Блестящая партия - Джулиана Маклейн

Марион сделала несколько шагов назад, как будто ее толкнули в грудь.

– Вы лжете!

– Зачем мне приходить к вам среди ночи и выдумывать такие вещи? – Софи старалась говорить как можно спокойнее.

– Но этого не может быть! Пьер – ее сводный брат! – Марион прикрыла рот рукой. Казалось, она вот-вот потеряет сознание.

– Откуда у вас такая уверенность в том, что этот человек – сын вашего мужа? Он, пока гостил здесь, хоть раз разговаривал с вами, говорил о том, кем является, намекал ли на шантаж?

– Нет, ни разу. Более того, он вел себя так, как будто даже не знал, кто я такая.

Поставив лампу на стол, Софи попыталась рассуждать разумно:

– Может быть, он сам не имеет представления о своих родственных связях? Возможно, Женевьева никогда не рассказывала ему правду?

– Нет, он должен был знать.

– Тогда зачем бы он стал целовать Лили, зная, что она его сестра?

– Так он целовал ее? Боже милосердный! – Марион без сил опустилась на кровать, и Софи присела рядом.

– Могу я чем-нибудь помочь? Может быть, дать вам воды или позвонить, чтобы принесли чаю?

– Нет-нет, не надо никого звать. Я не хочу, чтобы кто-нибудь видел меня в таком состоянии. Он целовал ее! Вы в этом уверены? – не переставала допытываться Марион.

– Лили сама мне сказала. Она не отдает себе отчета в том, что делает, и мы можем только надеяться, что он тоже этого не понимает. Но страшно подумать, что произойдет, если...

Марион помахала рукой, как будто умоляя Софи замолчать.

– Тогда это погубит всех нас! Но что мы можем сделать?

– То, что вы должны были сделать много лет назад. Расскажите все сыну – он найдет способ, как с этим справиться.

Лицо Марион сморщилось, и она, не выдержав, начала всхлипывать.

– Я не могу сказать ему...

– Но почему?

– Потому что я слишком долго скрывала это от него. Джеймс ничего не знает ни о тайном браке отца, ни о том, что он, возможно, не настоящий наследник герцогства; он станет презирать меня за то, что я ему не рассказала этого раньше.

Софи не хотелось упоминать о том, что отношения между сыном и матерью и без того не были безоблачными.

– Он будет презирать вас еще больше, если вы сохраните все в секрете, особенно теперь, когда Лили находится в опасности. Вы обязательно должны рассказать ему все. Хотя бы для блага родной дочери.

Марион отвернулась и долго смотрела в темное окно.

– Надо найти какой-то другой способ, – наконец сказала она.

Взяв свекровь за плечи, Софи заставила ее посмотреть себе в глаза.

– Другого способа нет, и к тому же у нас совершенно нет времени. Планов было много, и вы видите, куда они вас привели. Ситуация вышла из-под контроля, что особенно опасно для Лили, и вы не можете больше справляться с этим одна. Джеймс – герцог, и он сильный мужчина. Он найдет способ, как справиться с этим.

– Вы действительно так думаете? – уже менее уверенным тоном спросила Марион.

– Я в этом уверена.

Марион покусала губу, словно опасаясь принять неверное решение.

– Хорошо, я скажу ему. Ради Лили. Но вы должны быть со мной во время этого разговора, потому что я не могу предвидеть его реакцию. Для Джеймса это будет невероятным шоком.

Кивнув, Софи помогла Марион подняться с кровати.

– Я знаю, что сейчас уже очень поздно, но нам нельзя медлить. Возможно, Джеймс захочет предпринять что-то как можно раньше.

Через несколько минут они уже стояли перед спальней Джеймса. В третий раз за эту ночь в замке раздался взволнованный стук.

– Джеймс, это я, Софи! Твоя мать тоже здесь. Нам нужно срочно поговорить с тобой.

Ответа не последовало, и Софи снова постучала:

– Джеймс, пожалуйста, открой!

Не дождавшись реакции мужа, Софи сама открыла дверь и, держа в руках лампу, перешагнула порог и огляделась.

Комната была пуста, кровать застелена, и ясно было, что в ней в эту ночь никто не спал.

Уже далеко за полночь Джеймс и Мартин вошли в свой лондонский дом. Слуги, предупрежденные телеграммой о том, что герцог c младшим братом приезжают в город, позаботились о багаже и всеми силами старались обеспечить хозяевам надлежащий прием.

Отдав пальто лакею, Джеймс жестом пригласил Мартина последовать за ним в кабинет, где сразу наполнил два стакана бренди.

– И для меня тоже? – удивленно спросил Мартин, принимая из рук брата стакан. – Что происходит, Джеймс? Ты совершенно неожиданно пригласил меня поехать с тобой в Лондон, даже не объяснив зачем, и ничего не говорил в поезде, а теперь предлагаешь мне пить с тобой бренди. Надеюсь, это не последний глоток перед тем, как отправить меня на виселицу?

Уставший, взволнованный, зная, что ему не удастся уснуть этой ночью, Джеймс все-таки улыбнулся младшему брату и чокнулся с ним.

– Нет, сегодня виселицы не предвидится. Хотя, признаюсь честно, мне приходила в голову такая мысль, когда я получил последнее письмо от тети Каролины.