Дикая роза - Дженнифер Доннелли

– Миссис Финнеган… – произнес Макс. – Не она ли бывшая Дженни Уилкотт? Я не видел ни ее, ни ее мужа с самого дня их свадьбы. Какой красивой невестой она была. И какой замечательный день тогда выдался. Синие небеса. Цветы. Все мы вместе. Кто бы мог подумать, что всего через несколько недель… – Макс осекся, потом сглотнул, взял со стола Харриет деревянную погремушку и стал вертеть в руках.

Харриет коснулась его руки:

– Макс, это не твоя вина. Ты это знаешь. И все знают.

Макс кивнул:

– Давай поговорим о чем-нибудь более приятном. – Он потряс погремушкой и улыбнулся. – Например, о детях. Что может быть радостнее, чем рождение ребенка? Должно быть, Дженни с мужем эта радость ожидает достаточно скоро. Как она? На здоровье не жалуется?

– Насколько знаю, нет, – рассеянно ответила Харриет.

Какой странный ответ, подумал Макс.

Он решил не задавать новых вопросов. Харриет строго относилась к врачебной тайне, и он это знал. Максу не хотелось ставить ее в неловкое положение, а тем более возбуждать в ней подозрения.

– Давай поторопимся, пока к Московицам не набежали посетители, – сказал он.

– Да. А перед уходом предлагаю выпить по бокалу вина. Не возражаешь? Хотя бы на час забудем обо всех бедах и горестях. Я отлучусь ненадолго. Надо привести себя в порядок. – Харриет вышла из кабинета.

Услышав, как дверь уборной открылась и снова закрылась, Макс поспешил в приемную, надеясь, что Сюзанна уже отправилась на ланч. Так оно и было. Папки, переданные ей Харриет, лежали на столе. Папка Дженни Финнеган – сверху. Макс раскрыл папку и стал читать.

Он узнал, что роды у Дженни Уилкотт Финнеган предполагались менее чем через восемь месяцев после свадьбы. Восемь, а не положенные девять. Оказалось, что в детстве с ней произошел несчастный случай, в результате которого Дженни повредила несколько жизненно важных органов, включая матку. Здесь же были изображения шрамов, оставшихся на теле Дженни, и рисунки ее поврежденной матки. Перелистав страницу, Макс узнал, что сейчас Дженни находится на отдыхе в своем домике в Бинси, графство Оксфордшир.

И наконец, Макс узнал, что его кузина, доктор Хэтчер, сомневалась в благополучном завершении беременности Дженни. Она так и писала. Более того, своими опасениями она откровенно поделилась с Дженни и посоветовала той морально подготовиться к вполне ожидаемой перспективе выкидыша.

Макс положил папку на прежнее место и вернулся в кабинет Харриет. Его настроение значительно улучшилось.

За последние несколько дней он узнал много важного и интересного, и все эти сведения касались Дженни Финнеган, дочери преподобного Уилкотта. Макс узнал, что она забеременела раньше, чем вышла замуж, и вряд ли сумеет выносить и родить этого ребенка. А ее муж появлялся под чужим именем в «Кобурге», где встречался с Уиллой Олден. Воистину личная жизнь людей – кладезь ценных сведений.

– Ты готов? – спросила Харриет, вернувшись в кабинет.

– Конечно, – ответил Макс и встал.

Он подал Харриет ее льняной плащ, похвалил соломенную шляпку, украшенную цветами из шелка. Выйдя на улицу, они попали под моросящий дождь. Макс быстро раскрыл свой зонт и взял Харриет под руку.

– Иного и быть не может, – вздохнула она. – Полное соответствие. Дрянная погода под стать нашему дрянному настроению. Нам надо взбодриться. Что ты на это скажешь? Пусть небо серое от туч, давай поищем хоть что-то приятное в этом дне.

– Ах, моя дорогая Харриет, – улыбнулся Макс, – я уже нахожу в нем много приятных моментов.