Лето диких цветов - Кэтрин Тейлор

Саймон молчал. Он, как обычно, открыл перед Роуз переднюю дверь машины, а сам сел за руль. Но, сказав, что отвезет ее домой, Саймон больше ничего не произнес, лишь вел «мерседес» по запруженным лондонским улицам.

– Саймон? – осторожно окликнула его Роуз, не в силах выдержать это безмолвие.

Он повернулся к ней, и она заметила по его глазам, что разочарование не прошло. Так он смотрел на Роуз с тех пор, как она во всем призналась ему в ресторане. Словно они были чужие. И от этого было так больно, как она не могла себе представить даже в самых страшных фантазиях. Если бы он хотя бы в чем-то упрекнул ее, Роуз могла бы оправдаться. Но Саймон только заплатил по счету, и они вышли из ресторана.

– Мне очень жаль, – сказала она снова. – Я хотела тебе рассказать об этом, но не знала как. С тобой было так хорошо, но ты говорил, что ты не знаешь, как вести себя с детьми…

– Ах, значит, это я виноват в том, что ты мне соврала? – выпалил он. – В том, что ты не доверяла мне и заставила поверить, что ты совсем другая?

Роуз сглотнула ком в горле.

– А ты захотел бы увидеть меня еще раз, если бы я с самого начала призналась, что у меня трое детей?

Саймон так на нее взглянул, что опасения Роуз подтвердились: она правильно оценила тогда свои шансы.

– Это тебя отпугнуло бы, признайся. Ты просто вычеркнул бы меня из списка и с удовольствием проводил бы время с красивыми, ничем не обремененными «благотворительными» дочками. – Она покачала головой. – А вообще-то я не другая. Я Роуз, живу в Корнуолле и зарабатываю деньги тем, что шью платья по собственным эскизам. Просто я еще и мать ко всему прочему.

– Ко всему прочему? – фыркнул он. – Ты не считаешь, что это основной пункт?

– Конечно, – ответила Роуз. – Но откуда мне было знать, что ты действительно захочешь серьезных отношений? У нас ведь сначала был просто флирт. Я думала, мы проведем несколько дней вместе, а потом каждый пойдет своей дорогой. Я не рассчитывала, что влюблюсь в тебя.

Саймон помрачнел.

– Значит, ты не хотела остаться со мной?

– Нет. Я хотела. И даже очень. Но я не могла представить, что ты легко воспримешь правду, – созналась она и почувствовала, что ее поймали на горячем.

Роуз только сейчас стало ясно: она действительно не принимала во внимание тот факт, что они могут завязать серьезные отношения. Это была красивая мечта, но в ее осуществление не верилось.

– И я оказалась права, – печально добавила она.

Саймон так резко повернул на следующем перекрестке, что Роуз пришлось вцепиться в сиденье, чтобы ее не прижало к двери.

– Проблема прежде всего в том, что ты мне не доверяла. Мы были так близки. Мне казалось, я тебя знаю. Но…

– Но что? – настаивала Роуз, потому что Саймон не закончил фразу.

Он покачал головой.

– Я не так себе это представлял.

Роуз ощутила, как боль, все время сдавливавшая грудь, переросла в бессильную злобу.

Она понимала, что совершила ошибку: нужно было рассказать ему правду. Но проблема заключалась не в этом, а в том, что теперь Саймон больше не желал подпускать ее к себе. Он пошел на попятную, хотя только что уверял Роуз, что будет бороться за их отношения. Но, видимо, лишь на своих условиях, а не на тех, которые она ему предложила.

– Правда? А как же все должно было произойти? – с сарказмом спросила она. – Если бы у меня оказалось двое детей, то все было бы нормально? Или даже один уже слишком напрягает тебя?

– Да, черт возьми, это меня напрягает! – в ярости крикнул Саймон и резко свернул на въезд к особняку. В доме свет не горел, но наружные фонари автоматически зажглись, после того как он остановил машину позади кабриолета.

Когда Саймон снова повернулся к Роуз, его злость прошла, а на лице отразилась беспомощность.

– Разве ты не понимаешь, Роуз? Я думал, что с нами случится нечто особенное. Что-то, чего еще никогда не происходило со мной. Я вдруг даже смог представить, что создам с тобой семью. А потом я узнаю, что у тебя уже есть семья. И как я должен себя чувствовать после этого?