Злодейка на полставки или драконий переполох - Анита Жарова

— Не правда, — мотаю головой. — Уединенность не значит скучно. Лично мне нравится.

Мои слова вызывают у него ироничную улыбку. Голубые глаза мужчины из-за освещения кажутся практически черными и бездонными. Словно в них притаилось нечто важное и тайное.

Мы замираем друг напротив друга. Я даже не замечаю, как хрустит ножка бокала в моей руке от волнения.

Громкий смех из глубины сада привлекает мое внимание.

Оборачиваюсь. За помпезным большим фонтаном в центре — расположился еще один фонтан, на отдалении. Небольшой, местами треснутым камнем и неказистый.

Именно рядом с ним смеются две подружки. Одна из них радостно хлопает в ладоши и отступает в сторону. На ее место становится девушка с парнем. Опустив руки в стоящий рядом чан, они что-то достают и опускают на воду.

И снова столько эмоций. Девушка едва не выпрыгивает из платья, обнимая парня.

— Что это? — поворачиваюсь к Александру.

— Фонтан желаний, — шагнув на узкую тропинку, он указывает на чан.

Приблизившись, заглядываю в него и с удивлением обнаруживаю там бутоны магнолий. Рядом подвешена корзиночка со скрученными маленькими бумажками и карандаши.

— Древняя традиция. Считается, что если опустить в этот фонтан бутон цветка и загадать желание, то оно может исполниться, — поясняет дракон, кивнув на множество плавающих по воде цветов. В сердце каждого вложена маленькая зарисовка.

— Правда исполняются? Каким образом?

— Если бутон распускается, то желание сбудется, — Александр опускается на бортик фонтана. Взяв меня за руку, притягивает к себе.

Неожиданно для себя оказываюсь у него на коленях.

— А если цветок не распускается?

Скользнув взглядом по глади воды, замечаю, что на дне тоже есть цветы. Нераспустившиеся бутоны.

— Ааа, утонувший цветок означает отказ, — озвучиваю свой вывод, не дожидаясь ответа.

— Все верно.

— Как-то грустно…

— Это всего лишь легенда и традиция, которую чтят больше для развлечения, — пожимает плечами дракон.

Неожиданно он крепче прижимает меня к себе и проводит большим пальцем по моему животу, словно подбадривая.

От такой странной и вроде бы невинной ласки меня понимает. В лицо ударяет краска и я тут же вскакиваю с его колен.

Поймав на себе его взгляд — мне становится неудобно и я зачем-то хватаю бутон.

— Хочу попробовать. Вдруг сбудется. Итак… желание. Чего же я хочу? Чего?

Покусывая кончик миниатюрного карандашика, приседаю на корточки рядом с бортиком и раскручиваю бумажку на камне.

— Не подсматривайте, пожалуйста, — говорю Александру.

Наблюдая за мной, он усмехается и отворачивается, скрестив руки на груди.

На мгновение фокусируюсь на его плечах и том, как плотная ткань одежды очерчивает его мышцы, сглатываю и возвращаюсь к загадыванию желаний.

Я хочу для себя счастливый финал. Вдруг сработает.

Да, да, я именно это и хочу. Так и пишу.

— Готово! — радостно подсовываю записку под лепестки и бережно опускаю бутон на воду. — Момент истины. Пожелай мне удачи.

— Удачи, Уинтер.

Убираю руки и мой бутон проплывает немного, сталкивается с соседним цветком и на моих глазах тонет.

— Ч-что? — замираю, раскрыв рот. Мотаю головой. — Он просто столкнулся и поэтому утонул. Правда ведь?

Вытаскиваю новый бутон. На этот раз отправляю его поплавать подальше от остальных цветов, чтобы наверняка.

Моя магнолия ненадолго задерживается на воде, а затем…отправляется на дно.

Не может быть?

Я вдруг осознаю, что что-то внутри меня переворачивается и жалобно сжимается. Будто мир рушится на глазах.

Я пробую снова. И снова. Все бутоны тонут, так и не раскрывшись.

Глаза щиплет от слез. Почему?

Я не сдамся!

Я не хочу сдаваться. Всхлипываю.

На очередную записку падает несколько капель и текст размывается.

— Последняя попытка, вдруг? Пожалуйста…

Смотрю на звездное небо и часто моргаю, чтобы прогнать слезы. Руки дрожат, кажется, я сейчас сломаю этот злосчастный бутон.

— Уинтер! — ладони Александра опускаются на мои, сжимающие магнолию.

— А? — вскидываю голову. Встречаюсь с его глазами. В них царит такой мрак, что я содрогаюсь.

Представляю себе, что он сейчас видит. Заплаканную дурочку, которая надеется на чудо. Наверное он считает, что я «заказала» у фонтана новую шляпку, туфли или прочие глупости.

Вряд ли он понимает, как я просто хочу выжить.

Я вздрагиваю от прикосновения его руки к моему лицу. Большим пальцем он стирает мои слезы. В этот момент я забываю как дышать.

А затем, он забирает у меня из рук бутон и опустившись на корточки, плавно погружает его в воду.

Параллельно он словно что-то шепчет и бутон задерживается на воде.

Проходит секунда. Вторая. Цветок не тонет.

— Но это же не честно. Это ваша магия. Мое желание все равно не сбудется.

— Эти цветы тоже поддерживает магия, Уинтер, — мягко улыбается мужчина, указывая на остальные магнолии. — Я говорил, что это всего лишь традиция для развлечения. К тому же, твой бутон еще может раскрыться. Дай ему время.

Грустно смотрю на помятые и поцарапанные от моих нерв плотно сжатые лепестки. Некрасиво шмыгаю носом и Александр протягивает мне платок.

Громкий мелодичный сигнал разносится по саду.

— Что это? — оборачиваюсь на выход из сада. Там образовалась суматоха.

— Начало торжества.

Глава 37

Мы идем через нарядную залу, к выходу на основную площадку. Звенят бокалы, доносится веселый заливистый смех и мелодичный горн. За широкими дверями веки опаляют яркие вспышки мерцающего купола. Кто-то аплодирует. Кто-то, отступая на шаг, бросает в мою сторону недовольный взгляд.

Останавливаюсь рядом с праздничным постаментом. Там расположились советник с императором, готовясь начать праздник.

Скольжу взглядом по ступенькам, украшениям, выдыхаю.

Перо снова обжигает мою ногу.

Александр внезапно отпускает мою руку. Шепчет на ухо:

— Я скоро.

Скоро?

Поворачиваю голову.

Гуго мрачной тенью стоит в стороне в ожидании.

Сердце почему-то неспокойно ускоряет свой бег.

Император медленно поднимает руку, гости затихают.

Физически чувствую, как город за куполом притаившись ждет.

Беспокойство во мне разрастается и дышит своими колючими щупальцами.

Подхватываю с подноса проходящего официанта бокал прохладного пунша. С первым глотком мне становится душно. Возвращаюсь обратно.

Боковым зрением замечаю Валери. Она близко, в двух шагах.

С очередным тяжелым вдохом приближаюсь к ней.

Речь императора разносится громким эхом и в ней тонет голос Валери:

— Что тебе нужно?

— Валери, можно вопрос? — я наклоняюсь