Истинный выбор - Елена Солт

А вот Целитель мне сразу не понравился. Блёклый и невзрачный мужчина с бегающими глазками, он то и дело разными способами пытался выспросить точные сроки наступления беременности, а на мои уклончивые ответы презрительно хмыкал, словно давал понять, что знает правду. Когда он ушёл, я сразу сказала:

— Он мне не нравится, можно найти кого-то другого?

Лэйтон посмотрел недоумённо:

— Но это самый опытный целитель во всей округе. Лучше него только в столице.

Вздохнула разочарованно и сказала:

— Я бы всё отдала, чтобы на родах был целитель Каритас.

— Тот самый, из императорского дворца?

— Да, он наблюдал меня долгое время, ему я доверяю безоговорочно. Но он сейчас где-то в Сортанате, и я даже не знаю, куда ему можно написать.

— Не выдумывай, дорогая. Уверен, наш целитель ничем не хуже твоего столичного знакомого.

— Наверное, ты прав.

На следующий день я, вопреки своим привычкам завтракать в комнате, спустилась вниз. Лэйтона ещё не было, и на его месте лежал свежий выпуск «Дворцовых хроник». Чтобы не скучать, я завладела листами пергамента, пробежала глазами первую полосу, и словно встала под ледяной душ.

С первой страницы на меня смотрела радостная парочка, а заголовок гласил: «Генерал Файерстоун и леди Глория Хэлленбург объявили о дате брачной церемонии».

Едва дыша, открыла нужную страницу и прочла подробности. Уже через две недели, в родительском доме невесты, в поместье Олдоакс. По злой иронии это поместье находилось всего в паре часов езды от нас. Нахмурилась — что за странный выбор места, и чего им не сидится в столице? Хотя, какое мне дело? Вернула пергамент на место и принялась за еду.

В эту секунду моей щеки коснулись губы супруга:

— Доброе утро, родная. Какой приятный сюрприз, ты решила составить мне компанию.

Я улыбнулась в ответ и отпила чай.

— Доброе утро. Да, вот решила проверить, вдруг здесь кормят лучше, чем у меня в комнате.

— И как? — Мужчина подхватил «Дворцовые хроники» и опустился в своё кресло. — Прости.

Не сразу поняла, о чём он.

— За что?

— За это. Я не знал, что здесь.

— Не извиняйся, дорогой. Ты здесь ни при чём. Всё нормально, правда. Всё давно в прошлом. Видишь, я отложила эти скучные новости и спокойно ем омлет. Поторопись, а то остынет.

Улыбнулась снова, и продолжила завтрак, чувствуя на себе пристальный взгляд супруга. Всё в прошлом — снова повторила про себя, убеждая.

Спустя две недели, когда за окном стояла глубокая ночь, меня что-то разбудило. Сначала подумала, что малыш толкается, но нет. Это сокращался сам живот. Пока ещё слабо и совсем не больно. Может быть, пройдёт?

Спустя час сокращения продолжались. Я поняла, что уже не усну. Встала с постели и прошлась по комнате. Остановилась возле приоткрытого окна и с наслаждением вдохнула холодный ночной воздух. Где-то прокукарекал первый петух, следом пролаяла собака.

— Ну, вот и всё, малыш. Скоро мы с тобой увидимся!

Схватки повторялись примерно каждые полчаса и были практически безболезненными. «И чего все так кричат во время родов?» — подумала легкомысленно.

Едва начал заниматься рассвет, я позвала служанку и попросила сообщить лорду Стиллу о том, что хочу его видеть. Не прошло и пяти минут, как Лэйтон вошёл в мою комнату. На супруге был надет светло-серый домашний костюм и халат, его волосы были собраны в низкий хвост. За всё время совместной жизни я ещё не видела его в таком простом виде. Очевидно, что моя просьба подняла мужа прямо с кровати.

Едва окинул меня взглядом и сразу всё понял:

— Началось?

— Я думаю, что да, начинается. — Тепло улыбнулась в ответ на обеспокоенный взгляд Лэйтона. — Всё хорошо, я даже рада. А то, знаешь, ли, носить всё это, — погладила живот, — на себе уже тяжеловато.

— Я сейчас же пошлю за целителем и повитухой, переоденусь и вернусь. Тебе что-нибудь нужно?

— Нет, дорогой, и не спеши. Схватки пока ещё редкие, думаю, у нас достаточно времени.

Дверь за мужем закрылась. Я попросила служанку принести мне чайничек травяного чая, а от завтрака отказалась. Еда мне сейчас ни к чему. Живот в очередной раз сократился, а сразу после этого толкнулся малыш. Я погладила ткань ночной рубашки, задумчиво глядя в окно.

Сейчас заканчивался один из этапов моей жизни и начинался новый. Уже завтра всё кардинально изменится. Это я понимала. Но даже не догадывалась, насколько сильно.

30. Между смертью и жизнью

Ангелина.

Ближе к полудню я поняла, насколько опрометчиво назвала ночные схватки лёгкими. Сейчас с каждой схваткой сквозь меня словно проходил раскалённый вертел.

Я пыталась ходить по комнате, снова ложилась, вставала на четвереньки пытаясь найти удобное положение тела. Повитуха заботливо массировала мне поясницу, и это дарило кратковременное облегчение. Потом я снова сжимала зубами край простыни и пыталась правильно дышать, но какое уж там! Кто придумал эту боль, как вообще возможно её выносить, неужели, это когда-нибудь закончится? Все эти вопросы по кругу вертелись в голове, но ответов на них у меня не было.

Повитуха убирала с моего лба влажные пряди волос, ласково гладила и шептала что-то ободряющее. Целитель время от времени заставлял переворачиваться на спину, больно давил на живот, пытаясь сканировать, и лишь недовольно кривился.

Мне становилось всё тяжелее и тяжелее. Потом я вовсе перестала вставать и даже с трудом поворачивалась на кровати.

Спустя какое-то время схватки неожиданно начали затухать. Долгожданная передышка, чего ещё можно желать?

Но обрадовалась только я. Целитель и повитуха обеспокоенно переглянулись. Женщина внимательно и долго разглядывала меня под простынёй, после чего приложила к животу какую-то трубочку, и прислушалась. Покачала головой, глядя на целителя, тот сразу вышел из комнаты. Повитуха достала сумку и принялась звенеть бутыльками и склянками.

Лэйтон.

Нервно ходил из угла в угол под дверями спальни Ангелины. Самое отвратительное чувство — ощущение собственной беспомощности, когда страдает любимая женщина. Если бы только я мог хоть как-то помочь, облегчить её боль! Если бы всё сложилось иначе, и Стихия воды приняла тогда Ангелину. Если бы, если бы…

Дверь открылась, и из спальни вышел целитель. По выражению его лица сразу стало ясно — дело дрянь.

— Лорд Стилл. — Губы уголки губ мужчины опустились вниз. — Роды тяжёлые. И, судя по их течению, исход может быть любой. — Я ощутил, как кровь отхлынула от лица. — Вам нужно выбрать, кого спасать в критической ситуации: мать или дитя. Пока ещё есть время подумать и решить.

— Что? — Нахмурился ещё больше. — Почему я должен