Рождество на острове - Дженни Колган

Паром шел медленно. К ним присоединились уже один-два человека, они ждали друзей и родственников или посылки. Лорна изо всех сил старалась быть приветливой и не выглядеть расисткой. Оказалось, что такое выражение удерживать труднее, чем можно было бы подумать.

Она увидела миссис Лаэрд, которая прежде помогала викарию и, конечно же, имела ключи от его дома, – та стояла поблизости. Лорна утешающе улыбнулась ей.

– Надеюсь, он милый, – сказала она.

– Мне все равно, милый он или нет, если он сумеет вылечить мой варикоз, – заявила миссис Лаэрд и вздохнула. – Знаете, он не везет с собой семью.

– Возможно, у него нет семьи.

Миссис Лаэрд моргнула и как-то странно посмотрела на Лорну.

– У всех есть семья, – возразила она. – Может, ему просто некого было взять с собой?

Лорна, вообще-то, совсем о таком не думала. Она в свое время на четыре года уехала в колледж на материке, потом еще два года училась в Глазго. А потом ей захотелось домой, или, скорее, она чувствовала себя виноватой перед отцом. Она привыкла делать, что ей вздумается.

Вот уже все сошли с парома и разбрелись и разъехались, а врача все еще не было видно. Потом на берег спустилась команда, закончившая свою смену. И наконец из рулевой рубки вышел капитан.

Рядом с ним шел человек с густыми черными волосами, на нем было пальто, выглядевшее стильным и в то же время словно с чужого плеча. Он отворачивался от ветра, дувшего с залива.

Лорна наблюдала за тем, как он медленно сходит на берег, и гадала, что сейчас у него на уме. Что он может думать обо всех них? Сочтет ли он их безнравственными западными людьми, которые слишком много едят и пьют? Которые не знают мира? Сочтет ли он правильным давать девушкам противозачаточные средства? И как он говорит на английском? И позаботится ли он о ее отце? Ее брат Иэн еще пару месяцев будет на буровой, и Лорна уже снова тревожилась из-за отца.

Эван и миссис Лаэрд шагнули вперед, Эван протянул руку.

– Добро пожаловать на Мур, – сказал он.

Вспышка фотографа сверкнула, мужчина неловко моргнул.

– Спасибо, – ответил он так тихо, что Лорна его едва расслышала.

Акцент у него был довольно мягкий.

– Мы вам жилье приготовили! – сообщила миссис Лаэрд.

Мужчина явно ее не понял.

Поэтому Лорна пояснила:

– Жилье. Дом.

И он посмотрел на нее.

Под густой челкой, явно нуждавшейся в стрижке, Лорна увидела большие темные глаза, невероятно усталые и грустные, с глубокими черными тенями под ними. Мужчина был чисто выбрит, но на его щеках уже начала пробиваться щетина.

– Спасибо, – ответил он.

Лорна бодро улыбнулась ему, но он казался слишком утомленным, чтобы ответить на улыбку.

После этого все столпились вокруг них, нервно переминаясь с ноги на ногу. Конечно, никто не собирался пригласить его в паб. Капитан пожал врачу руку и вернулся на паром, чтобы уйти в Харрис. Солнце скрылось за облаком, невесть откуда закапал дождь.

– Ладно, пойдемте со мной, – сказала миссис Лаэрд.

Мужчина взял свой чемодан. У того даже колесиков не было, отметила Лорна. Как можно тащить такой чемодан, если он не на колесах? В другой руке мужчина крепко держал большую черную сумку. Он молча пошел за миссис Лаэрд, послушно, как ребенок.

Ему бы следовало повесить на грудь маленькую табличку с надписью «Пожалуйста, позаботьтесь об этом медведе!», подумала Лорна, но, конечно, ничего такого не произнесла вслух. Вместо того она сказала вслед ему:

– Надеюсь, вы будете счастливы здесь.

Он оглянулся и посмотрел на нее так, словно она выдала величайшую глупость всех времен, как будто кто-то вообще мог быть счастлив здесь… Лорне стало неловко, но в то же время она почувствовала себя слегка оскорбленной.

А потом Майлу, которому на все было плевать, подбежал к незнакомцу, чтобы обнюхать его.

Сначала мужчина поморщился, и Лорна подумала: а там у них вообще есть собаки? Сторожевые псы?

Но Майлу продолжал облизывать его, и наконец мужчина немного расслабился. И даже на мгновение протянул руку и почесал пса за ухом, но лишь секунду, а потом снова отвернулся.

Сайф чудовищно замерз. Почему люди здесь твердят, что день был прекрасным? Он вовсе не был прекрасным. Сайф старался теперь думать на английском. Надо перестать мысленно переводить слова, а просто постоянно думать на чужом языке.

Он совершенно не понимал крошечную женщину, у которой на щеках красовались красные полосы лопнувших сосудов. Она ходила по темному холодному дому, показывая ему разные вещи, не имевшие для него смысла.

Здесь был бойлер с разными кнопками, на которые следовало нажимать. Все в доме – тяжелые гардины, старое покрывало на кровати – казалось слегка влажным, когда Сайф к этому прикасался. Миссис Лаэрд – «ррд», повторял он про себя, «ЛайРРРД» – показала, как работает чайник, словно тот был для Сайфа чем-то неведомым, иностранным. Но не стала показывать, как работает смеситель, который действительно был Сайфу незнаком.