Лукавый ангел - Кейси Майклз

— По-моему, ты шикарно смотришься, — сказала ему Энни.

— Не морочь мне голову, девчонка! — рявкнул на нее Арчи. — Я знаю, что похож на огородное пугало. Ничего, завтра же мы с Диккенсом поедем в лучшее ателье.

— Вы намерены выбраться в город, сэр? — переспросил Грейди, вытаращив от изумления глаза.

— Нет, я пошутил, чтобы посмотреть, как вытянется от удивления твоя физиономия. Почему бы мне и не прошвырнуться по магазинам, собственно говоря? Я уже тысячу лет никуда не выбирался! — ответил Арчи, глядя на свое отражение в зеркале. — Все равно мой телохранитель не способен обеспечить мне надежную охрану.

— Арчи, я все поняла! — воскликнула Энни и заключила старика в объятия. — У тебя агорафобия, боязнь открытого пространства. Я читала об этой болезни в медицинском справочнике. Это довольно распространенное и неприятное заболевание.

— Не завидую я тебе, Арчи! — покачивая головой, произнес Грейди. — Раз она об этом читала — значит, так оно и есть.

Арчи, смущенный столь бурным выражением чувств Энни, попытался оттолкнуть ее, вопя:

— Отцепись от меня, девчонка! Ты затискаешь меня до смерти!

— Не огорчайся, Арчи! Агорафобией страдают многие люди. Мы все чего-нибудь боимся. Вот я, например, ненавижу… — Она запнулась, не отваживаясь даже произнести название ненавистной ей ядовитой рептилии.

— Да, она права, — с мрачным видом сказал Грейди, не в силах упустить возможность поиздеваться над миллиардером. — Не стоит особенно беспокоиться по поводу распространенной фобии. Лучше подумай, что делать с твоей прогрессирующей паранойей.

— Это вовсе не смешно! — заступилась за Арчи Энни. — Да, Арчи действительно долго болел. Но теперь он попытается побороть свои страхи! Верно, Арчи? Я думаю, что ты поступаешь правильно.

— А я думаю, что вы оба — трудное испытание для моей многострадальной задницы, — беззлобно ответил Арчи. — Может быть, прекратим чесать языки и поговорим о серьезных делах? Я бы очень хотел узнать, кто все-таки на меня покушался? Готов побиться об заклад, что это Митци, у нее одной в этом доме осталось еще мужество. Я всегда говорил, что она забрала его у Подгузника в их первую брачную ночь.

Он залился кудахтающим смехом.

Грейди и Энни обеспокоенно переглянулись.

— Если я тебе открою секрет, ты не передумаешь спускаться в гостиную? — осторожно спросил Грейди, желая как-то загладить свою вину за неудачную шутку.

— Может быть, и передумаю! — с вызовом ответил старик, чем напугал Диккенса так, что тот вытаращил глаза и поспешил подать хозяину на вытянутых руках огромный двубортный пиджак. — Хватит умничать, Салливан! Не воображай, что я буду скучать по тебе, когда ты уедешь отсюда. Я встречал умников и похлеще тебя. Многих из них1 я пережил. Ну, так мы идем?

Грейди помог ему надеть пиджак и сказал, похлопав его ладонями по набивным плечам:

— Сидит как влитой!

Арчи гордо выпятил худую грудь. Грейди слегка подтолкнул его к выходу, однако старик словно прирос к паркету.

— Пошли, Арчи! Публика, наверное, уже волнуется, — сказала Энни и направилась к двери.

— В чем дело, Арчи? — обеспокоенно спросил Грейди. — Пошли потихоньку! Торопиться не надо, ступай спокойно, шаг за шагом…

— Я знаю, я знаю! — замахал руками Арчи, не трогаясь тем не менее с места. — Я даже репетировал свой выход в течение двух месяцев. Однажды дошел до кухни…

— Это правда, — подтвердил Диккенс, делая шаг вперед. — Он был в ночной рубахе. Я слышал крик поварихи из своей комнаты. Потом закричал не своим голосом Арчи. На другое утро повариха написала заявление об увольнении. Должен признаться, сэр, что я вспоминаю ту ночь с содроганием, сэр.

— И повариха, как я подозреваю, тоже, — сказал Грейди и снова подтолкнул Арчи к двери, на этот раз уже сильнее.

Энни подошла к старику и, взяв его под правую руку, мягко сказала:

— Давай попытаемся сделать это вместе! Это вовсе не трудно! Ну, пошли! Выстави вперед сначала одну ногу, потом — другую. Вот так, умница, Арчи! И сам не заметишь, как очутишься в коридоре.

— Смелее, Арчи! Не робей! Главное — сделать первый шаг! А потом все пойдет само собой! — воскликнул Грейди, подхватив его под другую руку.

Спустя двадцать минут они наконец ввели его, поддерживая с обеих сторон под локти, в большую гостиную, где их давно ждали взволнованные и настороженные родственники.

Замыкавший эту процессию Диккенс, в кармане брюк которого позвякивали булавки, с облегчением вздохнул и собрался было покинуть зал, но его попросил остаться Грейди, причем довольно-таки решительным тоном. У него был заготовлен для дворецкого сюрприз, о котором не знала даже Энни.

— Это ты, старина! — обрадованно воскликнул Арчи, заметив своего врача, идущего ему навстречу из дальнего угла гостиной: — Вот видишь, я это сделал! Ну, разве я не молодец?

— Ты молодец, Арчи! Просто герой! — похвалил его доктор. — Мои инъекции на тебя благотворно подействовали. Что ж, поздравляю, старина, сегодня тебе покорилась эта гостиная, а завтра, глядишь, покорится весь мир! И кто знает, может быть, наступит еще день, когда ты посетишь ближайший магазин мужских принадлежностей. — Он провел ладонью по лацкану пиджака и, скорчив смешную гримасу, заговорщицки подмигнул своему старому приятелю.

— Папочка! — воскликнула стоявшая у него за спиной Мьюриел и, вытянув вперед руки, бросилась к отцу. — Я горжусь тобой!

— Да, я еще могу тряхнуть стариной! — сказал Арчи и, оттолкнув ее, спросил: — Мы можем начинать? По-моему, мои дорогие сыночки уже наделали в штаны. Если мы еще немного помедлим, то Митци успеет урвать еще один миллиончик и перевести его на один из своих секретных номерных счетов. Я правильно говорю, Митци?

— Тебе лучше поторопиться, — шепнула Энни Грейди. — Иначе Арчи испортит тебе весь спектакль.

Митци, рассеянно листавшая новый журнал мод, посмотрела с удивлением на Арчи и заикаясь спросила:

— Что я сделаю? Арчи, ты соображаешь, что говоришь? — Грейди подал Энни знак усадить старика на одну из обитых красным плюшем кушеток и, выйдя вперед, громко сказал:

— Не советую пытаться заткнуть ему кляпом рот, это может быть расценено судом как насилие над беззащитным пожилым человеком.

Митци дернула супруга за рукав, и он испуганно воскликнул:

— Что тебе от меня надо? И что он такое говорит?

— Мне тоже хотелось бы спросить у тебя, Митци, о каких номерных счетах идет речь, — сказал Юниор, сообразив наконец, что папаша находится в здравом рассудке и вовсе не намерен шутить. — Я думал, что все наши деньги лежат в банках Делавера, в связи со льготным налогообложением в этом штате. Но тогда о каких секретных счетах говорил папа?