Чувства не по плану - Елена Белильщикова

— Что? — Егор окаменел. Я задрожала от холода, под порывом сурового ноябрьского ветра, цвета глаз Влада.

— Так, пошли в машину. — Он почти силой запихнул меня в салон, где климат контроль за несколько секунд нагрел воздух. В салоне пахло кожей и деньгами. Очередная прихоть папенькиного сыночка. Я и мой ребёнок не станем следующими в списке достижений Власова. Галочкой в длинном списке «звездных» имен. Да, я не модель с ногами от ушей, но в качестве жены сгожусь. Долг чести должен быть оплачен кровью, даже против моей воли, за моей спиной. Господи, как я устала от того, что за меня каждый пытается что-то решать! Родители, Егор, и даже Влад страдал таким, когда мы были с ним вместе. А во мне уже зреет новая жизнь, и я ответственная не только за себя, но и за ребенка.

— Что за новости? — Проговорил Егор, но я знаю его, как облупленного. И эта виноватая складка между бровей говорит сама за себя.

— Может, это ты мне расскажешь? Только подробно, с деталями. Я никуда не спешу. — Я снимаю накидку, в салоне становится слишком жарко. И ловлю на себе восторженный взгляд Егора. И начинаю понимать, что не все так просто, как я себе придумала.

И он раскалывается. Начинает рассказ. Вернее, свою исповедь про то, как столько лет был «вторым номером» у богатой замужней дамы, которая ему в мамы годилась. Я вижу насколько ему стыдно и неприятно вспоминать эту неприглядную главу своей жизни. И как искренне Егор жалеет о прошлом.

— Это помутнение сознания, не иначе. — Его черные глаза подернуты дымкой отвращения к самому себе. А пальцы нервно барабанят по обтянутому кожей рулю. — Я влюбился в нее и пропал. Упал, и затянуло в эти отношения, как в черную дыру. Эта больная привязанность, она пожирала меня изнутри. Но, ты не поверишь, Нелли. Именно ты смогла исцелить меня. Ты и твой ребёнок. — Я в шоке, когда Егор тихо продолжает рассказывать про то, как той ночью, когда впервые узнал, что я беременна, он не спал, и впервые ощутил ту невероятную связь между нами. И захотел изменить свою жизнь полностью. И это стало стимулом. А потом, когда он еще тише, почти шепотом, говорит, как в тот день, у врача его назвали отцом, у меня на глаза наворачиваются слезы. И мне впервые становится жаль Егора. Я другими глазами смотрю теперь на него, и понимаю, что дала этому человеку второй шанс. И было бы жестоко отнимать у Егора надежду. Он пересмотрел свои ценности, построил целый воздушный замок на основе той ночи, когда мы впервые узнали о моей беременности. Впервые решился построить семью вместе со мной. Что станет с Егором, если я откажу ему? В какую пучину порока он упадет снова, решив, что недостоин простого человеческого счастья? Я закрыла глаза, понимая, что мысленно вернулась в тот момент, когда Егора затягивала ледяная темная вода, и он звал меня, протягивал руку, просил о помощи. Сейчас, его крик о помощи был безмолвным. Но от этого, он не становился менее отчаянным. Смогу ли я хладнокровно развернуться и уйти, или, как несколько лет назад, вытащу его чудом, спасу его?

— Поэтому да, я не спрашиваю что тебе написала она в сообщении. — В голосе Егора звенит раскаяние. Неподдельное. Наверное, он как зверь, чувствует опасность. Чувствует, что теряет меня. — Чтобы она не написала, это правда.

— Она так сильно жаждет вернуть тебя в родное лоно? — Хмыкнула я, разряжая обстановку. Егор неуверенно улыбнулся в ответ.

— Ну, типа да. Я же красавчик? Еще и послал ее первым.

— Еще и ради меня! Это трындец… — Я уже открыто смеюсь. Егор вторит мне.

— А помнишь? «Правильно посланная девушка…»

— «Возвращается, как бумеранг!» — Заканчивает он за меня мысль. Все как в юности, словно нам по пятнадцать лет, и вся жизнь впереди.