Горец-варвар - Ханна Хауэлл

Старая Мэг и Кривая Кошка переглянулись и весело рассмеялись.

Разглядывая свои платья, Сесилия то и дело хмурилась. Платья были разбросаны по всей комнате; дядюшка проявил большую щедрость, отдав племяннице наряды, оставшиеся после его покойных жен. Правда, почти все они требовали некоторой переделки, а до свадьбы оставалось совсем немного времени. Наконец Сесилия отложила большую часть платьев – ни одной нормальной женщине не пришло бы в голову надеть такие на собственную свадьбу, – и осталось совсем немного нарядов, то есть можно было спокойно выбирать.

В конце концов, она остановила свой выбор на простеньком зеленом платье. Сесилия положила его на кровать, а все остальные сложила обратно в сундук. В этом скромном одеянии было довольно трудно выглядеть несравненной и неотразимой – но разве это имело какое-то значение? Правда, в Данбарне ее ждало богатое приданое. Но даже если бы оно сейчас оказалось в ее распоряжении, Сесилия не смогла бы надеть платье, сшитое для ее венчания с другим мужчиной. Это всегда считалось плохой приметой, и такая оплошность могла бы навлечь несчастья на ее голову. А ей хотелось счастья и удачи в семейной жизни.

Сесилия прошлась по комнате, затем взглянула на маленькую коробочку, которую привез ей Беннет. В коробочке находился свадебный подарок от матери Артана – изящная гранатовая подвеска. Щедрость свекрови восхитила ее. Ей хотелось как можно скорее познакомиться со своими новыми родственниками, хотя она немного робела при мысли об этой встрече. Судя по словам Артана, у него была большая, веселая и дружная семья. Сесилия долго размышляла на эту тему и пришла к выводу, что представления не имеет о том, как нужно себя вести, общаясь с такими людьми. Положа руку на сердце Сесилия готова была признать, что понятия не имеет, как вести себя с любыми людьми – ведь в Данбарне она вела чрезвычайно замкнутый образ жизни.

Вынув подвеску из коробочки, Сесилия сначала долго ею любовалась. Она прекрасно понимала: подвеска очень дорога ей еще и потому, что это подарок. А ей никогда раньше не дарили подарков. К коробочке была приложена записка с поздравлениями от матери Артана и ласковыми материнскими напутствиями молодой жене ее сына. Записка этой женщины наполнила сердце Сесилии теплом и растрогала до слез.

Смахнув с ресниц слезинки, Сесилия убрала письмо. Она решила, что наденет на свадьбу подарок матери Артана, и будет носить его с гордостью.

– Не понимаю, почему я должна распустить волосы, – пробормотала Сесилия. Она сидела на стуле, а Кривая Кошка энергично расчесывала гребнем ее спутанные пряди.

– Ты ведь была девственницей, когда вышла замуж?

– Само собой разумеется.

– Никакой речи о том, что это само собой разумеется, малышка. Все меньше и меньше девушек остаются девственницами до вступления в брак.

– Все равно это не означает, что я должна была нарушить традицию.

– До своего замужества ты была девственницей. Теперь тебя ждет венчание по церковному обряду. Это то же самое, что и раньше, только на сей раз о том, что ты замужем, тебе сообщит священник. – Кривая Кошка внимательно посмотрела на молодую женщину. – Ты смеешься?

– Нет, конечно же, нет. Делай что хочешь с моими волосами. Распустить так распустить.

– Это зеленое платье очень идет к твоим рыжим волосам.

Тут пришла Мэг, и Сесилия распрощалась с мыслью о том, что ее мнение по какому-либо поводу будет учитываться. Но вскоре женщины закончили готовить ее к церемонии, и Сесилия вынуждена была признать, что они на славу постарались – даже прическа ее уже не волновала.

Но ей очень не хватало отца… Сесилии хотелось, чтобы он сейчас увидел свою дочь – такую ослепительную в наряде невесты – и подвел к Артану, чтобы тот повел ее к алтарю.

Сесилия утешала себя тем, что у нее был любящий дядюшка Ангус. Он часто называл ее «доченькой», и она ничего не имела против – ведь Ангус был самым близким ее родственником.

Когда дядюшка вошел в Большой зал и пошел ей навстречу, Сесилия не удержалась от улыбки. Несмотря на преклонный возраст, Ангус был бодрым и сильным мужчиной. Все женщины, находившиеся в этот момент в зале, мгновенно повернули головы и обратили на него свои взоры. Но затем в Большой зал вошел Артан – и в тот же миг приковал к себе внимание всех представительниц прекрасного пола. Сесилия же невольно нахмурилась. Ей вдруг захотелось, чтобы был принят закон, строго-настрого запрещающий глазеть на свадьбе на чужих женихов. И этот же закон должен был гласить: если какая-либо из женщин ослушается, невеста может сама выбрать для провинившейся жестокое наказание, к примеру – высыпать ей на голову коробку с пауками.

Придумав столь строгое наказание, Сесилия успокоилась и улыбнулась Артану. Никогда еще он не выглядел таким неотразимым красавцем. Сесилия вдруг явственно осознала, что нет такой женщины, которая, увидев Артана, могла бы остаться к нему равнодушной. И большинство женщин не смутит и не остановит тот факт, что у этого молодого горца есть веснушчатая женушка. Но Артан обещал, что будет ей верным мужем. Похоже на то, что он вовсе не собирается улыбаться каждой встречной красотке. Зато женщины не сводят с него глаз. Он, конечно же, не может не замечать искушений, которые подстерегают его на каждом шагу. Интересно, как Артан вел себя раньше, до встречи с ней? Поддавался искушениям – или умел их побороть? Если он им поддавался, сможет ли теперь устоять? Сесилии не хотелось думать об этом в день своей свадьбы. Но как об этом не думать, если Артан ни разу не говорил с ней о любви? Сердце ее в страхе сжималось, когда она смотрела на собравшихся в зале женщин – ведь каждая из них могла оказаться ее счастливой соперницей.

– Какая ты красивая, Сайл! Моя Сайл! – воскликнул Артан, глядя на нее с восхищением.

Он взял жену за руку и поцеловал ее ладонь.

Сесилия же с улыбкой прошептала:

– Да и ты сегодня недурен. – От улыбки, которой он ее одарил, у Сесилии перехватило дух. Ей так хотелось, чтобы этот мужчина любил ее, что она даже испугалась, что сделает сейчас какую-нибудь глупость. В какое-то мгновение ей пришла в голову мысль о побеге из Большого зала, из замка, за ворота Гласкрига… Но Сесилия тут же спохватилась и мысленно отчитала себя за такие глупости. Нет, она никогда не унизит своего дядюшку столь безрассудным поведением.

– Пойдем, дорогая. – Артан повел ее к священнику. – Пойдем же, пришло время получить благословение церкви.

Священник оказался очень молодым человеком, и было заметно, что он волнуется. Опускаясь на колени рядом с Артаном, Сесилия посмотрела по сторонам. Казалось, в Большом зале стало еще больше гостей.

Когда церемония закончилась, Артан помог жене подняться на ноги и поцеловал ее. И тотчас же раздались оглушительные приветственные возгласы.

– Желаю вам счастья, молодые, – сказал Ангус, занимая свое место во главе стола.

– Спасибо, дядюшка. В твоем подчинении столько рослых и мужественных воинов, что священнику, который нас венчал, по-моему, было немного не по себе.