Сердцеед для блондинки - Илона Шикова

У меня даже готово несколько вариантов ответов – будем тебя, милая Настя, снова вгонять в краску.

Дверь через минуту открывается, и удивленные глаза смотрят на меня, однако это не Настя. Черт, неужели её нет дома?

– Привет, Захар, – Голубева улыбается и проходится по мне взглядом с ног до головы. – Вот уж не ожидала тебя здесь увидеть.

– Я сам не ожидал, – киваю девушке в знак приветствия и заглядываю внутрь квартиры. – Настя дома?

– Ага, – усмехается Карина и делает шаг назад. – Да ты проходи, не стесняйся. Твоя птичка в душе.

– Моя? – делаю шаг, замираю и поднимаю одну бровь вверх.

Это я, кажется, удачно зашел, если даже строгая Голубева, которая когда-то не хотела меня на порог пускать, теперь делает столь откровенные намёки. Хотя они подруги, и скорее всего делятся самым сокровенным. Уверен на все сто, что птичка вчера рассказала Карине о нашей внезапной встрече – вот бы точно узнать, что именно она поведала и какие эмоции при этом проявляла.

– Оговорилась? – девушка повторяет мой жест, не отводя взгляда. – Тогда что ты здесь делаешь?

Вообще-то, я ожидал этого вопроса от Насти, но так даже лучше.

– Решил проведать, как живут мои сотрудники, – засовываю руки в карманы, все также глядя на свою собеседницу. – Может, помощь какая нужна? – сопровождаю свой вопрос небольшим движением корпуса и головы вперед. – Я же теперь вроде как начальник, и несу ответственность за своих подопечных.

– Для меня прокатит, – кривится девушка, отодвигает меня немного в сторону и направляется к тумбочке с обувью. – А вот для птички придумай отмазку поинтереснее, – застегивает сначала одну босоножку, затем другую. – Например, – она тянет последнюю букву и делает вид, что задумалась. – Пригласи ее в кино.

– В кино, – то ли задаю вопрос, то ли констатирую факт, но уже любопытно. – Может, лучше в театр?

– Театр не канает, – машет Карина рукой и берет с тумбочки свою сумочку. – Птичка любит мелодрамы, обязательно со счастливым финалом. Пропадают два билета, и ты решил пригласить свою новую сотрудницу в кино.

– Думаешь, прокатит? – с серьезным выражением лица произношу, глядя, как девушка начинает заливаться смехом.

– Нет, конечно же, – смахивает невидимые слезинки. – Гончаров, ты как маленький, честное слово! Фантазию прояви, – стучит пальцем себе по виску, а я в ответ тяжело вздыхаю и мотаю головой из стороны в сторону.

Надо же, развела, как пацана малолетнего. А я чуть было не повелся, уже придумывая, в какой кинотеатр повезу птичку. А тут сговор, как я понимаю, и ни о какой мужской солидарности, как и дружеской поддержке, не может быть и речи.

– Я тоже хочу… – слышу женский голос за спиной и поворачиваюсь, наблюдая, как Настя выходит из ванной. – Посмеяться, – заканчивает спустя несколько секунд и впивается в меня взглядом. Замирает на несколько секунд, видимо, снова слегка растерявшись от лицезрения моей физиономии на пороге своей квартиры, однако быстро берет себя в руки. – Что ты здесь делаешь?

Как банально и предсказуемо, но я же заранее готовился. Однако, глядя на птичку в коротком полотенце, которое еле прикрывает ее нагое тело, заканчиваясь чуть ниже симпатичной пятой точки, раскрасневшееся после душа лицо и чалму на голове, дар речи на какое-то время пропадает. И не желает появляться вновь.

Настя опускает руку вниз, а края полотенца, которые переплетены и держатся на груди, начинают расходиться. А вот это уже интересно – успеет поймать или нет?

Даю тысячу, что сейчас кусок тряпки, гордо именуемый полотенцем, упадет на пол, и тогда…

– Решил проведать, как живут мои сотрудники, – выдаю заготовленную речь, улыбаясь от того, что девушка ойкает и ловит это злосчастное полотенце, пытаясь удержать его на груди.

– Ничего пооригинальнее придумать не мог? – фыркает и уверенной походкой направляется в комнату под моим пристальным взглядом.

– Я же предлагала вариант с кино, – Карина усмехается негромко и мотает головой из стороны в сторону. – Ладно, вы тут не шалите, а я побежала. Еще уйма дел, – она открывает дверь, кричит громко Насте, что ушла, а после скрывается на лестничной площадке, оставляя меня в коридоре в гордом одиночестве.

Я бы, конечно, не против пойти следом за Анастасией, но, боюсь, пошлет раньше времени, а также снова начнет фыркать и показывать свои иголки, поэтому продолжаю стоять на месте в ожидании девушки. А квартирка ничего, очень даже симпатичная – видно, что свежий ремонт, новая мебель, все очень чистенько и уютненько, хоть и места маловато на фоне моих ста сорока квадратов.

Но девчонкам, походу, нравится их съемное жилье, придется и мне привыкнуть к их жилплощади, потому что я для себя уже твердо решил – появляться буду здесь довольно часто, и никуда моя птичка не денется, снова попадет в мои сети.

– Так ты не ответил на вопрос, что здесь делаешь, – усмехается Настя, проходя мимо и выводя меня своим замечанием из раздумий. Двигается, как понимаю, в сторону кухни, а я не теряюсь и следую за ней.

– Решил узнать, как твои дела, – захожу в небольшое помещение и без приглашения плюхаюсь на первую попавшуюся табуретку.

– Хорошо, – птичка поворачивается ко мне лицом и опирается о столешницу.

Короткие шортики, маечка, обтягивающая упругую грудь, мокрые распущенные волосы и глаза с блеском – от такой красоты может и успешно крыша поехать, не то что дар речи вторично пропасть.

– Ты что-то сказала? – отвлекаюсь от лицезрения женских прелестей и поднимаю взгляд на удивленное лицо птички.

– Узнал, как дела? – она продолжает стоять на месте и смотреть мне в глаза в ответ. – Я Вас больше не задерживаю, Захар Алексеевич, – ехидно улыбается, чеканя каждое слово.

– Выгоняешь? – поднимаю одну бровь вверх, сканируя девушку. – И даже чаем не напоишь?

Надо же, какая она стала уверенная в себе – не ожидал, если честно, такого грубого отказа. Но теперь мне еще больше хочется остаться и поговорить с Настей наедине. О чем пойдет речь, пока смутно представляю, так как симпатичная блондинка решительно настроена дать мне отпор, но она еще не знает, каким упрямым могу быть я.

И без боя сдаваться не намерен.

Как же она мне нравится, кто бы только знал! И мне кажется, что сейчас даже еще больше, чем четыре года назад.

И вот безумно интересно –