Сенатский гламур - Кристин Гор

После каждого кошмарного, маниакального Рождества я обещала себе, что начну готовить подарки заранее, чтобы больше не мучиться. Но все впустую. Обычно где-то за неделю до Рождества я пыталась научиться какому-нибудь рукоделию, чтобы наделать оригинальных подарков. В прошлом году это было вязание крючком. Разумеется, у меня ни разу не получилось что-нибудь приличное, но попыток я не оставляла. Я смотрела на календарь и думала, где бы найти гончарную мастерскую, чтобы поработать в ней дня два.

Несколько не слишком приятных звонков в местные художественные лавки — и я оставила мысль о гончарной мастерской. Но вечером умудрилась слепить вполне съедобных имбирных человечков — великое достижение. В последний рабочий день я раздала их друзьям и коллегам, а одного даже вручила Ральфу в приливе рождественского всепрощения. Он был очень тронут и моментально его сожрал.

Перед самолетом я вспомнила, что добровольно ныряю в информационную черную дыру, где не работает ни «Блэкберри», ни сотовый, ни, что самое ужасное, Интернет. Чего мне будет не хватать? Я час читала «Горячую линию» и «Заметку», смакуя новости о кампании, пока еще могу позволить себе такую роскошь.

Громкий скандал со Спирам изрядно перетряхнул гонку, его эхо еще звучало. После того как она отозвала свою кандидатуру, коллеги-кандидаты наговорили о ней много хорошего и заявили, что поддерживают ее. А сами тем временем устроили бешеную драку за ее старших сотрудников и основной электорат. Руководитель кампании подписал контракт с командой Брэмена, директор службы коммуникаций влился в ряды Рексфорда, а опытный политический консультант подключился к Уаю. Однако основные сборщики средств для Спирам, а также добровольцы и толпы сторонников пока скромничали, если верить новостям. Думаю, они не специально разыгрывали застенчивость; наверное, просто до сих пор не оправились от потрясения.

Ждут ли нас новые сюрпризы? До первых фракционных совещаний и предварительных выборов остался всего месяц. Я решила смотреть дома «Си-эн-эн», чтобы, насколько возможно, оставаться в курсе событий. И на мгновение позавидовала Аарону: его родственники сами приехали в Вашингтон, да еще всего на три дня. И как людям удается так все устроить? Надо взять несколько уроков. Я тут же устыдилась. Я радовалась, что увижу родителей, хорошо, что они всегда ждут меня дома, даже когда это не слишком удобно. Мне нравилось, что я кому-то нужна.

В качестве рождественского подарка Аарон прокатился со мной до аэропорта.

— Обещаю больше не теряться, — сказал он, когда мы остановились у поста охраны. — На всякий случай я купил запасной зарядник. Ты же знаешь, что между Рождеством и Новым годом я должен буду поехать в Нью-Хэмпшир?

Да, я знала. Я добывала копии расписания Брэмена, чтобы заранее готовиться к отлучкам Аарона. Я кивнула.

— Удачи, — нежно сказала я. — Тебе, а не Брэмену. Надеюсь, ему не повезет.

Аарон не обиделся на мою враждебность.

— Отважна, как всегда, — улыбнулся он и поцеловал меня на прощание. — Увидимся в новом году, детка.

Я вернула ему поцелуй и подумала, что он ни разу больше не называл меня «милой», после того как я подняла из-за этого шум. С тех пор он прочно остановился на «детке» или «малышке». Ну ладно, зато в других областях прогресс.

— Я люблю тебя, Сэмми, — сказал он, наклонившись близко-близко ко мне.

— Я на тебя подсела, — ответила я.

Судя по его лицу, он нашел мои слова очень романтичными и подходящими. Прекрасно — значит, сработало. Мне не пришлось лгать. Он не расстроился. Как только мы разошлись и я осталась одна у терминала, эта самая зависимость скрутила меня. Раньше я не начинала скучать по кому-нибудь так быстро. Надо отвлечься.

Я стояла у газетного стенда и изучала содержание зимнего сборника прозы журнала «Нью-Йоркер». Я обнаружила имя парня, с которым вместе училась в колледже, и вспомнила, что он занимался литературой. Ну надо же. Его рассказ назывался «Леди с бумажным пакетом». Похоже, это дебют. Как интересно. Мой кошелек почти опустел после набега на магазины, но несколько купюр наверняка завалялось.

Около кассы выяснилось, что мне не хватает семидесяти пяти центов.

— Боже, простите, кажется, у меня не хватает, — сказала я хмурой женщине, обшарив сумку в поисках заблудившейся мелочи.

Я кожей чувствовала нетерпение очереди, которая выстроилась за мной, и очень не хотела оборачиваться. А еще я вспомнила о маленьком потайном кармашке, в котором может скрываться мелочь.

— Погодите секунду, еще один кармашек, — улыбнулась я продавщице. — Знаете, иногда делают такие маленькие потайные кармашки. Однажды я решила, что потеряла ключ, и нашла его через восемь месяцев в потайном кармашке сумки. Другой сумки, не этой…

— Мне надо успеть на самолет, — едко заметила женщина из конца очереди.

— Все-таки не хватает, — робко произнесла я.

— Вот семьдесят пять центов, — раздался знакомый голос, и спасительная рука уронила мелочь в ладонь продавщицы.

— Слава богу, — сказала женщина у меня за спиной.

Я вышла из разъяренной очереди и повернулась к Чарли Лотону. Он стоял передо мной, не улыбался, но смотрел доброжелательно.

— Поздравляю с праздниками, — сказал он. — Хороший сборник.

И пошел прочь.

— Постойте, — окликнула я, не зная, что делать.

Он обернулся.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Возможно, меня осенил дух Рождества, или я просто перенервничала из-за лихорадочных поисков мелочи, но привычной волны отвращения к нему не было. Я научилась прощать? Мой учитель из воскресной школы гордился бы мной.

Чарли начал что-то говорить.

— Заканчивается посадка на рейс двести семьдесят три до Бостона, — прервал его холеный голос из репродуктора.

— Это мой, — сказал он. — Мне пора. До встречи.

— До встречи, — ответила я, и он быстро ушел.

Я ждала, пока самолет тронется с места, жалела, что опять сижу на среднем сиденье, и размышляла о новом отношении к Чарли Лотону. Если подумать хорошенько, я все еще ненавижу его, но почему-то эта ненависть стала далекой и полузабытой. Может, с тех пор я поняла, что могло быть и хуже, а может, так довольна жизнью, что это предательство больше не задевает меня. Или, чтобы купить мое прощение, нужен был всего лишь зимний сборник прозы. Не знаю. Я не успела толком запутаться в этой загадке, потому что зажужжал «Блэкберри». Я проверила его тайком — уже пора было выключить все электронные устройства.

Кому: Саманта Джойс [[email protected]]

От: Аарон Драйвер [[email protected]]

Тема: Re: Самое прекрасное свидание на свете

было с тобой полгода назад, пришел домой и нашел твой волос на подушке. я скучаю по тебе, люблю тебя, желаю тебе приятного и безопасного полета, твой а.