Невеста с изъяном - Василиса Усова

– Никак решила вернуться? Помыкалась зиму, теперь и на серебряный согласна?

К горлу подступила противная горечь. В узком проходе оказалось не так просто разминуться, но и повернуть назад было уже никак нельзя. Промолчав, Эвелиса попыталась пройти мимо, но оказалась перехвачена за локоть.

– Ладно, не дури девка. Сколь теперь за свою работу хочешь? Хибару твою правда снесли, но здесь недалеко…

– Отпустите, – перебила его Эвелиса, едва сдерживая отвращение. И как это она раньше терпела этого человека.

– Ишь как заговорила. Полгода назад скромнее себя вела, а сейчас осмелела… – Вардт окинул ее быстрым взглядом, – Приоделась. Это ж кто на тебя деревенщину позарился?

Девушка молча дернула руку, пытаясь высвободиться.

– Гордая стала, да? Только с тобой как наиграются – вышвырнут в грязь. Повидал я таких. Сама же обратно приползешь. А можешь сразу вернуться, пока я добрый.

Эвелиса замерла, перестав вырываться. То, за кого ее принял бывший хозяин – задело до глубины души. Но оправдываться и уж тем более опускаться до ругани она не собиралась.

– Уберите руки, или я позову городскую стражу, – отчеканила она отвернув лицо.

Ближайшая торговка с интересом наблюдала за разворачивающейся сценой, прикидывая что рассказать потом товаркам.

– Зови, – с легкостью разрешил мужчина, – А я скажу, что ты украла у меня кошель. И любая баба на рынке подтвердит, что видела это лично.

– А вы только среди баб такой смелый? – выдохнула девушка, с неожиданной для себя решимостью.

– Ах ты гадина… – прошипел Вардт, но прежде чем он успел договорить, со стороны южных ворот раздался холодный высокомерный голос:

– Позвольте узнать, что здесь происходит?

Эвелиса вздрогнула, узнавая голос Арлена. Она уже и позабыла, какой у него может быть ледяной, и в то же время пробирающий тон. И как мужчина оказался здесь, у рынка?

– Ваша милость, – заюлил Вардт, сразу заметив трость с позолотой, дорогую одежду незнакомца, а так же оценив его выправку. Простые люди так не выглядят. – Я всего лишь указал деревенской девке ее место…

– Молчать! – оборвал его Арлен, и хозяин рынка сам отскочил от девушки. Так, на всякий случай. Раз господин слеп – значит поблизости могут оказаться именитые провожатые, а то и вправду стражу кликнут. А неприятностей и без того хватает.

– Кто дал вам право, докучать девушке пришедшей за покупками?

– Так ведь она… – проблеял хозяин рынка, на всякий случай съеживаясь.

– Мало того, вы прилюдно ее оскорбили.

– Я сожалею и приношу свои самые искренние извинения…

Вардт казалось уменьшился в размерах. На всякий случай. Кто знает, кем может оказаться этот господин.

Воспользовавшись свободой Эвелиса осторожно направилась к выходу. Хорошо еще, что Арлен не прошел чуть дальше, тут и зрячему человеку пробраться непросто.

– Считайте это первым и последним предупреждением. Если подобное повторится, я подниму вопрос о вас на городском совете. Думаю, мэр прислушается к предложению перенести ваш рынок куда-нибудь за город.

Икнув, Вардт попятился ближе к прилавку. Такими угрозами на ровном месте не разбрасываются. Значит господин и вправду непрост. Будь неладна эта деревенская девка, так невовремя подвернувшаяся под руку.

***

Дождавшись, пока Эвелиса пройдет через рыночные ворота, Арлен кивнул в сторону широкой улицы и первым зашагал, стуча тростью по подсохшей земле.

– Скажите на милость, зачем вас понесло сюда? – теперь голос мужчины звучал иначе, исчезло ледяное презрение зато появились строгие нотки, – Можно прекрасно покупать и в лавках.

– Я только хотела сократить путь. – на локте все еще ощущались противные цепкие пальцы и девушку передернуло от отвращения, – Ваша милость, но откуда вы…

– Решил выйти на прогулку. Теперь когда снег растаял, мне нет нужды с утра до вечера сидеть в четырех стенах. Проходя неподалеку случайно услышал ваш голос, – он пожал плечами и вдруг остановился, – Это у него вы раньше работали?

– Да. Я убирала рынок и мела окрестные улицы.

– Ничего не скажешь, хорошее занятие. Полагаю, что и тогда он держался с вами не лучшим образом?

Эвелиса кивнула, признавая правоту Арлена, но в то же время не желая вызывать к себе жалость. Мужчина понял ее и без слов.

– Ничтожный человек. Как можно быть таким… – он внезапно осекся, вспомнив как вел себя сам – полгода, год назад. Множество служанок, которые просто уходили хлопнув дверью. И ворчание Ирвиса, что все сложнее найти им замену. Пожалуй, исключением стала лишь дама Иридия, и то, потому что она появлялась два-три раза в день, принося еду и изредка делая уборку.

Осталась бы Эвелиса, если бы ей было куда пойти? Он отчетливо вспомнил все те слова что говорил ей, и к горлу подкатила едкая горечь. Хотелось оправдать себя, сложно быть внимательным к другим, когда собственная жизнь разрушена до основания. Но даже в мыслях это звучало жалко. Неужели между ним и тем рыночным мужиком нет никакой разницы?

– Ваша милость, – девушка тронула Арлена за локоть, – Спасибо, что вступились. Я бы сама… наверное не смогла бы…

– Нет, – мужчина сжал ее пальцы и прерывисто вздохнул, – Это вам спасибо. И простите меня, если сможете.

– Простить вас? Но за что? Если бы вы не вмешались… – Эвелиса закусила губу. После пережитого ее немного потряхивало, а еще было обидно, что не сумела постоять за себя сама. Если бы Арлен не оказался поблизости, то кто знает, чем бы кончилось дело. И как бы она объяснялась со стражей? Ведь у нее в поясе действительно были серебряные, правда свои. Честно заработанные.

Мужчина выдохнул. Он ясно почувствовал, что сейчас не самый подходящий момент для извинений и объяснений. Они еще поговорят, но в более спокойной обстановке. Когда он сможет повторить свои слова глядя ей в глаза. Сейчас же у девушки явно не то состояние.

– Нам лучше вернуться домой, – мягко заметил он, протягивая руку. – Вам следует выбросить из головы этого ничтожного человека. Поверьте, он не стоит вашего внимания.

Эвелиса пару раз моргнула, чтобы отогнать подступившие слезы и слабо улыбнулась. От ровного голоса Арлена, на душе стало спокойнее.

– Спасибо, ваша милость. Да, наверное вы правы.

ГЛАВА 38. Объяснение

Случайная встреча на рынке, заставила Арлена о многом задуматься. Все чаще мужчина перебирал в памяти