Соседи через стенку - Елена Рейн

Боль и обида разрывали сердце. Чувствовала, что сейчас разревусь, но не желала этого делать при нем. Тихо, подавляя в себе желание громко крикнуть и разреветься, спокойно произнесла:

– Вот и решили. Все кончено. Уходи.

– Елена, – уже спокойней сказал Тимофей.

– Я сказала: пошел вон. Выйди отсюда. Я не хочу тебя видеть. Ищи милую и послушную девушку. Светлана будет счастлива. И больше не подходи ко мне никогда! – закричала я.

– Отлично. Не напрашиваюсь, когда не нужен, – произнес мужчина и направился из зала в коридор.

– Да, не нужен. Дверь знаешь где, – уже хрипела я, мгновенно сорвавшись за ним, чтобы выкрикнуть последние слова. – Ненавижу тебя.

Как только он ушел, я с силой захлопнула дверь и закрыла на ключ, а потом пошла в зал. Легла на диван и разревелась.

***

На следующий день я встала очень рано, чтобы уехать вперед Тимофея в университет и не видеть его. Приняла душ, попила кофе и, надев черные джинсы и красную куртку, вышла из дома.

Старалась не думать о вчерашнем, но как тут не думать, когда третья пара – физкультура. Была как на иголках и почти не слушала Настю.

– Лен, что случилось? – спросила подруга, надевая спортивную форму перед занятием.

– Со своим рассталась, – спокойно сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

– Ленка, ты сдурела? Вы же идеально подходите друг другу. Да я даже не представляю…

– Настюша, милая, а давай без этого. Мне сейчас и так погано, а ты, видно, решила добить.

Подруга вздохнула и произнесла:

– Отлично, не буду. Это из-за подружек?

– Да, – выдавила я, уже полностью одевшись и дожидаясь вечно медлительную Настю.

– Так и подумала.

– А твой что сказал?

– Разрешил, но всю ночь по-медвежьи показывал, что он единственный, и предупреждал, чтобы я ни на кого не смотрела.

Сглотнула, стараясь не завидовать подруге. А горечь так и жгла. Да, у нас с Тимофеем такого не будет. Слишком мы с Тимой взрывные в отличие от Димы и Насти.

– Пойдем, Насть. Надо как-то пережить физру.

– Держись, я с тобой, – весело сказала подруга, потрепав меня за мою твердо уложенную в виде корзинки косу.

Что говорить, Тимофей Дмитриевич был сегодня как никогда разъярен и требователен. Я старалась делать вид, что меня ничего не волнует, а на самом деле все клокотало в груди.

Когда наконец-то нам позволили играть в волейбол, ко мне вплотную подошел Олежек и тихо спросил:

– Лен, у тебя все нормально? Как-то ты плохо выглядишь, да и твой как с цепи сорвался.

Я вынужденно улыбнулась, давая понять, что счастлива и довольна, но тут же услышала рычащий голос разъяренного физрука:

– Финсова и Подкойнов, прекратили разговоры. Играем.

Посмотрела на Тиму и встретилась с его гневным взглядом, которым он просто убивал. Пришлось отвернуться и играть дальше. Как раз была моя подача, но я со злости кинула мяч в стену, аут.

Все недовольно замычали, а я, не выдержав, громко спросила:

– Тимофей Дмитриевич, можно выйти? Плохо себя чувствую.

Недовольство мной и понимание, что я обманываю, прямо-таки взбесило дракона, и он прорычал:

– Что, так плохо?

– Естественно, – сказала я, показывая взглядом, что плохо мне от его присутствия.

Мой мужчина сжал руки в кулаки и произнес:

– Свободна.

Я пошла к выходу и, проходя мимо Тимы, почти вежливо процедила:

– Спасибо.

Чувствовала его обжигающий взгляд, но старалась идти прямо и не поворачиваться. Как только переоделась и вышла из зала, чуть не налетела на преподшу Светлану Николаевну, с хищным выражением лица и в коротком черном платье направлявшуюся к физруку. Вот змея!

– Ой, Лена, а у вас там пара? – невинно уточнила женщина.

– Да, – выдавила я из себя.

«Мне экзамен сдавать. Да, черт возьми, мне экзамен у нее сдавать. Сейчас у меня будет ее пара… И к тому же мы расстались с Тимофеем. Все кончено. Меня это не волнует. Тогда почему я смотрю на ее волосы в надежде повыдергать?!»

– А уже все разошлись? – пролепетала преподавательница.

– Нет, я плохо себя чувствую.

– Ой, да? Леночка, тогда ты можешь не идти на мою пару, отпускаю тебя.

– Спасибо, – пробубнила я и пошла к выходу. Не удержавшись, повернулась и посмотрела на соперницу, которая поправляла грудь и платье, перед тем как зайти в спортивный зал.

Господи, как же хочется вернуться и оттащить ее от двери, которую она открыла и, виляя задом, вошла внутрь. Змея.

Психуя на себя и всех, я в бешенстве направилась к байку. Завела и больше трех часов каталась по дорогам, пытаясь успокоиться. Но спокойствие никак не наступало, только ревность кипела с невероятной силой, отчего я готова была выть.

«Я справлюсь… Да, я же умница и сильная девочка. Пипец, своего мужика потеряла. И не просто мужика, а мужчину, в которого по уши втюрилась… И что делать? Остыть. Остыть и подумать. А потом действовать».