Исцеление любовью - Юлия Слободян

– Он лазбился. У нее больше нет телефона.

– Хм, надо купить ей новый, – вслух произнес Снегирев скорее самому себе.

– Ты купишь ей телефон?

– Куплю, – сказал он.

Оля подумала, а потом сказала:

– А можно мне тоже?

– Что тебе тоже?

– Ну телефон.

– А тебе зачем?

– Чтобы как у Юли, – сказала она.

– Вот научишься букву «р» выговаривать, тогда куплю, – усмехнулся Сергей.

Оля надулась.

– Ладно тебе, – потрепал он девочку по щеке. – Будешь дуться, мы с тобой поссоримся. Я не люблю девочек, которые дуются.

Оля тут же перестала изображать хомячка.

– А с Юлей вы ссолились тоже потому что она дулась?

– Да нет, скорее не поэтому, – всерьез задумался Сережа.

– А почему?

Сергей вспомнил вчерашний вечер и то, как его прокоробило, когда он увидел Юлю с этим молодым мальчишкой. Как его резануло. Будто ножом по сердцу. Ревность… Дикая ревность… Страх… Страх от сомнения…

– Наверно, потому что мне было страшно, – сказал он скорее себе, чем Оле.

– Стлашно? А чего ты боишься? Чудища?

– Да, – усмехнулся Сергей. – Наверно одного чудища, которое в моей голове живет. Сомнение называется.

– А ты его выгони оттуда, – сказала Оля.

– Если бы я знал как…

– Не колми его, – сказала девочка. – У меня в комнате под кловатью тоже чудище жило, так я плосто сказала ему, что не буду давать ему еду, и оно ушло.

Серегей внимательно посмотрел на Олю. В этот момент дверь открылась и в кухню из комнаты вышла Юля. Оля, сидевшая у Сережи на коленях, заметила сестру, повернулась к ней и сказала:

– Юля, Юля, у Сележи в голове чудище живет!

Юля застыла и посмотрела на Снегирева. Тот скорчил гримасу и отвел глаза.

– Ты умывалась? – спросила старшая сестра.

– Нет, но мы завтлакали, – сказала Оля.

Юля быстро оглядела стол и поняла, кто тут уже успел покашеварить. Сергей только подмигнул ей на ее вопросительный взгляд.

– Сколько раз я тебе говорила, что сначала умываться надо? – Юля подошла к Сергею и взяла Олю на руки.

Тут она посмотрела на Сергея и предложила ему пойти с ними. Во-первых, ему тоже нужно умыться, а во-вторых, были насущные проблемы, которые следовало обсудить.

* * *

Когда они вернулись в дом, Алексей Викторович уже проснулся и завтракал. Увидев Сергея, он замер.

– Юлечка, а кто это? – спросил он.

Юля и Сергей переглянулись. Вот тебе и «Картель». Если уж Алексей Викторович не помнил своего вчерашнего собутыльника, то где же ему было упомнить то, что случилось с его бывшей женой. Девушка же размышляла о том, что нужно поехать к матери и решить какие-то текущие вопросы. Но отец к этому вряд ли приложит руку.

– Это твой зять, – ответила Юля и прошла к столу.

Сергей прошел следом за ней. Оля держала его за руку.

– Алеша, – снова представился хозяин, протянув гостю руку.

– Сергей, – пожал тот ее.

Затем хозяин снова посмотрел на старшую дочь.

– Дочка, а когда вы успели пожениться? – спросил отец.

– Вчера вечером, – отозвалась Юля. – Когда ты объявил нас мужем и женой.

– Ничего не помню, – сказал отец.

– Еще бы, – произнесла Юля. – Наверно это потому, что ты выпил.

– Звонила твоя мама, – несколько стеснительно произнес Алексей Викторович. – Она, оказывается, в больнице. Ногу сломала.

– Да, я знаю, – кивнула Юля. – Сергей вчера помог доставить ее в больницу.

– Да, – нетерпеливо согласился отец. – Но видишь ли, она сильно ругалась. Спрашивала, почему Олю не отвезли к бабушке. Говорит, что я должен немедленно отвезти ее к теще.

– Я не хочу, я хочу тут остаться! – тут же закричала Оля. – Я хочу с Юлей!

Сергей и Юля переглянулись.

– Мы сейчас уедем в город, – вмешался Сергей. – Возможно, вы захотите поехать с нами. Чтобы повидать жену и решить вопрос по поводу Оли.

Юля переминалась с ноги на ногу. Ей очень хотелось остаться с Сергеем вдвоем, провести время вместе, забыть прошедшие за эти дни невзгоды и неурядицы, но в то же время она понимала, что в череде проблем сделать это будет сложно. Мать в больнице, отец снова запил, бабушка не совсем здорова, чтобы перепоручать ей Олю. Да и сама Оля – та еще проблема.

Девушка взглянула на сестренку. Та плакала и говорила, что не хочет уезжать из деревни. Она хочет жить здесь, с сестрой. И потом папа вчера обещал, что купит ей настоящих цыплят. Алексей Викторович выглядел ненамного лучше своей младшей дочери, разве что не плакал и не просил домашней птицы. Он умоляющим взглядом смотрел на Юлю, словно прося ее взять хлопоты о матери на себя. А вместе с ними заодно и о младшей сестре.

Юля же разрывалась. Она жаждала уехать с Сергеем и остаться у него. Но как быть с ребенком? Конечно, с одной стороны наличие шестилетки в доме могло сделать Алексея Викторовича более ответственным. Заставить его больше времени уделять дочери, заботиться о ней. А с другой – где была гарантия, что он не сорвется и не начнет пить, даже в присутствии ребенка? А девочке с пьяным отцом опасно.

Юля понимала, что сейчас ей ничего не мешает уехать к своему жениху и прихватить с собой сестру. И Оля будет рада. Она обожает Юлю. Но как оставить отца одного после того, как он снова приложился к бутылке? Эти паршивые соседи споят его – он и опомниться не успеет.

– Доченька, съезди к маме сама, – поспросил Алексей Викторович. – А мы уж с Оленькой тут останемся.

– Нет, я хочу к Юле, – тут же запротестовала девочка.

– Но ты же слышала, Юля сейчас уедет, – сказал отец. – Она не может тебя взять.

– Юля, – Оля со слезами на глазах залезла к сестре на колени. – Я хочу жить с тобой. И с папой.

Девушка оглянулась на Снегирева. У того был вид человека сострадающего чужим бедам и в то же время стойкого и уверенного в себе. Сергей не раз в своей жизни побывал в передряге, выпутался из уймы неприятностей, смог начать всё с чистого листа в чужой стране и разбогатеть. Его жизнь была ничуть не менее проблемной и хлопотной, чем у семьи, в которой он сейчас оказался. Но он сумел выстоять, потому что не прятался от проблем, а решал их.

По растерянному взгляду невесты Сергей понял, что сейчас ему предстоит вновь это сделать. Решить. Решить за них. Решить для них. Алексей Викторович слишком инфантилен и угнетен своей алкогольной зависимостью. Об Оле речи не идет. Можно только выслушать желание ребенка. А Юля... В эти минуты она выглядела такой усталой и разочарованной. Так ее угнетали трудности, с которыми она столкнулась в последние три месяца, что сейчас она была уже не в силах думать, как выкручиваться из этой ситуации, как преодолеть эти обстоятельства. Да, она молода, энергична и сильна. Но должна ли она взваливать себе на плечи ребенка и слабого отца?