Горничная для миллионера - Натали Тимина

Помню, как когда-то не мог сомкнуть глаз, если нянька не справлялась с Тасей, когда она была совсем крошкой. Тогда я, измученный, но счастливый, качал её до рассвета, чувствуя, как крошечная ладонь цепляется за мой палец… А теперь — пять младенцев сразу.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Что меня ждёт впереди? С одним ребёнком было нелегко, а тут целая орава! Пять голосов, пять характеров, пять разных судеб, свалившихся на мои плечи разом.

Похоже, пора мне кончать с производством своих головастиков. В ближайшие три года мне точно не видать покоя. А потом, пожалуй, я уже окончательно состарюсь — и сил на новые подвиги просто не останется.

* * *

Николай Станиславович.

Твою ж дивизию!.. На кой черт мне такое счастье в шестьдесят пять лет? — подумал я с лёгкой дрожью в голосе. — Аж сразу пять внуков в один день! Вот ведь сынок подкинул мне на старости лет такое чудо. Эх… а его Лина — просто волшебство! А ведь она ещё сама ребёнок! Как она выдержит всё это, имея уже на попечении своего семилетнего брата?

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Эта чертовка мне нравится неимоверно! У нас с сыном всегда были одинаковые вкусы на женщин. Многие девушки и женщины, знакомясь со мной, когда их сын приводил их к нам домой, сразу же падали ко мне в ноги и пытались меня соблазнить. Но я быстро отправлял их на «три советские буквы» — в прямом смысле слова — в дальнее самостоятельное плавание, а затем докладывал сыну о его очередной пассии, прилагая к рассказу свой компромат.

В такие моменты мне всегда было жалко жену. Хотя, если уж на то пошло, я ей никогда не изменял. Может, именно поэтому она до сих пор со мной живёт, спустя более сорока лет нашего брака. Да, я ещё тот козёл! И все думают, что я «ходок» налево, но нет. Я слишком люблю и уважаю свою жену. Поэтому я лишь делал вид, что изменяю, но на самом деле у меня никогда не было ни одной любовницы с тех пор, как я женился на ней. Она — моя жизнь!..

И я искренне надеюсь, что Лина станет для моего сына тем же самым — опорой, настоящей женщиной, а не мимолётной страстью. Пусть она будет для него тем, кем я всегда хотел быть для своей жены: надёжной, честной и любимой.

Поначалу мне Марина нравилась своей размеренностью и уравновешенностью — казалось, в ней нет ни одной лишней эмоции. Но вскоре после их свадьбы я заметил: и она начала подбивать клинья ко мне. Это в итоге полностью разрушило жизнь моего сына. Чуть позже он стал на меня проверять женщин, с которыми встречался: многие из них косяком отворачивались при встрече со мной — и исчезали так же быстро, как появились.

А тут появилась Лина — настоящее чудо природы. Я порву любого за неё, даже сына. Эта девочка чиста душой и сердцем, откровенна как никто из тех, кого мне доводилось встречать за всю жизнь. За неё я готов горой встать. Сын получит от меня по полной программе, если будет с ней обходиться недостойно — особенно сейчас, пока она лежит в больнице со всеми детьми. Несмотря на то что ей выделили VIP-палату, она там как будто одна — и рядом с ней целых пять младенцев: не один, не два — а сразу пять! Блядь… Когда я был молод, мы с женой всецело вкладывались в развитие своих детей, тащили на себе многое. А что сейчас будет с Линой? Ей всего девятнадцать, и мысли об этом гложут меня до основания.

Твою ж мать! Без мата тут не обойтись… Как же им помочь организовать всё, чтобы между собой не переругались — имею в виду сына и невестку? Одно дело — приезжать время от времени понянчиться, другое — справляться с пятёрней ежедневно. Но я так просто не сдамся: я помогу нашей девочке всем, чем смогу. Пусть знает — у неё есть опора.

— Люся, — выпалил я, придя домой после утомительного дня, — мы переезжаем к нашим детям.

Я сказал это твердо, без раздумий: хватит чужих слов и промедлений, пора действовать, быть рядом и поддерживать тех, кто в этом нуждается сильнее всего.

— Спасибо тебе, милый, — ответила она, и в её голосе дрогнула радость. — Я как раз собиралась предложить то же самое.

Мы переглянулись — и в этом взгляде было столько решимости, сколько не хватало за все года, что мы прожили вместе. Я знал: вместе мы справимся со всем.

Я с удивлением смотрел на жену — она никогда так со мной не разговаривала, по крайней мере в последние лет шестнадцать. С тех пор, как возник конфликт с Мариной: будучи беременной от моего сына, она вцепилась мне в шею, и Люся застукала нас тогда — отношения уже не были прежними.

— Ты правда согласна на это? — спросил я, не веря своим ушам.

— А ты как думал? — ответила она. — Ты забыл, что я тебе говорила? Вспомни, как по-молодости я обещала, что хочу хотя бы пять детей. У нас этого не получилось, а тут судьба сама подбрасывает шанс.

— Ох, как же я тебя люблю, моя жёнушка, — выдавил я, прижимая Люсю и укладывая её на кровать.

— Отстань ты, старый хрыч! — рассмеялась она.

— Да не старый я совсем, — парировал я, — проведи рукой — и убедишься сама.

Мы расхохотались и залезли под одеяло, наслаждаясь минутой близости, как будто мир вокруг на время перестал существовать. Но утром предстоял нелёгкий разговор со всеми детьми. Я планировал подключить и Вику — только бы она хоть как-то прониклась к племянникам и племянницам. Моя дочь, к сожалению, оказалась бесплодной, но кто знает: жизнь непредсказуема, и, может, у неё ещё всё изменится, стоит только захотеть.

Как же это всё организовать? Первое, что пришло в голову — свести Вику с Линой, ведь между ними уже завязалась дружба, и моя дочь успела проникнуться к невестке. Но как удержать это сейчас? После родов Лина наверняка будет как на грани: целых пять младенцев — нормальный человек этого не выдержит. И в доме постоянно будет ходить множество посторонних людей. Как настроить всех так, чтобы