Тайное увлечение - Джейн Арчер

– Слейт, давай ни о чем другом, кроме наслаждения, которое мы можем доставить друг другу, не будем думать.

Он опять поцеловал ее и приподнял, чтобы откинуть покрывало.

Теперь уже Рейвен запрокинула руки за голову, а Слейт зажал их большой и сильной ладонью. Потом он медленно, не спеша расстегнул крючки корсета, так что в ней снова забурлила кровь. Когда обнажилась ее грудь, он наклонился и взял в рот сначала один розовый сосок, потом – другой. Она стонала и извивалась под ним, сгорая от нестерпимого желания.

Наконец он стянул корсет и раздвинул ей ноги. Опустившись чуть ниже, он прикоснулся губами к горячим пульсирующим лепесткам.

– Слейт, – простонала она.

– Все еще думаешь, что я слишком высокий?

– Нет. Нет, пожалуйста…

Его язык проник глубоко во влажную мягкую плоть. Крепко прижимая ее руки к изголовью кровати одной рукой, а другой – лаская ее грудь, он наслаждался ее вкусом, запахом, сознанием того, что ему удалось разбудить скрытую в ней страсть.

– Все еще уверена? – настаивал Слейт.

Его тело блестело от пота. Он уже едва сдерживал свое собственное желание.

– Да, Слейт, ты просто идеал, и вовсе не слишком высокий.

– Наконец-то!

Он отпустил ее руки и, встав на колени у нее между ног, приподнял ее бедра и прикоснулся концом своей напряженной плоти к влажному, полураскрытому розовому бутону.

Рейвен попыталась заставить его войти глубже, но он потребовал:

– Нет. Посмотри на меня, Рейвен.

Она взглянула на него черными горящими глазами. Светлые спутанные волосы обрамляли ее пылающее лицо.

– Я хочу видеть твои глаза, когда я…

– Слейт, пожалуйста…

– Ты всегда прекрасна, но бываешь еще прекрасней, когда больше не сдерживаешь свою страсть.

С этими словами он толчком вошел в нее, так что она вздрогнула. Его глаза потемнели, и ей показалось, что его взгляд пронзил ее. Его движения были равномерными и сильными. Она обвила его ногами и поддалась этому ритму.

Толчки становились все сильнее и сильнее, так что ей пришлось уцепиться за прутья изголовья, чтобы удержаться на месте. Напряжение росло, их тела блестели от пота. Ощущения были так сильны, что Рейвен уже не понимала, что это – боль или наслаждение заставляют ее выгибаться в отчаянной мольбе поскорее привести ее к вершине.

Рейвен слышала стоны Слейта, все убыстрявшего ритм, и поняла, что он чувствует то же самое. Она выгнула спину ему навстречу, чтобы он смог наполнить ее до самого дна.

– Рейвен, – еле отдышавшись, заявил Слейт, – после того, что произошло, ты не можешь отрицать, что принадлежишь мне.

– Это ты – мой, – прошептала она в ответ. – Ты мой неистовый техасец.

– Это ты делаешь меня неистовым. С тобой я теряю всякий контроль над собой. Это удается только тебе.

– И только ты, Слейт…

– Ну, я ведь не против. Ни один мужчина не должен ни видеть тебя такой, ни прикасаться к тебе так, как я. И если этот чертов Сентрано вообразил, что у него есть право…

– Он не имеет к нам никакого отношения.

– Но он поедет с нами в одном поезде, а ты должна будешь его обслуживать.

– Я лишь буду подавать ему еду.

– Надеюсь, только это.

– Пассажиров будет немного, так что, возможно, его будет обслуживать Сейди.

– Это мне больше по душе. Или вы можете нанять Маргариту.

– Маргариту? – Рейвен подскочила.

– Конечно. Она же в городе. Разве ты не знала? Я видел ее, пока ждал тебя. Она скучает по Сан-Антонио. Я рассказал ей о «Монтесуме», и она сказала, что лучшего способа добраться домой ей не найти.

Рейвен ушам своим не верила.

– Маргарита собирается ехать с нами в одном поезде?

– Да. Неплохая идея, правда? Она может даже перед нами выступить.

– Неплохая идея? – Рейвен отползла от Слейта и натянула простыню до подбородка. – Как ты можешь говорить такое после того, что между нами произошло?

– О чем ты говоришь?

– Ты, должно быть, подумал, как приятно и удобно будет иметь обеих своих женщин на «Монтесуме». Но у меня есть для вас сюрприз, мистер Слейт Слейтон, и…

– Погоди минутку, – прервал ее Слейт. – Ты хочешь сказать, что думаешь, будто Маргарита и я…

– Любовники!

Он расхохотался, а Рейвен не на шутку разозлилась.

– Не сходи с ума, Рейвен. Это же смешно. Представляю, как смеялась бы Маргарита, услышав такое.

– Не сомневаюсь. А теперь, извини, мне надо одеться и уйти.

Слейт схватил ее за руку.

– Не торопись. Мы с Маргаритой друзья, я тебе уже об этом говорил. Мы не любовники. Можешь сама спросить ее об этом.

– Вы оба преступники. Почему я должна верить тебе или ей?

– С чего ты взяла, что Маргарита – преступница?

– А разве она не с тобой? Разве не у нее была твоя одежда?

Он молчал, хмуро глядя на Рейвен.

– А у тебя голова неплохо варит, Рейвен. Почти как у меня. Ты все подметила и сделала свои выводы. Знаешь, я иногда думаю, кто же ты на самом деле? Я уже привык думать о тебе как о девушке Харви и забываю, что ты жадная до денег янки, которая приехала сюда, чтобы найти своего дядю. Не могу понять, как я позволил тебе так завладеть всеми моими мыслями.

– А я скажу как. Ты все еще надеешься, что я выйду за тебя замуж, получу наследство моего дяди и стану богатой. А потом ты, возможно, меня убьешь и поделишься моими деньгами с Маргаритой.

– По-моему, ты хочешь меня оскорбить, Рейвен, и мне это не нравится.

– Оскорбить тебя? Ну, ты и нахал. А пригласить Маргариту поехать с нами в одном поезде? Ты не считаешь это оскорбительным для меня?

– Я же сказал, что она просто друг.

– Так же как Джереми Сентрано собирается стать моим другом. А теперь отпусти меня.

– Не отпущу, пока мы все не выясним.

– Нам нечего выяснять. Ты пытаешься меня использовать. – Рейвен почувствовала, что слезы режут ей глаза.

– Ничего подобного. Прошу тебя, поверь мне. – Он видел, что она вот-вот расплачется. – Маргарита мой друг. Сколько раз это повторять? Но давай заключим сделку: ты будешь держаться подальше от Сентрано, а я – от Маргариты. Идет?

– Ничего не выйдет. Мы все будем в одном и том же поезде.

– Я имел в виду, что мы с тобой будем держаться подальше от их постелей.