Непокорный ангел - Джейн Фэйзер

— Отпусти меня! — попросила Генриетта, приходя в себя.

— Если будешь дергаться, мне придется тащить тебя, перекинув через плечо, — спокойно сказал Дэниел. — Боюсь, это будет менее прилично.

Генриетта тотчас затихла.

— Хорошо, я сама пойду.

— Не думаю. Я уверен, что так мы скорее доберемся до дома. Ты не такая уж тяжелая, — невозмутимо добавил он, как будто это соображение могло утешить жену.

Генриетта была озадачена. С ней разговаривал и держал ее на руках прежний Дэниел. Этого не могло быть. Он не мог так внезапно возникнуть из холодного, резкого, чужого человека, а значит, забыть о том, что произошло. Однако всем своим существом она очень хотела верить, что это именно так.

— О, дон Драммонд, вы принесли ее назад! — Сеньора приветствовала их возвращение потоком восторженных слов, беспрерывно воздевая руки к небу, по-видимому, ничуть не удивленная тем, что Дэниел тащит на руках свою сжавшуюся от смущения жену.

— Да, благодаря вам, сеньора, — ответил он на ее языке, глядя на Генриетту, затем перешел на английский. — К счастью, сеньора Алвара услышала, как ты украдкой вышла из дома, и разбудила меня. Когда она сказала, что ты направилась к соборной площади, я сразу все понял и таким образом уберег нас обоих от дальнейших неприятностей. — Говоря все это, Дэниел поднялся наверх в спальню и ногой закрыл за собою дверь.

Он поставил Генриетту на ноги, но продолжал одной рукой держать ее за талию, а другой нежно коснулся ее щеки. Глаза его стали серьезными, а в голосе не было и следа веселости:

— Теперь все позади, моя фея. Мы больше никогда не будем говорить об этом.

Генриетте всем сердцем хотелось верить ему, услышать простые слова прощения и забыть тот ужасный случай, но она не могла. Генриетта отодвинулась от него и покачала головой.

— Нет, это не уйдет, если ты до конца не поймешь меня. Ты всегда будешь вспоминать о моем поступке и презирать меня. Ты никогда не будешь доверять мне. — Она говорила очень тихо, нервно покусывая губы.

— Что я должен понять? — спокойно спросил Дэниел, не желая с ней спорить, потому что решил все забыть.

— Я не считаю, что злоупотребила твоим доверием. Я только хотела помочь тебе…

— Помочь мне! — прервал ее Дэниел. — Боже милостивый! — Он взволнованно провел рукой по волосам. — Мне следовало бы догадаться. Всегда, когда ты собираешься помочь мне, начинаются неприятности.

Генриетта не стала отрицать эту печальную истину.

— Не знаю, почему так случается. Это несправедливо.

— Я подозреваю, что причина в твоей излишней импульсивности. — Дэниел вздохнул. — Кажется, тебе пора рассказать мне все, как ты считаешь?

— Боюсь, что это вряд ли изменит твое мнение обо мне. Я считала, что жене простительно интересоваться делами мужа, но, должно быть, ошиблась.

— Позволь все-таки узнать, что побудило тебя залезть в шкатулку.

Он внимательно выслушал рассказ жены о беседах с королевой и ее придворными дамами, о сделанных ею выводах и о придуманном плане.

— Он казался мне вполне разумным, — закончила Гэрри. — Такая прекрасная идея. Но когда ты не захотел поделиться со мной содержанием документов, я подумала… — Генриетта замолчала, охваченная тяжелыми воспоминаниями, нахлынувшими на нее с новой силой. — Я собиралась обо всем рассказать и вовсе не хотела обманывать тебя. Но когда я попыталась объяснить, ты не стал слушать.

Это действительно так, подумал Дэниел. Его мало интересовали в тот момент мотивы действий Генриетты, и он был слишком потрясен и зол, чтобы слушать ее.

— Так, значит, ты хотела признаться во всем? — Она кивнула. — Понимаю. Но тем не менее это был отвратительный, бесчестный поступок, Гэрри, даже если ты не хотела обманывать меня.

— Да, — согласилась Генриетта.

— Думаю, ты никогда больше не сделаешь ничего подобного, — осторожно сказал Дэниел, и ужас на ее лице явился достаточно красноречивым ответом. — Но есть еще один вопрос. Хотя я знаю, что ты ответишь, я не могу не задать его. Почему ты не пришла ко мне, как только узнала, что хочет от тебя королева, а решила действовать в одиночку?

Ее глаза удивленно расширились от такого нелепого вопроса.

— Но это было бы так неинтересно!

— Неинтересно, — прошептал Дэниел. — Да, конечно. Глупо с моей стороны спрашивать об этом. — Он покачал головой и недовольно фыркнул.

Генриетта подозрительно посмотрела на него:

— Я хотела показать тебе, что способна принимать участие в твоих делах, что ты недооцениваешь меня. Я не такой уж ребенок, Дэниел, как ты считаешь.

— Я не считаю тебя ребенком, — улыбнулся Дэниел. — Но тебе только шестнадцать, милая. Есть вещи, которые ты еще не понимаешь.

— Конечно, но я никогда не смогу понять их, если ты не предоставишь мне такую возможность, — резонно заметила Генриетта.

— Пожалуй, это правда. — Он взглянул на часы, висящие у него на поясе. — Черт побери! Уже девятый час, а в десять я должен быть у короля.

— О, значит, удался! — Генриетта невольно захлопала в ладоши, и лицо ее озарилось сияющей улыбкой, чего не было уже много дней.

— Что именно? — Дэниел подошел к платяному шкафу и достал самый лучший камзол из роскошной парчи, отделанный серебристыми кружевами.

— Ну, разумеется, мой план… О, я забыла рассказать тебе, что сделала, когда маркиза навещала меня.

— Так расскажи. — Выслушав подробности ее беседы с придворной дамой, Дэниел невольно воскликнул: — Какая же ты хитрая.

— Я правильно поступила?

Он кивнул:

— Точно так же сделал бы и я, если бы задумал такой ход.

— Ты доволен?

Дэниел снова кивнул:

— Я же не какое-то неблагодарное чудовище.

Генриетта сплела пальцы и опустила глаза.

— Тогда, может быть, в будущем ты будешь доверять мне?

— Должен сказать тебе, госпожа жена, что ты хитрая бестия. Да, конечно, я понял, что поступал неразумно, не допуская тебя к своим делам, так же как уверен, что ты поняла всю бесчестность своего поведения, невзирая на чистоту побуждений.

— Я не смогу снова пережить то, что было, — тихо сказал Генриетта, протягивая к нему руку. — Те слова, что ты говорил мне.

Он взял ее за руку и нежно прижал ладонь к своим губам.

— Я был ужасно груб, моя фея, и прошу прощения. Я слишком поспешил с выводами. Давай поскорее забудем все это.

— Я больше не желаю оставаться в этой стране. Здесь жаркий климат и коварные люди. Я хочу в Гаагу, к девочкам, хочу родить тебе ребенка.

Дэниел тихо засмеялся.

— Такие желания нельзя оставлять без внимания. Однако не будем спешить. — Он коснулся пальцем ее губ. — Ты действительно была очень разочарована, когда пришли месячные?