Излечи мою душу - Кэрри Лейтон

Там меня ждал сюрприз: запасная одежда в рюкзаке промокла. Как я могла не проверить, что бутылка с водой плотно закрыта? Хорошо хоть книги с собой не взяла. И плохо, что придется возвращаться домой в форме чирлидерши.

Я надела куртку, распустила надоевшие косы и поднялась в зал. Смена закончилась, осталось только выбросить мусор. С мешком в руках я прошла мимо Томаса и предупредила:

– Я быстро.

– Давай помогу.

Он попытался встать, но я его остановила:

– Не надо, ты на ногах еле стоишь.

Не дав ему что-то ответить, я выскользнула из паба. Холодный воздух напомнил, что я практически голая. На парковке скучал черный внедорожник. Наверняка машина Томаса. Вся такая блестящая, будто только что из автосалона. Если я ее поцарапаю, значит, Томас это заслужил.

Ну зачем мне все это? Неужели мало неприятностей на сегодня? Но раз уж пообещала…

– Пойдем, – потормошила я Томаса.

Сказать хотела строго, а получилось слащаво…

– Ты уходишь с работы в таком виде? – Томас с неодобрением посмотрел на мою форму.

– Выбора нет. Сменная одежда промокла, – я кивнула на рюкзак.

Ухватив Томаса под локоть, я помогла ему встать. Его шатало, так что пришлось закинуть мускулистую руку себе на плечо для опоры.

– Ты дурак, Томас. Ну зачем доводить себя до такого состояния? – во мне одновременно говорили гнев и жалость. Видеть Томаса таким было неприятно.

– Однажды на вечеринке я встретил приличную девушку, которая выпила алкоголя больше, чем крови в ее теле. И за слова, что она глупая, чуть не получил кулаком, – прошептал он мне на ухо, напоминая о ночи, когда я напилась у Мэтта.

Что ж, 1:1.

– Значит, мы оба глупые, – подытожила я, сдерживая смех.

Томас прижался щекой к моей макушке и пробормотал что-то нечленораздельное.

До машины мы добрались с трудом. Я загрузила Томаса в салон и потянулась за ремнем безопасности.

– Ты всегда такая осторожная… – поддразнил он с кривоватой улыбкой.

Даже пьяный, он все равно был неотразим.

– Осторожность никогда не бывает лишней, – я повернула голову и оказалась в нескольких сантиметрах от его лица.

– Согласен. Почему бы тебе не остаться в этом положении и не убедиться, что машина в полной… безопасности? – чувственно прошептал он и подмигнул.

Что? Смысл его слов до меня дошел не сразу, а когда все-таки дошел, я отпрянула и ударилась об арку крыши.

– Ой! – я поморщилась и потерла голову.

Томас расхохотался.

– Да ты извращенец! – я ткнула кулаком ему в плечо.

Обойдя машину, я села на водительское место и осмотрелась. Между ступнями и педалями мог проехать грузовик. Я подвинула кресло ближе и немного подняла, подправила боковые зеркала.

– Ты ломаешь мои настройки! – запротестовал Томас.

Послушайте его… Переживает за свои настройки!

– Может, в следующий раз подумаешь дважды, прежде чем напиваться в пабе, где я работаю.

Он не ответил, закрыл глаза и прислонился головой к приоткрытому окну. Я положила конфеты Логана в бардачок и заметила, что Томас косо на них посмотрел.

– Кто тебе их дал?

– Логан.

Раздался гневный выдох, и татуированная рука метнулась к бардачку. Я испугалась, что коробка сейчас вылетит в окно. Но Томас просто повертел ее в руках.

– Карамель… – буркнул он. – Твой дружок ни черта не понимает в сладостях.

Томас открыл коробку и без разрешения взял одну конфету.

– Эй!

– Что?

– Он купил их для меня.

– Я отправлю ему письменные извинения.

Насвистывая, Томас взял вторую конфету.

– Ты же намекнул, что они отстой?

– Мне нужен сахар.

Конечно, конечно. Врун!

Со злобным самодовольством Томас уничтожал одну конфету за другой. Меня буквально трясло от возмущения: он словно глумился над чужим подарком. Но спорить я не стала: в конце концов, Томас пьян – что с него взять?

Машина мягко ехала по пустым улицам.

– Несс, тебе нужно кое-что знать, – пробормотал Томас. – И это тебя разозлит.

Я продолжала следить за дорогой.

– Что?

– Пока ты спала сегодня… этот идиот все звонил и звонил…

Мне хватило пары секунд, чтобы понять, что он собирается сказать. Я резко затормозила, и машину занесло.

– Какого черта?! Ты спятила?! – Томас побледнел и оглянулся на дорогу. – В нас мог кто-нибудь въехать! Вылезай, ты ужасный водитель! Я сам поведу.

Он отстегнул ремень безопасности и хотел выйти из машины, но я заблокировала двери.

– Не смей вставать с этого чертова сиденья, Томас!

Мой крик ошеломил его. Но это было только начало. Меня раздирал гнев, я приблизилась к Томасу и прошипела:

– То есть ты посмел взять мой телефон?!

– Да, я же говорю…

Он замолк, и я поморгала, пытаясь осознать услышанное.

– Ты… ты… ты же шутишь. Скажи, что шутишь! Ты сбрасывал звонки моего парня, пока я спала? Что с тобой не так?

– Я не знаю, почему это сделал, ясно? – буркнул Томас, скрипнув зубами.

Он раздражен? Да как он смеет?!

В меня вселилась слепая ярость. Я отстегнула ремень безопасности, залезла к Томасу на колени и принялась колотить его в грудь кулаками.

– Какого черта, прекрати!

– Нет, не прекращу! Ты больной! Высокомерный! Одержимый! Кем ты, черт возьми, себя возомнил, а?! Сбрасываешь звонки на моем телефоне, угрожаешь Логану, разбиваешь ему лицо!

Я ударила снова, и Томас попытался схватить меня за запястья. Неудачно. Сказывался выпитый алкоголь.

– Возьми себя в руки! Ты слишком остро реагируешь!

Так и есть. Потому что схожу с ума из-за тебя!

– Почему ты это сделал? – прокричала я, снова замахиваясь.

Ударить в этот раз не смогла: Томас все же поймал мои руки и завел их за спину.

– Потому что не могу видеть тебя с ним. Я не могу видеть тебя ни с кем.

Он прошептал это признание в сантиметре от моих губ. Я затаила дыхание, но Томас отпустил меня и откинулся на сиденье.

Что он хотел сказать? Я потерла лицо и убрала волосы за уши. И тут поняла, что в порыве гнева села на Томаса… и его руки сейчас лежали на моих бедрах. А его взгляд… От искрящегося в нем желания по мне побежали мурашки, а в животе появились бабочки, которых умел вызвать только Томас.

Я знаю, что сейчас произойдет. Но нет. Не допущу этого. Мы же друзья…

– Не делай этого.

– Чего не делать? – с вызовом спросил он, включая обычного наглого Томаса, и провел пальцами по моей обнаженной ноге.

– Не целуй меня. Не трогай меня. Ты пьян и явно чем-то взбешен. Не используй меня как отдушину, как способ выпустить пар. Ты волен так поступать с другими, но