Изгнанница на проклятом отборе, или Второй шанс для истинных - Кристина Антановна Римшайте

В глазах Серама промелькнуло отчаяние.

– Не сомневайся. Я впервые произнёс нечто подобное. И это было… непросто.

– Зачем тогда пожелал мне счастья, заговорил о том, что теперь я могу создать свою семью?

– Из лучших побуждений… – процедил сквозь зубы он, развеселив меня.

– То есть… на самом деле ты не желаешь мне счастья? – спросила, кокетливо закусывая губу.

– Аяна… – шумно выдохнул Серам, на мгновение прикрывая глаза. – Не играй с огнём… Но я понял к чему ты клонишь. Да, отпуская тебя, говоря всё это, я надеялся, что ты останешься. Выберешь меня. Представляю ли я тебя с другим? Нет. Я скорее голову откушу любому, кто посмеет к тебе притронуться…

– Вот это больше похоже на тебя, чем всё это «благородство», – усмехнулась в ответ.

– Тебя пугает такая моя сторона?

– Да не особо, – отозвалась непринуждённо. – Думала, что «да», но по факту, ты ни разу не сделал мне ничего плохого. Ты можешь быть жёстким в каких-то вопросах, властным, чересчур прямолинейным. Но я думаю, это только потому, что ты так привык. Ты же наследник. Даррэн говорил, тебя и воспитывали соответствующе.

– Кто-то слишком много болтает… – процедил Серам, выдавливая из себя фальшивую улыбку. – Но в целом, ты права. Я привык править. С малых лет я уже принимал взрослые решения и не всегда они легко мне давались. Бывали моменты, когда приходилось переступать через себя, ради какой-то выгоды и пользы. Даже к истинности я относился как к данности. Она была для меня «ключом» к полноценному управлению нашей империи. Я видел безумство отца, но ничего сделать не мог. По его же глупым законам, я мог претендовать на трон, только имея наследников.

– А сейчас? – спросила тихо, поднимая на Серама взгляд.

Он усмехнулся, верно меня поняв.

– Сейчас я рад, что истинности нет. Я сделал свой выбор осознанно, и меня это радует, мне это дарит облегчение, как и тебе. Думаю, мы в этом очень похожи. Оба не хотели «навязанного» брака. Но я был готов к нему, ради достижения своих целей, а вот ты предпочла оказаться. Будь я на твоём месте, поступил бы так же.

– Спасибо, – поблагодарила от всего сердца и улыбнулась. – Спасибо, что сказал мне это, что не давишь на меня сейчас, что проявляешь терпение, хоть это и даётся тебе тяжело. Спасибо…

Рубиновые глаза Серама сверкнули хищным блеском.

– Я в шаге оттого, чтобы поцеловать тебя… – вымолвил он хрипло.

– Терпение, – напомнила лукаво, опуская голову. Но вряд ли от дракона можно хоть что-то скрыть.

– Ты дразнишь меня. Это нечестно… – разочарованно выдохнул дракон и недовольно поморщился.

– Я просто не хочу спешить, – отозвалась тихо. – Хочу посетить родителей, поговорить с ними. Хочу позаботиться о Марте, но не хочу оставлять тебя, не хочу представлять рядом с тобой другую. Мне претит сама мысль об этом. Понимаешь?

Серам шумно сглотнул, не отрывая от меня жадного взгляда.

– Вполне… – вымолвил он и всё же поцеловал меня.

Так внезапно. Порывисто, но вместе с тем бесконечно нежно…

Наверное, я всё же где-то была не совсем осторожна в своих словах, раз он решил, что можно действовать. А, впрочем…

Серам отстранился, прерывисто выдыхая.

– Прости… Прости. Это была сиюминутная слабость, – крепко обнимая, прошептал он. – Я всё понял. Родные, Марта… всё будет. Всё, что пожелаешь… Но после слов «я не хочу оставлять тебя» мозг отключился, прости…

Я усмехнулась в его плечо и так же крепко обняла дракона в ответ. Так хорошо. Так спокойно и надёжно…

***

После признания Аяны, после пьянящего с ней поцелуя, дракон требовал освобождения. Сдерживать его сущность было практически невозможно. Тряслись поджилки, по венам растекался жидкий огонь. Серам едва дождался окончания вечера…

Зато, когда поднялся на крышу дворца и спрыгнул с неё, обращаясь в полёте… когда заложил над Долиной крутой вираж, дышать стало легче. Дракон ликовал. Выпустил струю тёмного пламени над морем, нырнул в солёную воду, что охлаждала разгорячённое тело. Так хорошо… но и находиться в таком состоянии долго было слишком опасно. Пришлось возвращаться к рассвету.

Пару часов спокойного сна и Серам снова на ногах, полон сил и непривычной лёгкости. Будто давившее всё это время напряжение бесследно исчезло. Произошедшее уже не казалось чем-то непоправимо трагичным.

Убийца матери будет казнена перед народом, которому принесла столько боли. Отцу попытается помочь. Теперь, когда известно, что именно с ним, есть надежда, что однажды его разум прояснится.

Осталось разобраться с одним непростым, но немаловажным делом. С Эммой Ларс и её самоотверженным супругом. Казнить их было бы слишком жестоко, да и не очень показательно для народа Долины Ветров. Драконы и так в меньшинстве.

Поэтому Серам решил пойти на сделку с некоторыми ограничениями, всё же Эмма Ларс была соучастницей заговора…

Оба выглядели плохо. Видно, что спали неважно. Сержант будто осунулся и прибавил к возрасту пару десятков годков, а вот под глазами его супруги залегли огромные тени. В доме гулял сквозняк.

– Проветриваем… – безжизненным тоном произнёс Гросс, накидывая на плечи Эммы, сидящей с ногами в кресле, мягкий плед. – Я думал, вы сразу прикажете вынести всю лабораторию вместе с травами… Почему вы этого не сделали, сир?

– Потому что твоей жене она ещё пригодится, – ровно отозвался Серам, закладывая руки за спину. Гвардейцы на входе, видимо, только недавно сменились. Казались бодрыми… – Вы оба находитесь под арестом, но под домашним. Караул будет меняться каждые шесть часов. Если Эмме удастся вывести Повелителя из состояния безумия, в котором он сейчас находится, я прощу вас и лично помогу разорвать связь истинности между вами, если того пожелаете. Как считаете, это разумная сделка? Есть и другой вариант, я могу отправить вас на каторжные работы с неограниченным сроком.

В глазах глупой девчонки зажегся робкий огонёк надежды.

– Это правда?