Любовь Демона - Тала Тоцка

— Демьян, как здесь красиво! — восклицает Ангел, оглядываясь. — Ты только посмотри! Я столько живых цветов видела только в цветочном магазине!

— Красивее тебя здесь ничего нет, — отвечаю я и ставлю ее на пол.

Но прежде, чем она успевает сделать хоть шаг, притягиваю к себе и целую.

Глубоко, требовательно, сметая остатки усталости. Она мгновенно отвечает, ее пальцы сжимают мой затылок. Мои губы горячие и нетерпеливые, ее — мягкие и податливые.

У нас с Ангелиной есть целая неделя, чтобы побыть вдвоем.

Миланка осталась с Лидией, я с ней хоть и с трудом, но договорился. Дочка, конечно, сначала обиделась, но я пообещал, что они потом прилетят с бабушкой, Гришей и братишкой.

Я хотел оплатить будущим родственникам отдых, но Григорий отказался.

Он хорошо зарабатывает, а поездку в отель протащил перед работодателями как возможность помимо отдыха перенять опыт у известной мировой сети. Ему еще и путевку оплатили в качестве премии.

Я знаю, что очень скоро начну скучать по «папиной ядости», но сейчас у нас с Ангелом впереди наша первая брачная ночь.

И мне похуй на усталость — я ее уже не чувствую.

Зато я чувствую, как дрожит под моими руками моя любимая.

До спальни мы даже здесь не успеваем дойти.

Стягиваю с плеч Ангелины платье — не свадебное, но тоже красивое — провожу ладонями по обнаженной коже, наслаждаясь этой дрожью. Ангел запрокидывает голову, давая мне полный доступ к своей шее. Скольжу языком, спускаясь к ключицам.

— Так ты даже не дашь мне осмотреть номер? — ее голос сипит от сдерживаемого возбуждения.

— Потом, — хрипло шепчу, задирая подол, и накрываю руками намокший треугольник белья.

Я хочу ее здесь. Сейчас. И она хочет.

Ангелина разворачивается, тянет меня за пояс джинсов. Я глухо стону ей в рот, позволяя расстегнуть ремень.

— Ты — моя, — шепчу, прежде чем мы сплетаемся языками.

Ангел кивает, нетерпеливо стягивает с меня рубашку, от джинсов я избавляюсь сам.

Накрываю ее своим телом, разрываю тонкое кружево. Оно рвется легко, или это я слишком возбужденный?

Ангел зовет меня по имени, выгибается навстречу, впивается ногтями в плечи. Я врываюсь в нее одним толчком и сразу начинаю вбиваться.

Никаких медленных покачиваний и размеренных движений.

Глубоко, резко, размашисто. Так, чтобы прочувствовать по полной. Чтобы до самого сердца.

Кончаем почти одновременно, Ангелина обмякает в моих объятиях.

— Может, мы теперь посмотрим номер? — шепчет, рвано дыша мне в ухо.

— Пойдем, — рывком, поднимаю ее на руки, даже не отдышавшись, — начнем осмотр с кровати.

И несу ее в спальню.

Конец

‍ ‌‌  ‌‌‌  ‌ ‌‌ ‌   ‌ ‌‌‌ ‌‌   ‌‌  ‌‌ ‌ ‌