. Пока не могла.

Телефон запищал на кровати, вырывая меня из мыслей. Я так быстро выскочила из гардеробной и схватила его, словно за мной кто-то гнался. Хотя там никого не было.