Праведница - Рене Ахдие

Очевидно, что твари ледяного дворца жаждали в очередной раз посмеяться над Арджуном. Зубы Пиппы застучали, хотя она не дрогнула. Храбрая девушка. Его мимолетная супруга была грозной. Непоколебимой. Куда сильнее, чем Арджун мог предположить, когда увидел ее впервые.

– Я согласен, – сказал Арджун, не колеблясь. – Скажу все, что хотите услышать, если оставите ее в живых.

– Н-нет, – заикнулась Пиппа. – Не…

Кентавр закинул голову назад и расхохотался, а его желтые глаза заблестели дьявольским огоньком. Этот блеск становился все ярче и ярче, обретая собственные кровь и плоть. Арджуну в конце концов пришлось прикрыть глаза рукой. Пиппа тоже в растерянности отпрянула назад, а кентавр все продолжал хохотать.

Все отступили, бездумно размахивая оружием.

Пиппа схватилась за плечо Арджуна, когда блеск стал еще ярче. Арджун развернулся, чтобы обнять Пиппу и закрыть собой, боясь, что этот белый пылающий свет может поглотить их обоих. А потом свет мигнул, сверкнул и померк в одну секунду.

Весь зал оказался пуст. Никаких сломанных истекающих кровью тел, никаких громадных насекомых, летающих под потолком. Да и праздничные столы с вонючей едой и напитками пропали.

– Здравствуйте, – раздался спокойный голос слева от Арджуна.

Арджун повернулся и увидел перед собой двух маленьких синих гоблинов, стоящих бок о бок. Одного из них он узнал. Это был тот самый гоблин, который, бесконечно трепеща от страха, приносил королю напитки, когда Арджун был в прошлый раз в ледяном дворце.

Маленький гоблин сделал шаг вперед, пока его товарищ с тревогой наблюдал.

– Добро пожаловать в Сильван Вальд, – сказал он. – Меня зовут Сюнан. И вы прошли первое испытание.

– Сюнан из Сильван Вальд, – произнес Арджун, узнав его. Тот самый Сюнан, которого Бастьян отчаянно пытался найти во время их прошлого путешествия по зимним землям.

С лукавой улыбкой на губах Сюнан хлопнул в ладоши раз, два, три и… звук разнесся по залу, как раскаты грома. Пиппа закричала, зажав руками уши. Посреди зала блеснула вспышка молнии, из-за которой все ледяное строение задрожало. Перекрытия и стены начали рушиться. Земля под ногами затряслась.

Когда Пиппа с Арджуном снова открыли глаза, они уже стояли в окутанной туманом темноте. Стены и потолок теперь были из камня, точно в какой-то пещере.

Сюнан ухмыльнулся.

– Вы готовы к следующему испытанию? – поинтересовался он.

Мне очень жаль, но я не могу объяснить своих слов, сэр

«АЛИСА В СТРАНЕ ЧУДЕС» [72], ЛЬЮИС КЭРРОЛЛ

Пиппа попыталась собраться с мыслями, сидя у потрескивающего голубого пламени и сжимая в руках старенькую кружку с горячим напитком. С задумчивым выражением лица Арджун сидел рядом с ней. Какое-то время они просто молча сидели и пили. Пиппа даже не могла остановиться, чтобы подумать, что напиток, который им предложили, может оказаться опасным. Главное, что он теплый и по вкусу напоминает горький шоколад с пузырьками, приправленными розмарином. По описанию и не скажешь, что это может быть аппетитно. Однако напиток грел руки и наполнял желудок, смачивая горло.

– Что это за место? – спросил Арджун у маленького синего гоблина, который представился Сюнаном.

Сюнан покрутил пальцами, а затем взмахнул рукой в воздухе. Из ниоткуда появился стульчик в виде гриба, на который он и уселся. С печальной улыбкой на губах он сотворил в воздухе еще один стульчик и пригласил сесть второго синего гоблина, поджидающего неподалеку.

Затем Сюнан посмотрел налево. Потом направо.

– Вы в месте, которое осталось от Зимнего королевства, – тихонько сказал он.

Арджун замер, его кружка остановилась в сантиметре от губ.

– Я думал, что зимние фейри заправляют ледяным дворцом Кура.

Сюнан одарил их еще одной печальной улыбкой.

– Это иллюзия, которую мы показываем летним фейри. Если мы покажем им дикость и гнусность, покажем им безумного короля, то никто из них не воспримет нас как угрозу и не захочет вторгаться в наши земли. – Он почесал синий подбородок. – Все просто решат, что здесь нет ничего стоящего.

Глаза Арджуна округлились.

– А у вас есть что-то стоящее?

Пиппа толкнула его плечом, удивленная тем, что он спрашивает подобные вопросы, ища личную выгоду, в такой момент.

– Что ты творишь? – шепнула она Арджуну. – Хочешь его разозлить?

– Вам не о чем волноваться, леди Филиппа, – сказал Сюнан. – Я привел сына Рийи сюда не для того, чтобы скармливать ему ложь. Я привел его сюда в надежде, что он может сыграть роль эмиссара [73] в Летнем королевстве. Чтобы мы могли… поработать вместе и улучшить взаимоотношения между двумя половинками нашего мира.

Пиппе хотелось понимать, о чем говорит Сюнан. Она знала не много, однако уже уяснила, что Зимнее королевство враждует с Летним достаточно долгое время. Знала, что вампиры и оборотни были изгнаны из мира фейри много лет назад, однако пока не выяснила, по какой причине это произошло. Она нагнулась вперед, внимательно слушая и надеясь, что поймет больше после беседы, которая, очевидно, им предстояла.

Арджун растерянно сморщил нос.

– Боюсь, вы слишком высокого обо мне мнения, если считаете, что я способен переубедить мать, – сказал он. – Она не принимает советов и, не задавая вопросов, всегда поступает так, как приказывает ей правительница Уайль.

Сюнан выдохнул, наморщив тонкие губки. Хотя лоб у него казался тяжелым, а кожа на щеках грубой, в выражении его лица была некая доброта. Доброта, которую Пиппа видела в тех, кто пережил немало бед и много чего понимал.

– Твоя мать… отлавливает созданий Вальд на границе, – сказал Сюнан.

Арджун пожал плечами.

– Если они нарушают границы, то она поступает так не без причины, – ответил он.

– Дело не в том, что их ловят, – продолжал Сюнан, помрачнев. – А в том, что с ними творят после.

– Что? – Арджун встрепенулся, прищурившись. – О чем вы говорите?

– Генеральша Рийя и леди Силла ловят созданий Вальд и используют, чтобы тестировать новое оружие, какого я ни разу не встречал за долгие годы жизни.

Арджун поднялся на ноги.

– Что за оружие? – Он сунул руки в карманы. Пиппа уже замечала за ним подобный жест. Он всегда делал так, когда чувствовал себя неспокойно.

Она приложила ладонь ко лбу. Хорошая жена бы встала рядом с ним. Поддержала бы.

Однако она слишком устала, чтобы быть хорошей женой. И до сих пор злилась, что мешало ей его поддерживать.

– Не могу сказать точно, что это за оружие, – сказал Сюнан, сложив руки